Табель пишет:
Конечно взял "свое".
Только зачем тогда говорить о соблюдении "международного права", честной и мудрой политики партии (которая и не знала о своей мудрой политике) и так далее...
Вы пустомелите про "нарушение международного права". Никакого нарушения международного права в заключении пакта не было. Это отмечено даже в той цитате, которую Вы представили.
Действия партии были честными и мудрыми. Эти действия были честно направлены на защиту интересов страны и живущих в ней трудящихся. Граница была отодвинута от центральных районов, территория и население страны приросли. Если бы этого мудрого действия не было, то расстояние от границы до Москвы и Ленинграда было бы значительно меньше, чем это было в июне 1941 года. Разница между этими расстояниями была намного меньше, чем требовалось еще пройти немцам в 1941 году, чтобы окружить Москву, а Ленинград взять в более глубокую блокаду. Если бы это произошло, то исход войны был бы совсем иным.
Вы ратуете за победу Германии над СССР в ВОВ?
Табель пишет:
Товарищ Сталин постеснялся выдать на утверждение Верховного Совета приложения к Пакту. Верховный Совет СССР утвердил Пакт, в котором за все хорошее, против всего плохого.
Не было нужды направлять Протокол для утверждения Верховным Советом.
Вы правда считаете, что если бы этот протокол вынесли на утверждение Верховного Совета, то это Протокол не утвердил бы Верховный Совет по каким-то причинам, не отражавшим интересы страны? Утвердили бы. Вынесение на утверждение в Верховный Совет могло нарушить условие о конфиденциальности этого Протокола.
Табель пишет:
А если народ будет знать, что его дурили сознательно и крупно на высшем уровне - глядишь и количество бомжей уменьшится.
Кстати, где сегодня этот прагматизм Сталинский?
Сейчас полно людей считающих, что правительство демократов их обдурило сознательно и крупно, но это не привело к уменьшению бомжей. Значит Ваш посыл ложен.
Табель пишет:
Кстати, где сегодня этот прагматизм Сталинский?
Засунул в СССР те народы, которые мечтали о его уничтожении.
Уверен, что если бы "прагматизм Сталинский" существовал до нынешних дней, то Вы бы тут таких речей бы не вели, и СССР продолжал бы существовать.
ccsr пишет:
Есть разный уровень достоверности информации, поступающей от агентурных источников. Профессионалы считают что именно с февраля можно считать точным, что началась подготовка и развертывание войск к войне против СССР, хотя сама информация что Германия готовится напасть появилась гораздо раньше, уже в конце 1940 года.
Это надо так понимать, что до февраля 1941 года разведка поставляла руководству информацию низкой достоверности? Понятно, что общая возможность нападения на СССР возникла осенью 1939 года, когда у Германии и СССР появилась общая граница. Но ведь и планирование нападения на СССР было начато летом 1940 года.
ccsr пишет:
В октябре не было плана войны - вы и этого не знаете, оказывается. А без плана войны вести речь о подготовке к ней, просто обычное словоблудие, если отсутствует решение.
Я Вас огорчу. Осенью 1940 года еще не был утвержден план войны, не была определена дата вторжения, но это совсем не значит, что отсутствовала подготовка к войне. Планирование - это этап подготовки к войне. Задачи подготовки к войне стали прорабатываться военными на неделю раньше, чем Гитлер их озвучил на совещании с высшими военными 31 июля 1940 года. Вот так и получается, что подготовка к войне с СССР в Германии началась летом, а не в начале зимы 1940-1941 г.г.
ccsr пишет:
Разведку Германии, как основного нашего противника, вели еще с 1938 года, так что не надо фантазировать, что якобы уже тогда Германия собиралась на нас напасть, даже если в 1939 году у нас появилась общая граница.
