|
|
 Случайные фото из галереи: |
|
|
| Крымская война |
| |
Ярослав Стебко  |
Отправлено: 7 марта 2025 — 20:49 
|
майор
Сообщений всего: 837
Дата рег-ции: 7.03.2021
Репутация: 2
|
alexeybo пишет:
Неуж в пустую голову экскурсовода-неуча не приходит мысль о том, что "первое сражение на территории Крыма" - это совсем не Булганакское сражение? А ничего, что еще в 988 году Владимир Святославович брал Корсунь? Радость
Неуч, учи матчасть!
Для долбоящеров видать невдомёк что были сражения куда древнее, тема какая, клоун тупорылый? Херсонес, открою страшную тайну, отбивался от имперских армий, но клоунам об этом не известно. Прежде чем хавальник раскрывать, может стоило бы книжки прочитать? Вроде как пользу приносят, смотря какие.
Цитата: Да понял я, понял, что у вас денег на очки не хватает! У жены своей просить пробовали, не дает?
А мысль что с этим примириться сложно в голову, клоун, не заходила?
Цитата: Дупу себе отбивает экскурсовод-недоучка. Учитесь, пока я Вам советы даю бесплатные.
Училка не выросла, чучело, а чот позорного в моей работе? Ну на стройке я работал и фрезеровщиком, тут я получаю больше на своей фирме, что за тупые придирки, куско непонятной субстанции?
|
| |
|
| alexeybo |
Отправлено: 7 марта 2025 — 23:21
|
полковник
Сообщений всего: 9915
Дата рег-ции: 24.11.2017
Репутация: 32
[+]
|
Ярослав Стебко пишет: Получалку не отрастили, я с вас, клоунов, откорвенно угораю, мне концерта Задорнова не надо глядя как вы там шерудите по инету. Когда начинают говорить: да я тебя уделал - это верный признак что оппонент обхезался.  Так отрастил, что экскурсоводу по самые его гланды засадил. И ему это нравится, просит не останавливаться.
Ярослав Стебко пишет: Какую судьбу, чудо в перьях? Я зарабатываю, наверняка, чем вся ваша семья вместе взятая, имея при этом достаточно свободного времени.
Ярослав Стебко пишет: Вот дикая собака, мы вроде как на ты не переходили, чучело.
Ярослав Стебко пишет: Эти перья сами выпадают, по зоопаркам чаще надо ходить со своим ребёнком, еси он есть.
Ярослав Стебко пишет: По сути есть что, чучело? |
| |
|
 | Рона пишет: Подполковник из Ген.Штаба Мин. Обороны записал на листке бумаги адрес сайта и порекомендовал зарегистрироваться.
Здесь не только интересные темы, но и хорошие, добрые люди.Зарегистрироваться! |
| alexeybo |
Отправлено: 7 марта 2025 — 23:48
|
полковник
Сообщений всего: 9915
Дата рег-ции: 24.11.2017
Репутация: 32
[+]
|
Ярослав Стебко пишет: Для долбоящеров видать невдомёк что были сражения куда древнее, тема какая, клоун тупорылый? Херсонес, открою страшную тайну, отбивался от имперских армий, но клоунам об этом не известно. Прежде чем хавальник раскрывать, может стоило бы книжки прочитать? Вроде как пользу приносят, смотря какие.
Ярослав Стебко пишет: А мысль что с этим примириться сложно в голову, клоун, не заходила?
Ярослав Стебко пишет: Училка не выросла, чучело, а чот позорного в моей работе? Ну на стройке я работал и фрезеровщиком, тут я получаю больше на своей фирме, что за тупые придирки, куско непонятной субстанции? |
| |
|
Mart  |
Отправлено: 8 марта 2025 — 11:21
|
полковник
Сообщений всего: 11316
Дата рег-ции: 27.09.2016
Откуда: Беларусь
Репутация: 12
|
Ярослав Стебко пишет: У меня в детских книгах была семафорная азбука, я просто её не учил. Это сейчас появились защищённые каналы, а по семафору могла танковая дивизия выйти без одного звоночка в радиоэфире.
Уже и про семафор "вспомнили".... Переобулись в прыжке....
т.е. корректировка огня эскадры союзников под Альмой не могла осуществляться лишь потому, поскольку Вы ее просто не учили.... 
Ярослав Стебко пишет: Что гениально сделал Меншиков, так это махнул из под носа союзников к Бахчисараю
И с какой точки, и в какой момент, начался этот "гениальный мах.... 
Ярослав Стебко пишет: Союзники отлично понимали что на Альме они нанесли поражение, но не разгромили армию. Начнут штурмовать Северную, а им в задницу засадят, и окажутся между двух огней.
