Александр Македонский против Рима.

Как могло бы проходить сражение между македонской армией, реформированной в соответствии с замыслом Александра и римскими легионами.

Римляне используют своё стандартное построение: впереди всех велиты - легкая пехота вооруженная довольно увесистыми дротиками, которые являются уменьшенной версией пилума (тяжелое метательное копье), за ними гастаты — молодые воины вооруженные пилумами и гладиусами (прямые мечи, предназначенные прежде всего для нанесения колющих ударов), за гастатами идут принципы — воины зрелых лет, вооруженные тем же оружием, что и гастаты. Позади всех триарии - ветераны, у них вместо пилума обычное копье, предназначенное для рукопашного боя, им положено ждать своей очереди опустившись на одно колено. Каждая линия легионеров состоит из 10 отрядов — манипул, численностью по 120 человек у гастатов и принципов, и по 60 у триариев. На флангах находится конница - по большей части союзническая, поскольку у римлян конница не самого лучшего качества. Римляне бесстрашно идут вперед, их полководец рассчитывает добиться победы с помощью испытанной римской тактики: сначала дезорганизовать противника забросав его пилумами, (если пилум не поразит вражеского воина, а просто застрянет у него в щите, и будет волочится по земле, то щит придется бросить), а затем сокрушить его стремительной атакой с мечом в руке.
Реформированная Александром армия построена в соответствии с «новой военной доктриной»: впереди пехоты, славящиеся своим искусством, критские лучники (они отлично показали себя в восточном походе) и балеарские пращники, Александр специально нанял их нескольких тысяч для борьбы с велитами, на значительном удалении от них каре-таксисы, внутри каждого - 12 шеренг персов со «стрелометами» (это усовершенствованные гастрафеты — античные арбалеты). Промежутки между таксисами сзади прикрывают отряды гипаспистов - «средняя пехота», способная стремительно перемещаться по полю боя и сражаться небольшими отрядами (основное назначение гипаспистов поддерживать атаку конницы), после индийского похода, в котором они сыграли большую роль, Александр намного увеличил численность этого рода войск. Позади всех располагается фаланга, состоящая из греческих гоплитов — ветеранов ( тяжеловооруженных копьеносцев), напоминаю, что в битве при Гавгамеллах, когда следовало ожидать захода неприятеля в тыл, Александр позади «главной» фаланги поместил вторую фалангу, есть мнение, что она состояла из гипаспистов, однако более вероятным представляется, что это были греческие гоплиты, они лучше подходили для ообороны, тогда как гипасписты - для стремительной атаки. На флангах впереди всех конные лучники — нанятые Александром степные кочевники, теперь их в несколько раз больше, чем было в битве при Гидаспе. За ними стоит тяжелая конница, в том числе элитные подразделения: гетайры - на правом фланге и фессалийские конники - на левом. На обоих флангах позади тяжелой конницы находятся гипасписты, на правом фланге позади гипаспистов стоят аргираспиды — царская пешая гвардия, состоящая из воинов показавших свою доблесть во многих сражениях.
Македонская тяжелая пехота остается на месте, готовая стойко встретить атаку легионеров, на встречу римлянам устремляются критские лучники и балеарские пращники по «дальнобойности» они сильно превосходят велитов, поэтому поражают их, сами оставаясь вне досягаемости римского оружия. Велиты пытаются сблизиться с противником, но лучники и пращники отходят коротким перебежчиками, при этом они позволяют велитам приблизиться на расстояние являющееся предельной дистанцией для метания их дротиков. В результате велиты, израсходовав с минимальным эффектом весь свой боезапас и понеся значительные потери, отходят в тыл, через промежутки между манипулами легионеров. Теперь македонские стрелки обрушивают свои снаряды на головы римской тяжелой пехоты, легионеры делают черепаху и становятся трудноуязвимыми для их оружия. Тогда лучники и пращники начинают обстреливать римскую конницу, чтобы избавиться от обстрела, римские всадники устремляются в атаку на македонских стрелков, но тут их самих атакуют македонские конные лучники, они сближаются с противником и с малой дистанции обрушивают на него град стрел, но сами уклоняются от лобового столкновения. Приведенную в замешательство римскую кавалерию, атакует македонская тяжелая конница (на правом фланге решающий удар наносят гетайры, на левом - фессалийская конница) и обращает в бегство противника. следует напомнить, что «римская» конница большей частью состоит из контингентов, предоставленных союзниками Рима, и они не горят желанием умирать за римские интересы. Македонская конница преследует «римскую», которая спасаясь от погони покидает поле боя.