Смею считать, что Германия стала вероятным противником СССР гораздо раньше 1938 года. Да и в Германии на СССР стали смотреть как на вероятного противника ранее 1938 года. Вообще-то, речь шла не о начале ведения разведки против Германии, а о времени начала освещения советской разведкой сосредоточения немецких войск на советской границе. А это было с осени 1939 года, после появления общей границы.
ccsr пишет:
Это как понимать? Мы что после первых же докладов разведки должны были ввести в стране военное положение или объявить мобилизацию?
Это надо понимать так, что предпринимаемые меры должны быть адекватны уровню возникновения угрозы и снижать ее. Ни формирование "группы армий РГК", ни вывод ближе к границе "глубинных" соединений приграничных округов, ни поднятие по тревоге войск, не были начаты своевременно, для завершения этих действий еще до начала вторжения.
ccsr пишет:
С какой стати, а главное как, мы должны были реагировать , чтобы Гитлер отказался от нападения от СССР? Союзники нас в 1939 году кинули с нашими предложениями, как еще раньше ч Чехословакией - на кого нам надеяться было? Просветите читателей своим гениальным решением, пригодным для первой половины 1941 года.
Речи не шло о создании условий для исключения нападения Германии на СССР. Речь шла о мероприятиях, которые бы обеспечили бы лучшую готовность к отражению нападения. Ничего гениального не требовалось, просто начинать делать то, что делали, надо было раньше и лучше.
ccsr пишет:
Табель пишет:
В ГШ РККА не обнаружено ни одного документа, в котором прорабатывались бы планы оказания помощи чехам.
Прежде чем что-то разрабатывать в ГШ касающегося применение вооруженных сил против другого государства, нужно получить указание Правительства страны на это, а даже не указание наркома обороны. Пока не было принято политическое решение о вводе войск через Польшу, за самостоятельную разработку таких планов можно было попасть на Магадан, если бы случилась утечка информации.
Табель пишет:
РККА изначально и никогда не планировала оказать чехам хоть какую-то помощь....
А она сама и не могла планировать - это ей запрещено, без указания Правительства на это.
...
Совершенно лишнее констатация факта.
Факт отсутствия планов помощи чехам у нашего ГШ как раз и говорит о том, что СССР, несмотря на все свои заверения на политической арене по поводу помощи чехам, ничего делать не собирался изначально.
Обычный дешевый пиар Сталина. Мол, мы помощь предлагали, а нас даже в Мюнхен не пригласили.
Послали вождя с его "помощью" туда, где этой "помощи" и место - в игнор...
РККА не бездействовала.
Из статьи по адресу
http://www.protown.ru/information/hide/4912.html :
"По мере возрастания угрозы Чехословакии Советское правительство проводило подготовительные военные мероприятия, чтобы в случае необходимости обеспечить быструю и эффективную помощь своему союзнику. 26 июня 1938 г. Главный Военный Совет Советской Армии принял постановление преобразовать Киевский и Белорусский военные округа, находившиеся ближе всего к территории Чехословакии, в особые военные округа. В соответствии с приказом народного комиссара обороны К. Е. Ворошилова, изданным в порядке реализации этого постановления, в Киевском особом военном округе началось срочное формирование четырех крупных армейских групп — житомирской, винницкой, одесской, а также кавалерийской группы, в Белорусском особом военном округе — двух армейских групп — витебской и бобруйской. Срок окончания этих организационных мероприятий был определен к 1 сентября 1938 г. {363}.
Армейские группы оперативного назначения включали в свой состав несколько стрелковых дивизий, танковые бригады, артиллерийские, инженерные части и другие войска обеспечения. Кавалерийская группа создавалась как сильное подвижное объединение, в состав которого входили два кавалерийских корпуса (2-й и 4-й), танковые, артиллерийские, [104] инженерные и другие части усиления. В ходе организации этих армейских объединений особое внимание обращалось на пополнение округов личным: составом, боевой техникой, боеприпасами, горючим.
...
