ТЕКУЧКА. - 2

В последнее время в связи со значительным снижением темпов еврейской иммиграции в Израиль вопрос о сохранении преобладающего еврейского большинства в стране встал с невиданной прежде остротой. Динамика последнего времени, проявившаяся, в частности, в реализации правительством А. Шарона в августе 2005 года так называемой программы размежевания, когда израильские силы и поселения выводились строго из тех районов, где еврейское присутствие значительно уступало по численности арабскому, и только из них, отчетливо свидетельствует о том, что именно демографический фактор становится центральным в определении границ страны. Демография в Израиле ни в коей мере не является чисто академической наукой, имеющей лишь теоретический интерес — напротив, демографические соображения имеют огромное политическое и государственное значение.

При том что в Израиле, что называется, каждый человек на счету, численность граждан страны, постоянно проживающих за рубежом, оценивается примерно в миллион человек — значительное число для такого сравнительно небольшого государства, как Израиль, население которого едва перевалило за семь миллионов. Учитывая историческую судьбу еврейского народа, не удивительно, что большинство принадлежащих к нему живут в тех или иных странах диаспоры, но на сегодняшний день сложилась поистине парадоксальная ситуация: вторая по численности еврейская община в диаспоре — израильтяне, покинувшие страну и переселившиеся в другие государства. Численность израильтян, живущих за пределами своей родины, превышает численность евреев во всех странах диаспоры, кроме США.

Насколько можно судить, принимая во внимание данные последних лет, потенциал еврейской иммиграции в Израиль из стран СНГ и Балтии в целом исчерпан. Существует реальная опасность того, что в этом году — впервые за последние два десятилетия — численность тех, кто покидает Израиль (ожидается, что таковых будет примерно 20 тысяч человек), превысит численность репатриантов, прибывающих в страну (ожидается, что таковых будет не более 15 тысяч человек). Учитывая важность демографического фактора для самого выживания Государства Израиль, страна стоит перед проблемой стратегического значения. Подобное положение дел требует от ответственных за эту сферу государственных органов Израиля кардинально пересмотреть свою деятельность в области иммиграционной политики. Совершенно очевидно, что для Израиля, в средне- и долгосрочной перспективе крайне заинтересованного в привлечении в страну еврейского населения, наиболее естественным шагом должна стать работа по возвращению в страну бывших соотечественников.

Вопреки тому, что можно было бы ожидать, у Израиля на сегодняшней день нет государственной доктрины по работе с соотечественниками за рубежом, и никакие организации (ни Министерство абсорбции, ни Еврейское агентство, ни какие-либо другие) не ведут целенаправленной деятельности по предотвращению эмиграции израильтян из страны или по возвращению в страну тех, кто уехал в прошлые годы. В этом направлении на сегодняшний день делаются лишь первые, довольно робкие шаги: состоялось заседание комиссии кнесета по алие, абсорбции и связям с диаспорой; комиссия во главе с бывшим министром финансов Авраамом Шохатом, представившая отчет о необходимых реформах в сфере науки и высшего образования, особо отметила, как важно, чтобы израильские ученые не уезжали из страны, а те, что уехали, вернулись; и т.д. Однако комплексной государственной программы по предотвращению еврейской эмиграции из страны и по работе с соотечественниками за рубежом не только не выработано, но даже и работа над этим не началась.