И как, засадил? Наверно как под Балаклавой, или..., или Черной.... 
Ярослав Стебко пишет: Mart пишет:
ИМХО поражение в данной войне скорее понятие наведенное из-вне.
Нет блин, победа, условия Парижского мирного договора загуглите, мы лишились флота, это даже на нейтралочку не смахивает.
Это касалось и турок но даже оболтусу понятно, чот у них есть проливы и есть флот в Средиземном море.
т.е. война, затеянная, в т.ч., для уничтожения турецкого флота в Черном море на "нейтралочку" не смахивает.... Тогда смахивайте в другую сторону.... (с)
Ярослав Стебко пишет: Март, ну включайте админ-ресурс, и да, у меня не уважения к администрации в вашем лице. Верите, я как-то переживу в том числе вечный бан. Это показывает что вы сломались, чудо-расчудесное. Мне можно не отвечать, себе ответьте - это истерика? У меня ответ на сей вопрос имеется и он утвердительный.
Ну, как скажете.... Коль сами не способны соблюдать Правила форума....
P.S. Пойду, поплачу....
(Добавление)
Румянцев пишет: Вот уже возникли первые вопросы к ген-лтн Липранди.
Это Вы переключились на обсуждение сражения под Балаклавой?
-----
Но мы попробуем спаять его любовью, -
А там увидим, что прочней.... |
| |
|
| Румянцев |
Отправлено: 8 марта 2025 — 12:12
|
полковник
Сообщений всего: 7397
Дата рег-ции: 3.02.2016
Репутация: 21
|
Mart пишет: Это Вы переключились на обсуждение сражения под Балаклавой?
Нет!
Это первый комментарий по ходу представления материала от Аксельрода.
Первая фаза боя - марш и атака редутов имеет по-моему полнейшую ясность. Далее после 7 - 30 утра есть неясности и возможности для размышления. |
| |
|
| Румянцев |
Отправлено: 8 марта 2025 — 15:50
|
полковник
Сообщений всего: 7397
Дата рег-ции: 3.02.2016
Репутация: 21
|
Продолжение Аксельрода:
Что представляло собой «поле» Балаклавского сражения? То была (и, в общем-то, остается до сих пор) холмистая равнина, кстати, удобная для действий кавалерии. Склоны холмов, покрытые кое-где заброшенной лозой, заросли густым кустарником, в котором можно было скрытно разместить стрелков-штуцерников.
Корреспондент лондонской «Таймс» У. Расселл, забравшись на Сапун-гору, на время подавив в себе помесь репортера с мифологом и пробудив художника, оставил нам следующую живописную зарисовку:
«… В двух — двух с половиной милях от читателя резко вздымалась бы горная цепь самой неправильной и причудливой формы. Местами ее украшают заросли кустарника, местами тянутся к небу голые вершины и каменные плато. Справа нависающие скалы Балаклавы, закрывая вход в бухту, пленили кусочек синего моря. Внизу до подножия противостоящих величественных гор… простиралась равнина, покрытая жесткой травой и испещренная палатками наших кавалеристов. В нескольких футах ниже по склону читатель увидел бы французские траншеи, полные зуавов… Повернувшись спиной к Севастополю и имея по правую руку Балаклаву, он обнаружил бы перед собой лагерь морской пехоты, расположенный на холмах более чем в тысяче футов над уровнем моря. Под этими холмами, там, где дорога подходит к самому городу, стоял 93-й Шотландский полк…»
Если бы У. Расселл сопроводил своего читателя к противоположной, так сказать неприятельской стороне поля битвы, он бы непременно обратил внимание этого самого читателя на то, что наиболее удобным путем от Севастополя к Балаклаве служила проселочная дорога, которая вела по Трактирному мосту (рядом с мостом стоял трактир) через Черную речку к двум ущельям в Чернореченскую долину, окаймленную с севера восточными склонами Федюхиных гор, а с юга — сплошной грядой холмов (Кадыкиойских высот), тянущейся по направлению к Сапун-горе. Эта проселочная дорога («Верхний проход») выходила на так называемый Воронцовский тракт - шоссейную дорогу, соединявшую Севастополь с Керчью), вдоль которого англичане, в основном руками турок, возвели шесть «фортов» (редутов), вытянутых в ломаную линию общей протяженностью около двух миль.
Расположенное несколько выше Верхнего прохода, между Федюхиными высотами и Сапун-горой, равнинное пространство называлось Северной долиной, а другой участок земли, лежавший между линией редутов и собственно Балаклавой, - долиной Южной. Последнюю ограничивали так называемые Балаклавские высоты, перед которыми, на дороге, ведущей в Симферополь, и лежала пресловутая Кадыковка.