Тем временем конные лучники, заходят в тыл римлянам и обстреливаю триариев, которые совсем не ожидали такого развития событий и несут существенные потери. Однако триарии не поддаются панике, они применяют построение, специально предназначенное для отражения конницы вооруженной луками (вариант черепахи): в первой шеренге воины опускаются на одно колено и смыкают щиты, держа их прямо перед собой, воины второй шеренги упирают нижние края своих щитов в верхние края щитов первой шеренги и те и другие выставляют свои копья в промежутки межу щитами, воины последующих шеренг держат щиты над головой в горизонтальном положении. Это построение обеспечивает надежную защиту от конницы, однако оно годится только для пассивной обороны, так как передвигаться в нем практически невозможно.
Основные силы римской пехоты продолжают наступать, в бой вступает первая линия легионеров - гастаты, прежде чем атаковать македонян, они обрушивают на них свои пилумы, однако педзетайры уже максимально уплотнили свои ряды и сделали «македонскую черепаху», поэтому пилумы почти не причиняют им вреда. Гастаты выхватывают мечи и отважно устремляются на врага, от основного строя отделяются «штурмовые группы», они, загородившись со всех сторон щитами, пытаются прорваться в промежутки между каре - таксисами. Педзетайры встречают легионеров стоя, они с силой втыкают свои сариссы в их щиты и таким путем заставляют их остановиться. Легионеры налегают на свои щиты, пытаясь пригнуть, застрявшие в них сариссы, к земле и в этот момент ситуация внезапно меняется, все педзетайры разом опускаются на одно колено, позади них 12 шеренг персов с заряженными «стрелометами» на готове, — залп и легионеры валятся как подкошенные, от тяжелых железных стрел не спасают ни щиты ни доспехи, залпы следуют один за другим, выкашивая легионеров шеренгами. Одновременно гипасписты, находившиеся позади македонской конницы, атакуют гастатов с флангов, уцелевшие легионеры спасаются бегством.
Гипасписы, прикрывавшие сзади проходы между каре-таксисами, устремляются вперед и преследуют бегущих гастатов, принципы пропускают их через проходы между своими манипулами, однако они не успевают их заполнить (как это полагается по уставу), гипасписты проскакивают вместе с гастатами и завязывают бой дезаргонизуя принципов. Тем временем подразделения гипаспистов, которые ранее нанесли фланговые удары по гастатам, обходят с флангов триариев и атакуют их с тыла.Триарии не могут прийти на помощь принципам поскольку находятся в статичном построении, которое они приняли для защиты от конных лучников.
Тем временем, каре-таксисы (которые прекратили стрельбу после того, как гастаты обратились в бегство, благодаря чему у нескольких шеренг стрелков «стрелометы» остались заряженными) приближаются к линии принципов, на дистанции в пару десятков шагов они останавливаются и по той же схеме обрушивают на легионеров несколько залпов своего смертоносного оружия, после чего стремительно атакуют поражая своими сариссами легионеров в лицо . Римляне не выдерживают этого страшного удара, гипасписты разят охваченных паникой врагов, части принципов и гастатов удается спастись бегством, благодаря тому, что окружение было не полным.
Македоняне готовятся к схватке с триариями, персы находящиеся внутри каре -таксисов перезаряжают свои стреломёты, гипасписты вместе с критскими лучниками и балеарскими пращниками обходят легионеров с флангов и заходят им в тыл. Перезарядив свои «стрелометы» и подойдя на короткую дистанцию, персы начинают методически расстреливать триариев, оставаясь за стеной из стоящих на одном колене педзетайров. Легионеры понимают, что если они останутся на месте то их всех ждет смерть и устремляются на прорыв. В одном месте им удается прорвать неплотную линию гипаспистов и вырваться из окружения, однако при этом черепаха распадается и многие становятся жертвами лучников и пращников (железные стрелы для стрелометов представляют большую ценность и их стараются беречь). Уцелевшим триариям удается выстроить «мобильную черепаху», однако при таком построении ноги ниже колен не закрыты щитами, их преследуют конные лучники у которых есть не только стрелы, но и короткие дротики, ими они с предельно близкой дистанции поражают римлян в те части ног, которые не защищены поножами (поножи не закрывали заднюю сторону ноги и ногу ниже щиколотки). Падение даже одного воина приводит к тому, что в черепахе образуется брешь, через которую стрелки поражают других легионеров, лишь немногим триариям удается спастись.
Подведем итог, римская армия практически полностью уничтожена, в то время как македоняне понесли лишь незначительные потери. Для достижения победы македонской стороне даже не понадобилось вводить в бой аргироспидов и греческих гоплитов - ветеранов, они остались в резерве. При этом македонский военачальник не показал выдающегося военного искусства, все рода войск действовали так, как им полагалось действовать по уставу и не более того. Таким образом, для того, чтобы победить римлян имея такую армию даже не надо быть Александром.