Во исполнение этих указаний народный комиссар обороны 21 сентября направил по прямому проводу Военному совету Киевского особого военного округа директиву {364}, в которой требовалось начать выдвижение к государственной границе крупных группировок войск: житомирской армейской группы, включавшей 8-й и 15-й стрелковые корпуса (7, 44, 45, 46, 60, 81 и 87-я стрелковые дивизии) и 2-й кавалерийский корпус (3, 5, 14-я кавалерийские дивизии), — в район Новоград-Волынский, Шепетовка; винницкой армейской группы в составе 17-го стрелкового корпуса (72, 96, 97-я стрелковые дивизии), 25-го танкового корпуса (4-я и 5-я танковые и 1-я мотострелковая бригады), двух отдельных танковых бригад и 4-го кавалерийского корпуса (9, 32, 34-я кавалерийские дивизии) — в район юго-западнее Троекурова (ныне Хмельнинкий) {365}.
Для укомплектования стрелковых дивизий до штатов военного времени разрешалось призвать приписной состав из расчета по 8 тыс. человек на дивизию, а также мобилизовать лошадей для покрытия минимальной потребности боевых частей и подразделений дивизий в транспортных средствах. Полное боевое укомплектование должны были произвести все авиационные базы. Резервистов предполагалось перебрасывать из пунктов постоянной дислокации войск в районы сосредоточения своих дивизий по железной дороге, куда последние обязаны были, не ожидая призывников, выступить в составе, предусмотренном штатом мирного времени {366}.
Для прикрытия и поддержки войск каждой армейской группы привлекались три истребительных полка, три полка скоростных бомбардировщиков и один полк тяжелых бомбардировщиков. Истребительная авиация, действуя с передовых аэродромов, а бомбардировочная — с постоянных, для временной посадки должны были использовать аэродромы, расположенные вблизи государственной границы {367}.
Всю подготовку к действиям армейских групп приказывалось завершить к 23 сентября 1938 г. Утром 22 сентября командующий Киевским особым военным округом сообщил в Генеральный штаб, что к 4 часам утра директива наркома доведена до всех войск по пунктам, их касающимся, и они приступили к выдвижению в указанные районы сосредоточения {368}.
Специальная оперативная группа управления во главе с командующим войсками командармом 1 ранга С. К. Тимошенко переместилась из Киева в Проскуров, откуда была установлена двусторонняя связь с армейскими группами, штабом округа и Москвой. В целях обеспечения бесперебойной связи с Генеральным штабом в Проскуров была срочно направлена новейшая аппаратура и обслуживающий персонал.
Для участия в проводимых мероприятиях и усиления войск юго-западного направления Генеральный штаб отдал указание штабу авиационной армии, расположенной под Воронежем, о перебазировании ее боевых [105] сил в район Белая Церковь, Умань — на территорию Киевского особого военного округа, командование которого было поставлено об этом в известность и обязывалось принять все меры по обеспечению авиачастей и соединений горючим и боеприпасами {369}.
23 сентября нарком обороны и Генеральный штаб отдали дополнительную директиву о приведении в боевую готовность части войск Белорусского особого и вновь созданного Калининского военных округов, а также о выдвижении к государственной границе ряда их оперативных объединений. В Белорусском округе в боевую готовность были приведены две армейские группы: витебская, в которую входили полоцкая (4-й стрелковый корпус в составе 5-й, 50-й стрелковых дивизий и 18-й танковой бригады) и лепельская (27-я стрелковая, 24-я кавалерийская дивизии и 16-я танковая бригада) войсковые группы; бобруйская, включавшая 16-й стрелковый (2, 13, 100-я стрелковые дивизии и 21-я танковая бригада) и 5-й кавалерийский (4, 7, 36-я кавалерийские дивизии) корпуса.
Витебская армейская группа должна была одной своей частью сосредоточиться у границы северо-западнее Полоцка, другой — в районе Бегомль, Березино, западнее Лепеля: бобруйская получила задачу занять Минский укрепленный район и близлежащие пункты. Из Калининского военного округа к границе направлялась усиленная 67-я стрелковая дивизия {370}. Все перечисленные войска утром 24 сентября приступили к выполнению приказа.