Стратегическое значение Верхнего прохода заключалось в том, что размещенные здесь англо-франко-турецкие войска, служили передовым прикрытием флангов и тыла группировки союзников, охранявшей подступы к Балаклаве. Проход являлся важной частью коммуникационных линий оккупантов. Захватив его, русские устанавливали контроль над выше упомянутой проселочной дорогой, ведущей к позициям неприятельских частей, осаждавших Севастополь, и создавали угрозу ликвидации Балаклавского материально-технического узла противника.
Союзники опоясали Балаклаву двумя укрепленными линиями, внешней и внутренней. Внешний ряд укреплений, возведенных, как мы уже говорили англичанами с помощью турецких солдат под руководством прусского инженера Вугмана на островерхих холмах (высотой до 450 м над уровнем моря и с интервалами до полукилометра), состоял из шести редутов.
По словам русского участника сражения, «…в долине почти по прямой выстроились четыре островерхих холма, и чем дальше был холм от наших линий, тем он был выше». Крайний правофланговый «форт»-редут союзников получил первый порядковый номер и красовался на вершине холма, расположенного в двух верстах к северо-западу от селения Комары. «Форт», сооруженный ударными темпами, - всего за одни сутки! - защищали 600 турецких солдат (один батальон). Остатки этого редута – «орудийные дворики» - сохранились до нашего времени. Союзники окрестили эту высоту «холмом Канробера» в честь командующего 1-й пехотной дивизией французов генерала Франсуа Канробера, который примерно за месяц до описываемых событий встречался здесь с лордом Регланом и войска которого (зуавы) разбили свой лагерь неподалеку от Комаров.
Два следующих «форта» (№№ 2 и 3) англичане возвели на высотах, впоследствии названных Семякинскими в честь генерал-майора К.Р. Семякина, командира одной из колонн отряда Липранди, взявшей штурмом редут № 1. Четвертый «форт» англичане построили на высоте за Воронцовским трактом. Каждый из упомянутых четырех редутов представлял собой пятиугольный бруствер, огражденный у подножия холма рвом и частоколом. Траншеи, связывающие редуты между собой, ко времени сражения выкопать не успели.
На редуте под номером 1 (Канробера) турки установили четыре английских корабельных орудия, на остальных трех – по два-три. Пушки и артиллеристов, доставленных на редуты, сняли, между прочим, с новенького британского линейного корабля «Diamond», т.е. «Алмаз», отдавшего якорь в Балаклавской бухте. Его капитаном был не кто иной, как Уильям Пиль, внук сэра Роберта Пиля, экс-премьер-министра Великобритании. Общее начальство над воинством, размещенным в редутах, осуществлял некто Рустем-паша, командир пехотной бригады, из всех европейских языков знавший только… немецкий.
Со стороны расположения русских войск передовые «турецкие» редуты производили впечатление хорошо укрепленной позиции. Однако сомнительная боеспособность турецкого контингента, как и незавершенность на дату Балаклавского сражения строительства двух задних редутов (№№ 5 и 6 - забавно, что командир британской кавалерийской дивизии граф Лукан даже не подозревал об их существовании), отмеченная русской разведкой в донесении генералу Липранди, заметно снижали неприступность всей этой фортификационной структуры, которая не имела достаточной глубины и надлежащей артиллерийской и пехотной поддержки союзников.
Почему же англичане доверили ненадежным туркам передовую линию обороны Балаклавы? Скорее всего, потому, что, согласно их воззрениям, «турки отсиживаются от русских за укреплениями гораздо успешнее, чем выдерживают их натиск в открытом поле». Так-то оно, может быть, и так, но, как говорят сами англичане, to be on the safe side (чтобы подстраховаться), им следовало бы разместить за редутами достаточные пехотные резервы и артбатареи. В таком случае турки не почувствовали бы себя брошенными союзниками на произвол судьбы, когда их редуты в течение часа обстреливала русская артиллерия, а в течение следующих полутора часов штурмовала русская пехота…
Итак, передовые подступы к Балаклавской базе прикрывались «турецкими» редутами. Правда, тамошние «турки», как утверждают, были вовсе не турками, а… тунисцами, забитыми, презираемыми и голодными (их суточный рацион составлял всего два сухаря!). Французы использовали турецких союзников вместо вьючных животных, британцы – в качестве землекопов и пушечного мяса.
- Откуда здесь взялись арабы-тунисцы? – спросите вы.