Скептик может спросить, а додумался ли бы до всего этого Александр? Мой ответ скептику заключается в том, что Великий Македонянин был, во всяком случае, не глупее меня, несомненно, лучше меня знал военную историю Греции, при этом поиск путей повышения эффективности македонской армии был для него не забавой, а делом первостепенной важности и у него были веские основания для реформирования тяжелой пехоты. Кроме того, скептику можно напомнить, что спустя сорок лет после смерти Александра, эпирский царь Пирр в ходе войны с римлянами вел своих копьеносцев в бой не монолитной фалангой, а многими колоннами, в промежутках между которыми находились метатели дротиков. Однако он не додумался ни до включения стрелков в состав колонн, ни, тем более до стрельбы плутонгами, соответственно, эффект от нововведения был не столь велик, ему дважды удалось победить римлян, однако победа и в первом и, в особенности, во втором сражении досталась ценой огромных потерь, откуда и появилось выражение «Пиррова победа».
Однако, имеются ли среди всего, что нам известно об Александре какие либо факты, свидетельствующие в пользу моей гипотезы, относительно того, каким образом Александр намеревался реформировать фалангу? На мой взгляд имеются. Однако тут следует оговорить, что античные авторы (главным образом Арриан Флавий) , у которых мы черпаем сведения о сражениях Александра, писали свои труды сотни лет спустя после смерти македонского царя и детальные описания этих сражений (если таковые вообще существовали) до них не дошли и им приходилось, располагая весьма скудной информацией, в меру своего понимания реконструировать ход этих сражений. Соответственно, они описали их лишь в самых общих чертах, так что современным историкам, приходится, опираясь на их краткие описания, в свою очередь реконструировать ход этих битв.
Необходимые нам факты можно извлечь из принадлежащего Арриану описанию битвы при Гавгамеллах. Как была построена македонская пехота на поле боя? Арриан сообщает, что позади первой фаланги стояла вторая, на случай того, что персы нападут с тыла. Джон Фуллер в своей книге «Военное искусство Александра Великого» делает вывод «что вся армия образовала, так называемый «полый прямо-угольник» ». Следует отметить, что в армии Александра лучники и метатели дротиков (согласно всё тому же Арриану) всегда располагались на флангах, где они поддерживали кавалерию, так было и в битве при Гавгамеллах. Согласно Арриану, персы пустили в атаку колесницы с косами, однако часть из них забросали дротиками македонские легковооруженные воины, стоявшие впереди конницы гетайров, и лишь немногим удалось достичь строя фаланги. Предположение, что лучники и метатели дротиков, находившееся рядом с конницей , перебили большую часть возничих тех колесниц, которые атаковали пехоту представляется совершенно не правдоподобным ( для этого им понадобились бы не луки, а винтовки с оптическим прицелом), так кто же
были те воины, которые сумели это сделать? Считается, что македонские пехотинцы, которым приходилось держать свое длинное копье двумя руками, вследствие этого не могли метать дротики, однако, в книге Н. Секунда и А. Макбрайда «Армия Александра Великого», сообщается, что педзетайры в начале сражения, брали сариссу в левую руку, а правой метали во врага дротик. В пользу того, что педзетайры владели такой техникой, свидетельствует принадлежащее римскому историку Квинту Курцию Руфу описание «дуэли» между афинянином Диоксиппом и македонцем Горратом « Македонец надел полное вооружение: в левую руку он взял медный щит и копье, называемое «сарисса», в правую дротик и опоясался мечом.», далее сообщается, что он метнул свой дротик в противника. Ничего неправдоподобного в этом нет: педзетайр мог поставить сариссу вертикально, уперев ее в землю (щит держать было ненужно поскольку он висел на лямках) и без особых усилий удерживать ее в этом положение левой рукой, когда правой метал дротик.
То что педзетайры могли при необходимости метать дротики подтверждает, принадлежащее Арриану описание битвы Александра с индийским царем Пором у которого было 200 боевых слонов, в котором сообщается, что «македонская пехота пошла на слонов, кидая дротики в их вожаков и поражая самих животных». Поскольку там же сказано, что македонские лучники и пращники находились на флангах, а слонам противостояла фаланга, то получается, что дротики в слонов метали именно фалангиаты.
Примечательно, что у того же Арриана в его «Диспозиции против аланов» описан такой способ отражения пехотой атаки конницы, при котором воины первой шеренги выставляют свои копья навстречу вражеским конникам, а воины задних шеренг мечут копья поверх их голов. Можно предположить, что, когда македонским пехотинцам в битве при Гавгамеллах пришлось отражать атаку боевых колесниц, они действовали подобным образом. Вполне вероятно, что воины первой шеренги (а может быть и не только первой), при этом опустились на одно колено чтобы не заслонять обзор, тем кто метал дротики.
Осмелюсь предположить, что сведения о том, что Александр «при начале боя велел солдатам встать на левое колено», Макиавелли почерпнул из некой рукописи, которая не дошла до нас - вероятно была утрачена в ходе Итальянских войн. Такие рукописи обычно находили в монастырских библиотеках, где они нередко были покрыты плесень или изъедены мышами, так что значительная часть текста была утрачена. Неудивительно, что Макиавелли не знал, зачем македонянам понадобилось становится на одно колено.
Если моя догадка верна, то получается, что в битве при Гавгамеллах Александр уже использовал построение в виде каре, в котором при отражении атаки противника, воины стоящие во «внешних шеренгах» опускаются на одно колено, а воины во «внутренних шеренгах» прицельно поражают врага метательным оружием. Таким образом, для того чтобы спланировать ту реформу, которая была описана выше, Александру оставалось только додуматься до того, что вместо того, чтобы строить всю тяжелую пехоту в одно большое каре, можно построить в каре каждый таксис, и при этом во «внутренние шеренги» такого каре поместить воинов специально вооруженных и обученных для ведения «дистанционного боя». Как видим, у Александра были все предпосылки для того, чтобы замыслить именно такую реформу.

