Русский Легион Чести - 2

«До сего момента, — рассказывает французский офицер о первом огненном крещении своего батальона, — я упрекал своих солдат в безразличии и непонимании важности положения. ...
Смена в траншеях обычно совершается ночью. Свежие войска иногда только наутро имеют возможность убедиться, как близки они от неприятеля и какой опасности подвергались на пути в траншею. Они сами изумлены, как удалось им избежать в этих условиях смерти, и задним числом испытывают острый прилив страха. Солдаты сразу преисполняются благодарностью по отношению к защитнице-пещере, наблюдая пули, которые бьются в парапет или свистят над их головами. Инстинкт самосохранения на первых порах совершенно подавляет другие, подчиненные жизненные инстинкты, в том числе потребность в комфорте. Если для сторонних посетителей жизнь в траншее представляется совершенно чудовищной, то в глазах солдата траншея возмещает все свои мрачные стороны тем, что дает ему надежное убежище.
В дальнейшем у солдата устанавливается по отношению к траншее большая фамильярность. Он смотрит на нее уже не только как на защиту, но и как на квартиру. Вместе с тем он становится требовательнее, он начинает свое новое водворение в ней после каждого отдыха с критики того состояния, в котором оставил помещение предшественник. Уже по пути в траншею начинаются догадки насчет того, достаточно ли другая смена позаботилась о том, чтобы убрать следы своего пребывания в общем убежище. В полной силе проявляются при этом те трения, которые имеются между различными родами оружия. Горе, если артиллеристы занимают пехотную траншею: нет тогда конца издевательствам по адресу грязной пехтуры.
Обосновавшись, солдат хочет ориентироваться. Он стремится определить положение своей траншеи по отношению к неприятелю, соседство ее с другими траншеями, связь с тылом. После первых приливов страха он склонен переоценивать свою безопасность. Молодые солдаты норовят высунуть голову поверх парапета, чтобы получше осмотреться, и только окрики более опытных товарищей заставляют их держать себя в порядке. Смена за сменой, солдат приноравливается, узнает, что можно, чего нельзя, привыкает к местности, научается различать каждую на ней кочку, потому что из каждой кочки ему может грозить смертельная опасность. Малейшая перемена обманчивой поверхности теперь не ускользнет от него. Но поле наблюдений убийственно однообразно. Страшная бритва войны сотни раз прошла вдоль линии траншей и срезала все дочиста. Вот эта траншея находилась раньше в лесу. Снаряды вырвали и искалечили большинство деревьев. Остальные были затем устранены людьми и употреблены на внутреннее оборудование траншеи. Дерево у окопов — опасность. Ударившись о него, снаряд взрывается раньше срока и дает неприятелю возможность точнее урегулировать прицел. Пуля, стукнувшись о ствол, убивает рикошетом. В конце концов, вокруг каждой траншеи, которая долго находится под обстрелом, — а таковы все нынешние французские траншеи, — образуется угрюмая пустыня, и сквозь бойницы глаз всегда упирается в один и тот же пейзаж разрушения. «Мы опять в траншеях, — рассказывает в письме русский волонтер, — и опять в центре наших позиций, т. е. над минами и под «крапуйо», как называют наши солдаты миненверферы. В сорока пяти — пятидесяти метрах от нас немцы. Кругом, в долинах и на горах, заманчиво-богатая зелень, а на нашей позиции, как проклятой, ни единого живого кустика: камень, взрытая земля, ямы, пыль. А был городок. Ничего не осталось… И так повсюду».
Какая-нибудь сотня метров, иногда гораздо меньше, отделяет неприятельские рвы. Враги не видят друг друга почти никогда. Но отсюда следят по едва уловимым признакам за всем, что происходит там, знают все распорядки, даже малейшие привычки неприятельской траншеи. Необходимость приспособляться к незримому врагу заставляет распознавать его по его действиям. А какое главное действие врага? Стрельба. Один методически выпускает выстрел из своей бойницы каждые пять минут. Это — педант, без злобы, без определенного намерения вредить. Другой палит зря по парапету, не целясь и не считая зарядов. Третий сводит свои обязанности к минимуму, — его кредо самое спокойное, он посылает пулю, как редкий подарок. Четвертый стреляет вкось, норовя убить рикошетом. У каждого своя манера и повадка. Этот злой и меткий стрелок, подстерегающий каждую тень, тот заведомый лентяй, или спортсмен, или шут… При смене эти исчезают, появляются новые, и опять начинается взаимное приспособление и распознавание. Снова смена — возвращаются старые знакомые.
Часовые бодрствуют на своих постах. Остальные заняты, кто чем. Кто дремлет, кто шьет, кто пишет… Эти подчищают кулуар; те играют в карты. В пещере пулеметчиков ювелир выделывает кольца, для которых медь и алюминий доставляются немецкими снарядами. Все тихо, почти мирно. А между тем враг близок, гораздо ближе, чем можно подумать. Эта траншея была отнята у немцев. Она соединена со второй линией, куда теперь передвинулись немцы, поперечным кулуаром. Его забили посредине стеной из мешков с землей. По одну сторону пограничной стены французский часовой, по другую — немецкий. Так стоят они, подстерегая дыхание друг друга. У обоих винтовка между колен, в обеих руках по ручной гранате и куча гранат на мешках, на уровне руки. Малейшее угрожающее движение с противной стороны — и адская музыка начнется…
Враги-соседи живут одной жизнью, переживают общие события и одни и те же чувства. Неприятель приспособляется к той же глине или к тому же песку, страдает от того же дождя, задыхается от той же жары и вдыхает тот же запах трупа, разлагающегося посредине, между обоими рвами. В непрестанной борьбе они подражают друг другу: вводят перископ против перископа, гранаты против гранат, телефон против телефона и ведут навстречу друг другу минный ход, равно неуверенные, кому судьба сулит первым взлететь на воздух.
Но вот неожиданный при всей своей естественности факт, июньский ливень, врывается в жизнь обеих траншей и выгоняет солдат на поверхность. «10 июня, — пишет с фронта другой русский доброволец, — у нас затопило дождем траншеи. Залило все землянки; в самой траншее воды было по пояс, а в более низких местах — по горло. Людей вымыло на насыпь. У немцев та же история. Как бы в молчаливом соглашении ни те ни другие не считали возможным открыть пальбу по удобным мишеням… Все, что только можно было, пустили в дело для выкачивания воды. Мармиты, ведра, сослужили свою службу. Составили цепь и начали на виду у немцев работу. Вода не убывает. Ищем причину. Оказывается, что выброшенная вода возвращается через кротовые норы в траншею. Наконец, наладили, воду выкачали, вернулись на места, и — перестрелка возобновилась»…