Знающие люди вам подскажут, что в 1841 году, после отмены работорговли в Османской империи, и в 1847 году, после массового освобождения тамошних рабов, большая часть вольноотпущенников из Туниса влилась в ряды турецкой армии, в которой они могли рассчитывать хоть на какое-то пропитание и грошовую пенсию по выходе в отставку. В Крымскую войну французы и англичане смотрели на этих тунисцев как на людей третьего сорта (людьми второго сорта для них были «природные» турки, как нижние чины, так и офицеры).
«Они едва ли знают, как обращаться с оружием, на них никак нельзя было полагаться… У нас есть восемь тысяч тунисцев и турок, которые практически не были в бою», — с презрением писал об этих вояках французский военный инженер Леон Герен.
Тем более странным выглядит размещение англичанами столь ненадежного контингента на высотах, с которых открывался прямой путь к главной базе союзных сил в Крыму!.. Недаром Фридрих Энгельс, мнивший себя крупным военным стратегом, утверждал: «Винить следовало бы не столько турок, сколько инженеров, ухитрившихся так нелепо построить их оборонительную линию и не позаботившихся о ее своевременном окончании, а также командиров, которые подставили первую линию под сокрушительный удар, не обеспечив ей никакой поддержки».
Левее «неполноценных» редутов №№ 5 и 6, вокруг Балаклавы от скал Спилии до отрогов Сапун-горы англичане приступили к строительству еще одной, внутренней оборонительной линии, на которой готовились разместить артиллерийские батареи и связать их между собой траншеями. Именно здесь стояли лагерем части Горской (Шотландской) бригады 1-й Гвардейской дивизии, подчиненные герою Альмы бригадному генералу сэру Колину Кэмпбеллу. Именно ему, инициативному и опытному военачальнику, лорд Реглан доверил общее командование британскими силами (за исключением кавалерийской дивизии графа Лукана) под Балаклавой. Шотландец Кэмпбелл не страдал характерным для английских офицеров снобизмом и за одно это был любим не только своими солдатами и офицерами, но даже французами. По иронии судьбы, в августе 1816 года Александр I наградил Кэмпбелла орденом Св. Георгия 4-й степени.
Главной боевой единицей шотландской пехоты, расквартированной в Крыму, был ставший знаменитым благодаря Балаклавскому сражению, или, скорее, вдохновенному перу военного корреспондента «Таймс» Расселла, 93-й пехотный полк горцев Сазерленда (Sоutherland Highlanders) с его командиром подполковником Уильямом Эйнсли. Та самая «тонкая красная линия, ощетинившаяся штыками...»
В целом, в октябре 1854 года система обороны Балаклавы, будучи, по словам наших военных инженеров, «сильной по природным свойствам, но уязвимой для предприимчивого врага», представляла собой ряд возведенных в крайней спешке укреплений. Предстояло еще многое сделать для ее завершения. Англичане понимали это, и 14 октября (по новому стилю) 1854 года офицер штаба главнокомандующего подполковник Стил передал Кэмпбеллу приказ Реглана об ускорении инженерных работ. Возможно, поэтому Меншиков не пожелал дожидаться подкреплений и потребовал от Липранди немедленного захвата передовой линии редутов. |
| |
|
| Румянцев |
Отправлено: 8 марта 2025 — 18:01
|
полковник
Сообщений всего: 7397
Дата рег-ции: 3.02.2016
Репутация: 21
|
ШТУРМ РЕДУТОВ
Штурм редутов
Генерал Липранди сделал многое для того, чтобы скрыть от союзников сосредоточение своих войск. Однако возросшая активность казачьих и гусарских патрулей в направлении Балаклавы выдавала подготовку к нападению. Правда, союзники узнали о готовящейся атаке русских от … перебежчиков. Таковыми оказались главным образом поляки, служившие в наших войсках. Как возмущался один из участников севастопольской эпопеи, «…странно подумать, что у нас и среди нас живут, а быть может, и служат такие злодеи-изменники. О, поляки, поляки! Не мудрено после этого, что солдаты наши в Севастополе осторожны донельзя и часто по одному подозрению задерживают своих офицеров, им не знакомых».
Хотя показания перебежчиков отличались неточностью, англо-французское командование, получив через Рустем-пашу подтверждающие сведения от турецких шпионов, действовавших в расположении наших войск под видом крымских татар-торговцев, было вполне осведомлено о подготовке отряда Липранди к «мощной отвлекающей» атаке в районе Балаклавы, запланированной на двадцатые числа октября.
