Что было бы ,если бы Керенский поддержал Корнилова.

Нацисты только и делают, что приписывают свои пороки другим. Достоинств у них нет, вот и занимаются тем, чем могут.

Историки и политологи не всегда понимали, почему Россия с таким упорством дралась с Наполеоном. Иногда казалось, что эта борьба велась Россией за чуждые ей, германские или английские интересы, за навязчивую мечту участвовать в делах Европы.

Не было ли надежней для России сдружившись с владыкой Европы подорвать могущество Лондона и реализовать собственные геополитические цели?

Именно такое мнение изложил в своей книге «Россия и Европа» русский геополитический мыслитель Николая Яковлевич Данилевский. (А позже Дурново в пользу союза с Германией (Волкон).

Перечислив выгоды и приобретения, которые мог бы дать России антианглийский союз с Наполеоном – присоединение Галиции, экспансия на Балканах, он огорченно резюмировал:

«Двенадцатый год был великой политической ошибкой, обращенной духом русского народа в великое народное торжество».


Однако так могло казаться из позднейшей эпохи после Крымской войны, когда Англия была главным геополитическим врагом России.

После Тильзита все было иначе. На границах России расположилась мощная милитаристская империя.


Эта империя стирала в порошок все вокруг себя – исторические государства и целые страны, династии, древние законы и традиции.

Наполеон строил Единую Европу без наций, границ, по сути без Бога, с масонством в качестве своего рода КПСС...


И с неудержимым, по сути сектантским культом самого Бонапарта, масштабы которого мы сегодня даже не можем себе вообразить.

Вандомская колонна в Париже по образцу Колонны Траяна в Риме. Построена в 1810. В 1814 снята первая статуя. В 1833 установлена вторая статуя. В 1863 статуя заменена по приказу Наполеона III. В 1871 колонна разрушена Парижской коммуной. В 1874 восстановлена.
Остановить эту безбожную сверхдержаву, в которой чувствовался антихристов привкус, было для России не только делом чести, но и вопросом выживания.

В истории России раз за разом повторяется одно явление. Раз в полтора столетия русская империя поддерживала европейских торгашей-капиталистов, против силы, пытавшейся объединить Европу на основе твердого принудительного порядка.


В XVII веке, в Тридцатилетнюю войну, Россия чувствительно поддержала протестантский блок во главе с Голландией, против австрийских и испанских Габсбургов, стремившихся объединить Европу под знаменем воинствующего католицизма. В начале XIX века Россия выступила на стороне Англии против Наполеона, и отнюдь не потому, что была подкуплена английским золотом или была английской криптоколонией. В середине ХХ века Россия вместе с англосаксами сокрушила вампирический Третий Рейх. Причем повторилась та же политическая коллизия, на сей раз Тильзитский мир назывался Пактом Молотова-Риббентропа, но тоже предполагал занятие и Финляндии, и Молдавии.


Причиной такого хода вещей было то, что сама будучи территориальной империей, Россия могла сосуществовать, хотя и в постоянном конфликте, с торгашеской мир-экономикой, где основой социального порядка была прибыль. А вот попыток превратить Европу в другую территориальную империю Россия допустить не могла, - никакого раздела сфер влияния не получилось бы – очень скоро пришлось бы решать, какая империя главнее – Европейская или Российская. Соседство с континентальной европейской империей обошлось бы России несоизмеримо дороже даже самой утомительной большой игры против морской державы.


И раз за разом именно европейская империя оказывалась в телеге истории пятым колесом. Стратегам НАТО и ЕС, превратившим Европу из плюралистического сообщества объединенного экономикой, в принудительную секту фанатиков Украины, я бы советовал поразмыслить над продолжением этого сюжета.


Однако современники мало размышляли над метаисторией. Для них противостояние Наполеону было, прежде всего, культурной национально освободительной войной.
https://dzen.ru/a/Y11U2WPUcHhJOG0v

(Отредактировано автором: 26 июня 2024 — 18:47)