Следует отметить, что в первые 30-40 лет существования Государства Израиль отношение к покидавшим страну было крайне негативным, однако в последние четверть века ситуация изменилась, причем разительно. Общественность все более склонна воспринимать эмиграцию из страны с определенным пониманием, принимая во внимание всю гамму релевантных факторов. Публикация в последние годы целого ряда книг и статей об израильской диаспоре в зарубежье не только позволила «без гнева и пристрастия» рассмотреть этот феномен, но и во многом способствовало его легитимации. Хотя и книга проф. Стивена Гольда «Израильская диаспора» (2002), и монография проф. Наамы Цабар «Кибуцники в диаспоре» (2000), и исследование проф. Моше Шакеда об эмигрантах из Израиля, постоянно живущих в Нью-Йорке (1988), были опубликованы лишь на английском языке и не были переведены на иврит, эти труды внесли важный вклад в преодоление той ситуации, когда об эмигрантах писали лишь как о «падших слабаках» и о «дезертирах, предавших свой народ» (это — реальные цитаты из израильской прессы 1970-х). На русском языке, кстати, первая обзорно-аналитическая работа о живущих в зарубежных странах выходцах из Израиля была опубликована (в московском журнале «Диаспоры») лишь в прошлом году. Это — важный шаг в направлении адекватного научного изучения данной темы на русском языке, однако нельзя не отметить, что, хотя Израиль покинули, по разным оценкам, от 70 до 100 тысяч выходцев из стран СНГ и Балтии, никакого сколько-нибудь серьезного научного изучения данной проблемы до сих пор так и не было проведено.

Среди факторов, повлиявших на отношение к отъезжающим, нельзя не назвать и то, что на протяжении последних десятилетий Израиль оставили, в частности, люди, некоторые из которых больше чем кто бы то ни было другой ассоциировались в общественном сознании с «солью земли», как, например, легендарный бывший министр иностранных дел Израиля Аба Эвен (1915-2002) или писатель и публицист Амос Эйлон, автор выдержавшей много изданий книги «Израильтяне: основатели и сыновья». За границей проживают члены семей высших руководителей Государства Израиль: сын бывшего главнокомандующего и премьер-министра Ицхака Рабина, сестра бывшего премьер-министра Ариэля Шарона, брат и сын нынешнего премьер-министра Эхуда Ольмерта и другие.

Параллельно с этим неуклонно росла доля израильтян, выражавших готовность к эмиграции из страны. Так, согласно опросу, проведенному в 1990 году социологом Офрой Майзельс среди демобилизованных солдат, 13,5% респондентов, отвечавших на вопросы «Уверены ли Вы, что останетесь жить в Израиле?», выбрали один из двух нижеприведенных вариантов: «Уверен, что не останусь» и «Думаю, что не останусь, хотя точно не знаю»; в 1987 году в аналогичной выборке таковых было 9,6%, а в 1974 году — только 4%. При этом значительно вырос процент колеблющихся, выбравших в качестве ответа вариант «Может быть, я и останусь жить в Израиле, но пока точно не знаю», — таковых среди демобилизованных солдат 1987 и 1990 годов было 30-34%. Похожие данные собрал социолог Ури Ферго: в ходе опроса, проведенного в середине 1960-х годов, 12% опрошенных нерелигиозных израильтян выразили толерантное отношение к эмиграции из страны, в то время как 20 лет спустя таковых было 33%. Согласно данным опроса, проведенного в 1989 году под руководством ныне покойного профессора Еврейского университета в Иерусалиме Зеэва Бен-Сиры, более четверти молодых граждан Израиля не были уверены, что останутся в Израиле, — против 1% в 1965 и 3% в 1974 году. Согласно данным, собранным в 2003 году израильским институтом «Мутагим» во главе с Элиэзером Фельдманом, 19% молодых русскоязычных израильтян (в возрасте 16-20 лет), отвечавших на вопрос «Вы будете жить в Израиле или намерены эмигрировать в другую страну?», выбрали вариант отъезда, причем только 2% планируют вернуться в страны СНГ и Балтии, тогда как 17% планируют эмиграцию в одну из стран Западной Европы, Северной Америки или Австралию.

Вышеозначенные тенденции усилились в последние годы в связи с ухудшением общей региональной ситуации в сфере безопасности, в особенности — в связи со второй ливанской войной. Хотя очевидно, что большинство потенциальных эмигрантов (т.е. тех, кто, отвечая на вопросы социологов, сообщает о желании покинуть страну) в итоге остаются в Израиле, просто потому, что реально эмигрировать им некуда и не на что, число тех, кто все же оставляет Израиль, растет. Вместе с тем необходимо подчеркнуть, что в связи с сокращением числа прибывающих репатриантов (по Закону о возвращении в 2006 году в Израиль прибыли лишь 19264 человек — наименьшее количество за последние двадцать лет), численность приезжающих примерно сравнялась с численностью отъезжающих. Ожидается, что за весь 2007 год численность покидающих Израиль эмигрантов составит 20 тысяч человек, в то время как темпы репатриации, включая нееврейских родственников евреев, на которых также распространяется Закон о возвращении, не превысят 15 тысяч человек. (Для сравнения: в 2000 году численность прибывших в страну почти в пять раз превысила численность уехавших, составив 60192 человека — против 12900).