Шпионы, несколько преувеличивая численность отряда Липранди, доносили о 25 тысячах русских, готовых атаковать Балаклаву. Тем не менее, единственное, что предприняли в связи с этим англичане, заключалось в лихорадочном ускорении строительства редутов, защищавших союзную базу с суши. Кажется поразительным, но 23 октября 1854 года Реглан, основываясь на донесениях перебежчиков и соглядатаев, докладывал в Лондон, что ожидает нападения русских на Балаклаву, и что ее судьба зависит лишь от стойкости и храбрости турок (?!). Тем не менее, командующий палец о палец не ударил, дабы отвратить угрозу, и только шотландец Кэмпбелл оказался единственным, кто накануне сражения привел своих земляков-горцев в полную боевую готовность. Однако и он проявил мягко говоря недальновидность, когда в ночь перед сражением самонадеянно докладывал Реглану: «Рискну предположить, что теперь мы весьма сильны, равно как и вполне готовы». На деле британцы оказались готовы далеко не «вполне».
О грядущем нападении русских на Балаклаву вполне догадывались французы, однако, подобно англичанам, и они сыграли роль персонажей из известной картины Ильи Репина «Не ждали».
Однако вернемся к Черной речке, или «водопроводному каналу» - так она почему-то называется в воспоминаниях некоторых русских офицеров-участников сражения. Через этот водоем, как мы знаем, был перекинут узкий «Трактирный» мост, возле которого развернулся наш перевязочный пункт. Приблизительно в четырех верстах от него находился поселок Чоргун (ныне село Чернореченское). По его имени весь отряд Липранди (16 тысяч штыков и сабель, 64 орудия) получил наименование «Чоргунский». Накануне сражения, 23 октября, в сумерках, русские войска подошли к поселку и приступили к обустройству лагерей.
Появление крупных русских сил на подступах к Балаклаве союзники попросту прозевали. Их аванпосты лишь докладывали о возросшей активности казачьих разъездов, но разведывательные службы в целом оказались не на высоте.
По свидетельствам подчиненных Липранди, из-за скаредности Меншикова, «для того, чтобы сформировать штурмовые колонны, Павлу Петровичу пришлось отрывать от полков отдельные батальоны, выделять колоннам отдельные роты стрелков, практически поорудийно распределять артиллерию. Начальниками отдельных колонн пришлось назначить не только командиров бригад, но и командиров полков».
В предрассветные часы (около 5 часов утра) 25 октября по приказу командира отряда наши войска начали выдвигаться из лагерей близ Чоргуна на исходные для наступления рубежи. Шли тремя колоннами:
- центральная колонна состояла из двух групп: в первом эшелоне левой группы наступали один батальон Украинского полка и рота стрелков, а во втором — четыре батальона Азовского полка, один батальон Днепровского полка и рота стрелков; огневую поддержку группе оказывали 10 орудий; правая группа состояла из двух батальонов Украинского полка с приданными ей 8-ю орудиями; колонне, выдвигавшейся в направлении деревни Кадыкиой, предстояло штурмовать редут № 1 (холм Канробера, самый высокий, располагавший наибольшим числом пушек и защитников), а затем участвовать в штурме редутов №№ 2 и 3; как видим, Липранди возложил на эту колонну исполнение главной задачи, поставленной перед ним Светлейшим; возглавлял войска (и непосредственно левую группу) упоминавшийся нами ранее генерал-майор Константин Романович Семякин, «человек большого ума, обладавший недюжинными способностями и сильным духом»; правой группой колонны командовал генерал-майор Ф.Г. Левуцкий;
- перед левой колонной генерал-майора Николая Карловича Гриббе (три батальона Днепровского полка с 10 орудиями, стрелковой ротой, казачьей сотней и Сводным уланским полком) ставилась задача продвинуться по дороге, ведущей через ущелье, в Байдарскую долину, чтобы обойти правый фланг неприятельской позиции, занять селение Комары, откуда штурмовать стоявший в некотором отдалении от других «фортов» редут № 4; эта колонна начала движение в 5:30 утра;
(Забегая вперед, полагал бы уместным отметить, что Семякин и Гриббе не переносили друг друга, но Липранди, зная об их соперничестве, каждому из генералов объявил, что именно от него зависит успех сражения. Он хотел, чтобы соперники не следили ревниво за действиями друг друга, не мешали один другому, а сосредоточились на достижении поставленных перед ними целей. Так оно, собственно, и получилось, однако в конечном счете высшее начальство приписало весь успех дня одному Семякину, на колонну которого пролился целый звездопад наград. Гриббе настолько поразила такая вопиющая, по его мнению, несправедливость, что он занедужил и подал впоследствии прошение об отставке…)
- правая колонна (Одесский егерский полк, стрелковая рота, три казачьи сотни и 8 орудий; командир - полковник Александр Петрович Скюдери) двинулась от Трактирного моста в ущелье Федюхиных гор; ей предстояло захватить редут №2, а затем участвовать в штурме редута № 3.
