ТЕКУЧКА. - 2

В Израиле определенная часть белой, преимущественно ашкеназской (имеющей восточноевропейское происхождение), верхушки мечтает об отдельном палестинском государстве и прекращении оккупации Сектора Газа и Западного берега реки Иордан. Причину однажды сформулировала Захава Гальон (Злата Шнипицкая), литовская еврейка, родившаяся в Вильнюсе, лидер левой партии «Мерец» в 2012—2018 годах. Кстати, левыми в Израиле называют противников оккупации.

Колониальная, или консервативно-расистская, идеология превращает человеческое сообщество в систему замкнутых пространств с непроницаемыми границами. Она организует труд согласно этим представлениям, позволяя разделить не имеющее политической и экономической власти большинство — трудящееся население, и подвергать его эксплуатации разной степени в зависимости от этноса и расы. Это разделение не позволяет трудящемуся большинству создать объединенное сопротивление.
Классический пример использования такой доктрины на практике — Израиль с 200 тысячами палестинских рабочих. Не имея израильского гражданства и социальных прав — этих людей полицейские могли в любой момент арестовать и избить — палестинские рабочие абсолютно беззащитны перед любым произволом собственников и менеджмента предприятий. Им можно платить намного меньше, чем другим, и заставлять трудиться с максимальной интенсивностью в ходе ненормированного рабочего дня. Кроме них, на особенно сложных и тяжелых работах, часто неквалифицированных, используют людей, завезенных из Таиланда и некоторых других регионов планеты.

В то же время в качестве квалифицированной рабочей силы в Израиле широко задействуются выходцы из стран бывшего СССР, имеющие гражданство, но подвергающиеся дискриминации.
Выше стоят прорабы и другие мелкие руководители — евреи восточного происхождения, выходцы из стран северной Африки и Ирака, в то время как верхушка бизнеса чаще всего состоит из евреев-ашкеназов, старожилов, чьи предки прибыли из Польши и других регионов восточной Европы.
Это далеко не полная картина организации труда в Израиле, но дает представление о реальности.
По крайней мере примерно такую картину наблюдал французский исследователь Эмилио Минассян в строительном секторе Израиля. «Ни одна из этих групп, — указывает ученый, — не может смешаться с другой, потому что у каждой из них есть свое место и статус в отношениях на производстве. Эти миры непроницаемы, они замкнуты, но при этом они видят друг друга, знают друг о друге…»

Расистский «антиколониальный» дискурс, родившийся в университетах США и Западной Европы и распространенный также среди части израильтян, не может исправить положение дел.
Он тоже делит работников по расам, настойчиво и порой в оскорбительной форме утверждая, что белые наемные работники виноваты перед черными, а мужчины перед женщинами, и что одним стоит постоянно каяться и извиняться перед другими, делая миллион оговорок во время любой речи. Так сохраняется существующее разделение работников и их бессилие.
Антиколониальная идеология — калька с колониального расизма, который делит людей на более-менее закрытые группы в зависимости от их цвета кожи или происхождения. Эти идеи поддерживаются в Европе, США и в Израиле частью правящей верхушки, которую иногда называют «бобо» — богемная буржуазия. Подобные идеи используются для контроля над работниками и их разделения, а также для борьбы с теми группами собственников и менеджмента, которые следуют традиционной консервативной морали. Эти идеи помогают продвижению в высшие эшелоны общества отдельных представителей меньшинств, без изменений иерархической структуры общественного строя в целом — структуры, основанной на эксплуатации (присвоении результатов чужого труда) и военно-политическом господстве правящих группировок.

Захава Гальон выступает против оккупации Сектора Газа и Западного берега, за создание отдельного палестинского государства по причине того, что важно сохранить «еврейское этническое большинство».

В основе таких представлений лежит страх части партийной и экономической верхушки Израиля, что, если он и дальше будет сохранять оккупацию и застраивать палестинские регионы своими колониальными поселениями, то в этом случае рано или поздно станет окончательно неразделим с Палестиной.
И тогда палестинцы начнут бороться уже не за государственную независимость, которая будет, очевидно, невозможна, а за предоставление им гражданства. А это крайне опасно для израильской верхушки — по той причине, что уже сегодня между рекой Иордан и Средиземным морем, т.е. в Израиле и на оккупированных или блокированных им палестинских территориях число арабов (мусульман и христиан) сравнялось с числом евреев.
В случае успеха борьбы за равенство в пределах одного государства еврейские националистические партии, включая «Мерец», утратят огромную часть власти и финансового контроля, как и финансирующие их израильские монополии.
Отделение палестинцев от оккупационного израильского режима на его условиях означает создание небольшого, бедного, слабого, демилитаризованного палестинского государства. Сотни тысяч его граждан будут вынуждены, как и прежде, ездить в Израиль на работу, не имея никаких прав, а затем возвращаться домой.