Если Израиль реально заинтересован в продолжении алии, наиболее естественным шагом была бы выработка национальной доктрины по поддержанию связи с соотечественниками за границей с целью дальнейшего формирования перечня мер, необходимых для возвращения на родину хотя бы части из них. Принимая во внимание, что речь идет о людях, знающих иврит и хорошо знакомых с реалиями израильской жизни, трудно представить себе более «естественную» группу потенциальных репатриантов. Согласно данным, опубликованным Центральным статистическим бюро Израиля в сентябре 2005 года, с момента создания Государства Израиль страну покинули (и не вернулись) 642 тысячи человек. Не все из них живы к настоящему времени, однако численность тех, кто еще жив, а также членов их семей (супругов и детей) оценивается примерно в миллион человек. Выработка общенациональной доктрины по работе с соотечественниками за рубежом и по их, насколько это окажется возможным, возвращению на родину является важнейшим стратегическим интересом Израиля, для которого вопрос о сохранении еврейского большинства в населении страны тождествен вопросу о самом выживании еврейского государства как такового. Израиль должен больше ценить своих граждан, когда бы они ни приехали в страну и сколько бы лет они ни прожили в ней. Если, скажем, Китай, США или Канада останутся на карте мира в тех же самых границах и в случае, если их население сократится вдвое и даже втрое, то для Израиля подобный демографический апокалипсис чреват самоликвидацией.

Следует отметить, что такое явление, как отъезд из Израиля среди уроженцев страны и старожилов, с одной стороны, и среди сравнительно новых граждан, проживших в стране менее десяти лет, с другой, нужно рассматривать дифференцированно. Для уроженцев страны и для тех, кто прибыл в нее в раннем детстве, именно Израиль является родиной, именно иврит является родным языком, и любой отъезд куда бы то ни было неминуемо означает расставание с привычной средой и связанным с нею социальным и культурным багажом, который далеко не весь можно увезти с собой. Для сравнительно же недавних иммигрантов, прибывших в Израиль в более или менее зрелом возрасте, отъезд из страны совсем необязательно влечет за собой ослабление связи с родиной и родным языком: напротив, их отъезд из Израиля может представлять собой возвращение на покинутую ими прежде родину. Даже в ситуации повторной эмиграции, когда выходцы из России или Украины, прожив в Израиле несколько лет, приняли решение об отъезде, например, в Канаду, они находятся в другой ситуации, чем уезжающие в ту же Канаду коренные израильтяне: для них это уже в любом случае — вторая эмиграция, и их эмоциональная и языковая связь с Израилем, как правило, неизмеримо ниже. Только дифференцированный подход, принимающий во внимание различные причины еврейской эмиграции из страны, может стать адекватной отправной точкой для формирования реально работающей государственной программы действий в этой сфере.

В Израиле принято считать диаспору важным фактором, поддерживающим существование еврейского государства как с финансовой, так и с дипломатической точки зрения, и это справедливо. Однако не менее справедливо и обратное: рост численности населения диаспоры за счет сокращения численности еврейского населения Израиля представляет собой стратегическую угрозу существованию еврейского государства. Чем более крепкими будут связи израильтян, живущих за пределами страны, со своей родиной, чем большее их количество примет решение о возвращении домой, чем меньше людей оставит Израиль в поисках лучшего будущего за рубежом, тем больше вероятность, что Израиль встретит не только шестидесятый, но и сотый юбилей своей независимости.

Об авторах:

Д-р Соня Михаэли — главный ученый Министерства абсорбции Израиля.

Д-р Алек Эпштейн — известный израильский социолог и политолог, преподаватель Открытого университета Израиля, постоянный автор Института Ближнего Востока.