Один батальон Украинского полка с легкой батареей, стрелковой ротой и казаками остался в резерве, расположившись у Черной речки. Наша двухполковая гусарская бригада ожидала своего часа за боевыми порядками резервной пехоты, в долине, отделяющей Кадыкиойские высоты от Федюхиных.
После того, как Липранди удостоверился, что все батареи вышли на предписанные им позиции, он дал команду открыть огонь. Адъютанты быстро развезли его по подразделениям, каждое из которых уже знало свои цели. Это случилось около шести часов утра.
На головы турок, как снег на голову, обрушился град металла. Огонь велся не только по фронту, но и во фланг и тыл укреплений. Он разбудил британские и французские части, расквартированные в Балаклаве и вокруг нее. Кэмпбелл тут же послал гонца в Севастополь оповестить Реглана.
Тем временем рота стрелков-штуцерников, поддержанная батальонами Днепровского полка колонны Гриббе, быстро вытеснила неприятельские аванпосты из селения Комары, а полусотня казаков – неприятельские пикеты у монастыря Ионы Постного. Захват монастыря и селения позволил надежно защитить левый фланг отряда Липранди. На гребне возвышенности у Комаров Гриббе выставил орудия одного из дивизионов батареи № 4 (командир – поручик Постников), которые открыли стрельбу по редуту № 1. Днепровский пехотный полк стал развертываться для фланговой атаки и полного окружения редута.
Генерал Семякин, под прикрытием канонады и огня штуцерников, быстро выдвинулся к высоте редута № 1 и повел в атаку батальоны Азовского полка. Во время нашей атаки шесть английских полевых орудий заняли позицию между редутами №№ 1 и 2 и открыли огонь по наступающим. Турки оказывали отчаянное сопротивление. В этот критический момент помогли орудия, выставленные Гриббе на высоте у Комаров, и штуцерники из его колонны: своим эффективным огнем они заставили англичан оставить свою позицию и отвести артиллерию.
К 7:30, как свидетельствует очевидец, «…знамена азовцев … водружены на главной укрепленной горе, а вместе и два соседних укрепления очищены от неприятеля». Турки бежали, потеряв в рукопашной схватке и во время бегства 170 человек убитыми. По жестокой традиции, зародившейся в ходе русско-турецких войн XVIII века, пленных не брали. Справедливости ради следует подчеркнуть, что зачинателями традиции явились турки, и русские лишь платили им той же монетой.
Вместе с нашими артиллеристами на редут №1 взобрался генерал Липранди и поблагодарил войска, участвовавшие в штурме. Очевидец: «Восторженные крики «ура!» и готовность к новым подвигам были ответом на благодарность уважаемого и любимого начальника». Отсюда, по приказанию командующего, четвертый батальон Днепровского полка отправился на ближайший редут № 2, а генерал Левуцкий повел Украинский полк к редуту № 3. Одесский полк генерала Скюдери занял редут № 4. Донская батарея № 3, которой суждено будет впоследствии стать объектом атаки Легкой бригады Кардигана, отошла к редуту № 1 и развернулась фронтом в сторону Балаклавской долины.
Падение первого редута оказало устрашающее воздействие на гарнизоны всех остальных «фортов»: турки, бросив восемь орудий, бежали в сторону Балаклавы. Поскольку опасность флангового обстрела четвертого редута с позиций Сапун-горы выглядела более, чем реальной, Липранди, по совету наших артиллеристов, распорядился срыть это укрепление, а стоявшие там орудия привести в негодность и сбросить к подножью холма. Наоборот, учитывая расположение второго и третьего редутов, генерал разместил на них наши батареи таким образом, чтобы расстрелять неприятеля, если он появится в проходе между редутами. К тому же справа и спереди, на Федюхиных высотах, выгодные позиции занял подошедший к 10 часам утра отряд Жабокрицкого, а слева Семякин расположил на редутах свои батальоны и стрелков. Эти предусмотрительные действия имели целью помешать противнику атаковать со стороны Сапун-горы. В противном случае ему пришлось бы считаться с огромными потерями и риском попасть в окружение.