Выделенная для прикрытия и поддержки войск истребительная авиация перебазировалась на передовые аэродромы у границы для действий на себежском, полоцком, минском и слуцком направлениях; скоростная бомбардировочная — в район Витебск, Орша. Тяжелая бомбардировочная авиация должна была совершать полеты с аэродромов постоянной дислокации.
В эти же дни в западных приграничных округах помимо полевых войск и авиации приводились в боевую готовность и доукомплектовывались укрепленные районы, расположенные вдоль государственной границы и в ближайшей глубине, инженерно-аэродромные батальоны, усиливалась система наблюдения и оповещения войск, повышалась готовность всей противовоздушной обороны, устанавливалось круглосуточное оперативное дежурство в штабах и на узлах связи. Подобные мероприятия проводились также в Харьковском и Московском военных округах {371}.
Всего в боевую готовность были приведены: танковый корпус, 30 стрелковых и 10 кавалерийских дивизий, 7 танковых, мотострелковая и 12 авиационных бригад, 7 укрепленных районов, а в системе противовоздушной обороны — 2 корпуса, дивизия, 2 бригады, 16 полков, 4 зенитно-артиллерийские бригады и 15 зенитно-артиллерийских полков, а также части боевого и тылового обеспечения.
...
28 сентября начальник Генерального штаба командарм 1 ранга Б. М. Шапошников отдал директиву, в которой указывалось, что в Ленинградском, Белорусском, Киевском, Харьковском, Орловском, Калининском, Московском, Приволжском, Уральском, Северо-Кавказском и Закавказском округах «красноармейцев и младших командиров, выслуживших установленные сроки службы в рядах РККА, впредь до распоряжения из рядов армии — не увольнять» {374}. В тот же день нарком Ворошилов доложил Советскому правительству о готовности направить в Чехословакию 4 авиационные бригады (8 авиационных полков) в составе 548 боевых самолетов, назвав конкретные части, районы базирования с указанием количества и типов самолетов в каждом из них {375}. В тот же день о новых мероприятиях были информированы французский военный атташе в СССР Палас и чехословацкое правительство.
29 сентября Военным советам Ленинградского, Калининского, Белорусского особого и Киевского особого военных округов был дан приказ привести в боевую готовность и пополнить до штатной нормы военнообязанными из запаса дополнительно 17 стрелковых дивизий, управления трех танковых корпусов, 22 танковые и 3 мотострелковые бригады, 34 авиационные базы. Командно-политический состав призывался полностью из расчета мобилизационной потребности для всех корпусных частей, стрелковых дивизий, танковых и мотострелковых бригад, а также авиационных баз {376}.
Военным советам Харьковского, Орловского, Северо-Кавказского, Приволжского и Уральского военных округов были даны указания в двухдневный срок призвать приписной командно-политический состав во все имеющиеся у них части и соединения из расчета 250 — 275 человек на дивизию. Это распространялось и на остальные дивизии Ленинградского военного округа, в которые рядовой и младший начальствующий состав запаса не вызывался {377}.
Таким образом, весь комплекс подготовки по оказанию помощи Чехословакии охватил не только западные приграничные области, но и глубинные районы — вплоть до Волги и Урала. Проведению широких военно-мобилизационных мероприятий в короткий срок с большой четкостью и организованностью в значительной степени способствовали хорошо поставленная партийно-политическая работа в войсках и слаженная деятельность военных органов на местах.
Помимо войск, выдвинутых к юго-западной и западной государственной границе, в боевую готовность был приведен второй эшелон войск, состоявший из 30 стрелковых и 6 кавалерийских дивизий, 2 танковых [107] корпусов, 15 отдельных танковых бригад, 34 авиационных баз. В вооруженные силы было призвано из запаса в общей сложности до 330 тыс. человек командного, политического, младшего командного и рядового состава, задержано увольнение десятков тысяч младших командиров, выслуживших установленные сроки службы {378}".