Троцкий пробыл с семьей в Цюрихе лишь несколько месяцев; затем он перебрался в Париж, где стал военным корреспондентом «Киевской, мысли»; это было 19 ноября 1914 года.

Все это время Троцкий продолжал жить на гонорары от либеральной «Киевской мысли». Поскольку газета стояла на патриотической платформе, Троцкому приходилось довольно искусно лавировать, то есть скрывать или искажать свои взгляды, чтобы не испортить отношений с издателями. Он мог рассчитывать на опубликование лишь тех своих статей, где критиковались противники России. Это, понятно, понуждало его ограничиваться более или менее объективными репортажами, включая также анализы военных действий. По существу он стал не только репортером, но и военным корреспондентом. Он разъезжал по Франции, расцвечивая свои репортажи местным колоритом, атмосферой, впечатлениями и т.п. Он посещал госпитали и беседовал с солдатами, подслушивая их разговоры в кафе и на улицах. В то же время он читал много серьезной военной литературы. Вообще военные корреспонденции у него получались исключительно удачные.

Но почему он назвал её 10-зарядной... Путаник он знатный!

Французская винтовка Lebel-Berthier Mle 1907-1916 гг. Модификация Mle 1916 получила магазин на пять патронов измененной схемы

Ну да, несколько недель постояли посменно в нескольких км в сторонке, - тишайший то был участок. Бывали и артобстрелы конечно, но для сего случая - разного рода укрытия и землянки, за годы неподвижности этого участка фронта оборудованные французами.

Много чего есть в тексте этой статье, - но хотелось бы понять ещё одну из поднятых в ней "окопных" тем: то, насколько могло использоваться бойцами РЭК то своеобразное и весьма изощрённое "окопное штурмовое оружие", описанное в одном из разделов статьи, - типа дубинок, палиц, кистеней, кастет-ножей, пистолет-кинжалов, кортиков и прочей такой спецтехники рукопашного боя.
Ведь многие обозреватели отмечают, что штыковой бой, как таковой, не имел той эффективности, которую ему традиционно приписывают (со времён сражений строй на строй), - в той тесноте траншей и укрытий ПМВ, при атаках заполняемых свалкой своих и чужих... Ворочать длиннющей винтовкой с длиннющим штыком в таких условиях..

Французская винтовка Lebel-Berthier Mle 1907-1916 гг. Модификация Mle 1916 получила магазин на пять патронов измененной схемы

Трехзарядные винтовки были заменены десятизарядными.

Т.е. 10-ти зарядная это обычный 8-ми зарядный Лебель.

Отсюда напрашивается, что более ранние модификации имели магазин с другим количеством патронов.