В интервале между 7:30 и 8:00 утра у редута № 4 появились эскадроны британской конницы графа Лукана, которые ограничились, по принятой в то время терминологии, «демонстрацией». По свидетельству графа, у британцев «просто не было сил и возможности оказать помощь туркам по причине недостаточности сил и удаленности их позиций». Как выяснилось впоследствии, командиры союзных отрядов с тревогой ожидали прямой атаки русских на Балаклаву, защищать которую, в отсутствие общего управлениями войсками (лорд Реглан со своим штабом еще мчался из Севастополя по Херсонесскому плато к Сапун-горе), в обстановке растерянности и паники, вызванной появлением в городе беглецов- тунисцев, было делом нелегким. Однако, к большому удивлению англичан (в первую голову - Реглана), вздохнувших с нескрываемым облегчением, русские не атаковали. Липранди по-хозяйски устраивался на занятых высотах, если и предполагая угрозу, то лишь со стороны Балаклавы, куда и были повернуты жерла большинства наших орудий.
Командующий вполне резонно счел, что с захватом линии редутов задача его отряда успешно выполнена: Воронцовский тракт перешел под контроль русской армии, перестав служить транспортной артерией, позволявшей снабжать войска союзников, которые осаждали Севастополь, всем необходимым. Дальнейшее наступление на Балаклавскую базу справедливо казалось генералу непозволительной авантюрой, грозившей его отряду полным поражением. Правда, выработанная генералом Липранди и утвержденная Светлейшим диспозиция требовала задействовать без дела стоявшую в тылу гусарскую бригаду, которой предписывалось атаковать и уничтожить "артиллерийский парк", расположенный, по данным нашей разведки, за линией редутов (но потом отойти и прикрывать пехоту). В самом деле, если в отряд включили целых два гусарских полка, их надо было на что-то употребить. Оказалось, масло иногда может испортить хорошо заваренную кашу...
Но об этом потом, а пока укажем на один из малых, но устойчивых мифов Балаклавского сражения, направленных на безоговорочное возвеличивание славы британского оружия: «турок» на редутах не смог бы побить только ленивый. Они, дескать, голодные, обессиленные земляными работами и плохо владевшие оружием, не в состоянии были должным образом противостоять штурмовым колоннам русских.
Наши военные и исследователи, напротив, оценили сопротивление турок как серьезное, но успешно преодоленное.
«Упорным» сочли его и французы, не раз заявлявшие, что при хорошем отношении, снабжении и заботе турецкий солдат сражался не хуже союзного. «Турки дрались столько, сколько могли» — так сдержанно высказался по теме командующий балаклавским гарнизоном генерал Кэмпбелл, не пожелавший признать, что на редуте № 1 в тщетной надежде на помощь англо-французов они оказали ожесточенное сопротивление, вступив в рукопашную схватку с русскими. По словам английского офицера-артиллериста Вудса, находившегося на «редуте Канробера» с его четырьмя корабельными орудиями, защитники «форта» держались «весьма стойко, ожидая поддержки союзников, и отстреливались до тех пор, пока русская пехота не прошла заграждения, установленные у подножья холма. Затем произошла короткая и жестокая рукопашная схватка. Турки, потеряв в ней и во время бегства почти две трети состава, устремились (очевидно, вместе с Вудсом, если, конечно, он и его моряки-канониры не сбежали раньше – А.А.) к редуту № 3».
Если последовавшие после штурма редутов схватка Тяжелой бригады с конницей Рыжова длилась от силы 7-10 минут, а воспетая А. Теннисоном атака Легкой бригады – не более 20 минут, то битва за редуты - не менее полутора часов. По сравнению с ней, славные конные баталии частей Кавалерийской дивизии Лукана выглядят лишь быстротечными, хотя и такими же кровавыми, эпизодами Балаклавского сражения.
Турецкие артиллеристы, бившиеся на редутах, лишенные пехотного и иного прикрытия и брошенные своими английскими «коллегами» с «Даймонда», сражались с отчаянностью обреченных. «… Они продолжали пальбу и гибли на своих орудиях…, лафеты и тела почти всех отбитых орудий облиты кровью храброй их прислуги». Очевидцы в один голос утверждают, что «турки» дрались с ожесточением, сопротивление оказали отчаянное. Они обеспечили союзникам полтора часа, необходимые для переброски подкреплений к Балаклаве. Как признавались англичане, «… положение уже казалось безнадежным. Прошло почти два часа, прежде чем пехота (две британские пехотные дивизии, снятые с севастопольских позиций – А.А.) спустилась на равнину».
Тем не менее, слишком радикальным и по-своему мифологичным выглядит и другое суждение, согласно которому всё, что произошло у Кадыкиоя и на подступах к Балаклаве после занятия редутов русскими, не более чем суета, возня, трата времени и усилий, сопровождавшаяся совершенно бессмысленными жертвами с обеих сторон.