Другая, консервативная часть израильского правящего класса во главе с премьер-министром Биньямином Нетаньяху выступает за сохранение оккупации навечно.

Израильский лидер заявил президенту США, что «потребности безопасности его страны не оставляют места для суверенного палестинского государства». Эта часть израильской верхушки («правые») считают выделение палестинцам государства на Западном берегу реки Иордан, слишком рискованным проектом. Даже не имея сильной армии, палестинское государство будет внедряться клином в территорию Израиля, подступая вплотную к его главному промышленному городскому центру — узкой прибрежной полосе шириной около 20 км, где живет большинство израильтян. И страна окажется лишена стратегической глубины, что в современном мире, раздираемом вооруженными конфликтами, крайне опасно.
Сохранение оккупации у части представителей правого политического спектра, связано с надеждами на депортацию («трансфер») миллионов палестинских неграждан с оккупированных территорий. Недавно израильский режим пытался сделать что-то подобное с жителями Газы, выдавливая их в Египет.

Потребность в дешевой и бесправной рабочей силе, необходимой современной капиталистической экономике, может быть, вероятно, решена с помощью импорта рабочих из Индо-Тихоокеанского региона, а также путем найма беженцев из Судана или Эритреи, которых в еврейском государстве уже насчитывается несколько десятков тысяч.

Таким образом, на примере Израиля видно, что «антиколониальный» дискурс, родившийся в университетах США и Западной Европы, не может исправить положение дел, а лишь предлагает переформатировать систему угнетения.
В начале XX столетия в США действовало многонациональное пролетарское движение

Индустриальные рабочие мира (ИРМ). Оно называло свои взгляды революционным индустриализмом и включало представителей сотен национальностей.

ИРМ добивались сплочения работников в ходе жестких стачек, которые правительство США иногда запрещало (но они продолжались, несмотря на запреты).

ИРМ считали такие забастовки (обычно с требованием поднять зарплату) способом обучения работников радикальной политике и самоорганизации в ходе суровой борьбы, столкновений со штрейкбрехерами. В идеале движение выступало за всеобщую стачку, в ходе которой фабрики и заводы США будут захвачены работниками в самоуправление и сформируют горизонтальную ассоциацию для управления страной в целом.

В то время законы некоторых штатов запрещали совместные собрания черных и белых рабочих. ИРМ заявили, что они станут нарушать этот закон и что их целью является братство всех трудящихся. Они стремились сломать любые границы между работниками.
По мнению некоторых исследователей, основой ИРМ стал союз между ирландскими и еврейскими рабочими Америки. В обычной жизни эти общины не дружили и отношения между католиками-ирландцами и евреями, исповедовавшими иудаизм, часто были очень плохими. ИРМ сломали и эту перегородку, создали прочный сплав. Ирландские рабочие оказались безбашенными бунтарями, еврейские — более рациональными и методичными активистами (реальность много сложнее, мы, в какой-то степени следуем стереотипам, но приводим мнение, которое, быть может, не лишено некоторых оснований).

Этот сплав оказался в какой-то момент эффективным, пока ИРМ не были разрушены репрессиями. Впрочем, невинными жертвами они не были — сами не стеснялись жестко поступать со своими врагами.

Мы не знаем, в каком направлении будут развиваться события в Израиле и Палестине. Сегодня всё кажется чрезвычайно далеким от сценария ИРМ, одинакового чуждого колониальному и антиколониальному взглядам. Однако Ближний Восток, помимо прочего, это мир радикальных многонациональных сект, массовых протестных движений, внезапных поворотов истории. Именно здесь зародились три мировые религии, сильно изменившие человечество.
Вспышка активности осенью 2019 г. многонациональных социальных низов, — восстания с базовыми экономическими требованиями (бесплатные медицина и электричество, доступ к чистой воде и качественным рабочим местам) в «шиитском поясе» (Иран, Ирак, Ливан, до некоторой степени Сирия) является движением в указанном направлении.