Но здесь проблема, если верить вики, то Лебель - 8-ми зарядное. Далее о конструкции Лебеля, она была "с неотъёмным подствольным трубчатым магазином на 8 патронов с подачей за счёт пружины."

Вопервых - Оказыватся при желании в 8-ми зарядную можно было зарядить и 10. 8 в магазине, а еще 2 в др. частях винтовки. Как мне перевел гуглпереводчик : "10 патронов (8 в магазине +1 в ведре и +1 в комнате)"
Т.е. 10-ти зарядная это обычный 8-ми зарядный Лебель.

Меня смущает одна деталь - почему их так быстро вывели? Ведь 3-я бр. простояла всего четыре дня, по сравнению с пред. 4-мя месяцами, кажется как то странно. Зачем в начале апреля вывели бригаду на фронт? Что не знали что будет наступление?

Можетъ быть, впрочемъ, въ вопросѣ о предназначеніи русскихъ войскъ имѣло нѣкоторое значеніе и мнѣніе военнаго атташе въ Петроградѣ, который еще въ anрѣлѣ 16-го года, въ періодъ прибытія во Францію 1 особой русской бригады, предупреждалъ свое правительство о деликатности вопроса ея боевого использованія. Онъ писалъ, что съ одной стороны въ Россіи можетъ явиться недовольство, если упомянутую бригаду запрячутъ въ «глухой уголъ», съ другой же стороны, если она прійметъ участіе въ слишкомъ кровопролитныхъ сраженіяхъ, то ей могутъ быть приписаны всѣ успѣхи; французы же одновременно подвергнутся упрекамъ въ пренебреженіи русской пролитой кровью.
Такимъ образомъ, слѣдуя приведенному совѣту, необходимо было найти для русскихъ войскъ какое то среднее рѣшеніе.

12-го марта началась смѣна русскихъ войскъ французской 185-й тер. бригадой, и къ 18 марта полки 3-й особой русской бригады собрались на берегахъ р. Марны, занявъ селенія Condé и Tours-sur-Marne, въ ожиданіи дальнѣйшаго отправленія на отдыхъ въ camp de Mailly. Французская армія въ этотъ періодъ времени совершала крупныя перегруппировки, имѣвшія цѣлью сосредоточеніе возможно большаго количества войскъ въ раіонѣ между Реймсомъ и Суассономъ, для предстоявшей апрѣльской наступательной операціи на р. Энъ.

Участокъ, занимавшійся войсками 4-й арміи, перешелъ въ разрядъ пассивпыхъ и для его занятія, французское командованіе стало прибѣгать къ растяжкѣ войскъ и къ помощи территоріриальныхъ частей, выдвигавшихся на боевой фронтъ.
3-я особая русская бригада подлежала включенію въ составъ 5-й арміи, для участія въ томъ активномъ ударѣ, который подготовлялся къ сѣверо-западу отъ Реймса.

Попалась статейка, связанная с наступлением 1-й бр. в апреле 1917 г. Правда не совсем ясная - что это за Роберт Клеммент и о чем схема.
http://20072008.free.fr/fichejournee052007.htm

День, организованный мистером Робертом Клементом.

10 часов утра - возобновление марша к Кавальерс де Курси. Презентация: 151-й Д.И., 403-й и 410-й Р.И.
12:00 - возвращение в деревню Курси, церемония у военного мемориала.

15 ч. - отправление в сторону Ловра на перекрестке русских и 14-я ПД демонстрация боевых действий в районе Лавра.
Возвращение через канал стало первой французской линией, вплоть до мая 1918 года. Разоблачение: стабилизация фронта. 

Извиняюсь, я проявил невнимательность к тексту.

Про 8-ми зарядный Лебель я вычитал там же (MIe 1886), но это наверное и есть старая модификация. Непонятно, правда, зачем в последующих модификациях надо было идти на уменьшение её зарядности?

"Комната" это, надо полагать, патронник ствола. Понять бы ещё, что такое "ведро"?

Интересно, что приведённом Вами фото (мне оно не встречалось) солдаты несут по 2 винтовки. Почему так могло быть? Нигде про такое не читал...

Я так понимаю, это связано с перезарядкой винтовки после того как у вас кончатся патроны в магазине:
магазин приходилось дозаряжать вручную, по одному патрону, и в результате практическая скорострельность «Лебеля» уступала винтовкам с обойменным и тем более пачечным заряжанием.

Попалось на русском:
Общую ёмкость винтовки можно довести до десяти патронов: кроме восьми в магазине, ещё один можно вручную положить на лоток подавателя и ещё один — вложить в патронник.

Видно здесь получали за кого то, кто не присутствовал при выгрузке.