---

Отредактировано модератором: Mart, 13 декабря 2025 — 11:41

Прошу прощения за то, что не ответил раньше.
Доказательств, которые я бы мог предоставить в суд на предмет установления авторских прав Македонского А. Ф. на способ стрельбы плутонгами у меня нет, тем более, что (если моя догадка верна), македонянам, а, точнее, персам на македонской службе еще только предстояло освоить такой способ ведения боя - надо полагать со смертью Александра все мероприятия в этом направлении были свернуты. Однако у меня имеются соображения которые позволяют сделать вывод, что данное предположение является вполне вероятным, прежде всего - это единственный способ ведения боя, который позволяет сделать подразделение, в котором 12 шеренг стрелков со всех сторон окружены копьеносцами, эффективной тактической единицей, единственная альтернатива - это малоэффективный не прицельный навесной огонь. Если данное построение создавалось для ведения навесного огня, то легко увидеть, что проигрыш в ударной мощи, вследствие утраты строем копьеносцев монолитности, не компенсируется нанесением противнику сравнительно небольшого ущерба обстрелом - ни какой вменяемый полководец не станет проводить реформу, которая заведомо снизит боевую эффективность его войск. Напротив, использование "плутонг" позволяет расстреливать неприятельских воинов почти в упор "прямой наводкой" (оставаясь под прикрытием стоящих на одном колене копьеносцев), что чрезвычайно эффективно. В этом случае снижение ударной мощи пехотного строя уже не будет иметь значения, так как не будет иметь место продолжительный рукопашный бой - для того чтобы опрокинуть неприятеля после понесенных им страшных потерь от стрельбы почти в упор, будет достаточно одного стремительного натиска копьеносцев.

---

Отредактировано модератором: Mart, 25 ноября 2025 — 08:51