... Наступило затишье, длившееся примерно до 10 часов утра. |
| |
|
| Mart |
Отправлено: 9 марта 2025 — 11:21
|
полковник
Сообщений всего: 11316
Дата рег-ции: 27.09.2016
Откуда: Беларусь
Репутация: 12
|
Румянцев пишет: Вот уже возникли первые вопросы к ген-лтн Липранди.
Согласно многим источникам уже к 7 час 30 мин редуты первой линии обороны №№1...4 были захвачены доблестной русской пехотой 12 пехотной дивизии. Далее началось нечто непонятное...
До 10-30 было НЕПОНЯТНОЕ ЗАТИШЬЕ!!! Чего ждали мне не понятно.
А что ПЛАНИРОВАЛ Липранди?
Вся эмоция Аксельрода построена на его домыслах....
Каков был ПЛАН сражения?
(Добавление)
Румянцев пишет: Вместе с нашими артиллеристами на редут №1 взобрался генерал Липранди и поблагодарил войска, участвовавшие в штурме. Очевидец: «Восторженные крики «ура!» и готовность к новым подвигам были ответом на благодарность уважаемого и любимого начальника». Отсюда, по приказанию командующего, четвертый батальон Днепровского полка отправился на ближайший редут № 2, а генерал Левуцкий повел Украинский полк к редуту № 3. Одесский полк генерала Скюдери занял редут № 4. Донская батарея № 3, которой суждено будет впоследствии стать объектом атаки Легкой бригады Кардигана, отошла к редуту № 1 и развернулась фронтом в сторону Балаклавской долины.
Падение первого редута оказало устрашающее воздействие на гарнизоны всех остальных «фортов»: турки, бросив восемь орудий, бежали в сторону Балаклавы. Поскольку опасность флангового обстрела четвертого редута с позиций Сапун-горы выглядела более, чем реальной, Липранди, по совету наших артиллеристов, распорядился срыть это укрепление, а стоявшие там орудия привести в негодность и сбросить к подножью холма. Наоборот, учитывая расположение второго и третьего редутов, генерал разместил на них наши батареи таким образом, чтобы расстрелять неприятеля, если он появится в проходе между редутами. К тому же справа и спереди, на Федюхиных высотах, выгодные позиции занял подошедший к 10 часам утра отряд Жабокрицкого, а слева Семякин расположил на редутах свои батальоны и стрелков. Эти предусмотрительные действия имели целью помешать противнику атаковать со стороны Сапун-горы. В противном случае ему пришлось бы считаться с огромными потерями и риском попасть в окружение.
Все эти действия говорят о том, что дальнейшая "атака" заранее и не планировалась...
-----
Но мы попробуем спаять его любовью, -
А там увидим, что прочней.... |
| |
|
| Румянцев |
Отправлено: 9 марта 2025 — 12:24
|
полковник
Сообщений всего: 7397
Дата рег-ции: 3.02.2016
Репутация: 21
|
Mart пишет: Все эти действия говорят о том, что дальнейшая "атака" заранее и не планировалась...
Да в диспозиции буквально такой задачи не ставилось.
Но открывшиеся перспективы, после быстрого захвата редутов, давали возможность атаковать Балаклаву.
Вообще поиск Липранди БЕЗ ДИВЕРСИИ на саму Балаклаву - это нечто БЕССМЫСЛЕННОЕ!!!
Мы только показывали союзникам их уязвимое место и несли потери непонятно ради чего. |
| |
|
| Mart |
Отправлено: 9 марта 2025 — 12:45
|
полковник
Сообщений всего: 11316
Дата рег-ции: 27.09.2016
Откуда: Беларусь
Репутация: 12
|
Румянцев пишет: Mart пишет:
Все эти действия говорят о том, что дальнейшая "атака" заранее и не планировалась...
Да в диспозиции буквально такой задачи не ставилось.
Но открывшиеся перспективы, после быстрого захвата редутов, давали возможность атаковать Балаклаву.
Вообще поиск Липранди БЕЗ ДИВЕРСИИ на саму Балаклаву - это нечто БЕССМЫСЛЕННОЕ!!!
Мы только показывали союзникам их уязвимое место и несли потери непонятно ради чего.
ИМХО "обычная" разведка боем показала перспективу....
Желание же "заработать СЛАВУ" привело к "превращению" безусловной Победы в "поражение".... Именно поэтому впоследствии "в академиях" и стали учить действиям для достижения решительных результатов.... ----- Но мы попробуем спаять его любовью, -
А там увидим, что прочней.... |
| |
|
|
|
| |
| |
Военно-исторический форум Military. История России. Военная история. Древний мир и Средние века » История войн » Новое время (Модераторы: Нагинак, Центурион)
