Социалистический Путин

В начале 1980-х по СССР прокатилась волна выступлений неонацистов. Самыми известными среди них стало сборище фашистов в Москве 20 апреля 1982 года и марш нацистов в Ленинграде в 1987-м. Диссиденты тогда говорили, что КГБ сам вырастил нацистов, чтобы народ сплотился с властями, забыв про «трудности».

Если нацисты 1950-1970-х предпочитали действовать в подполье, то в начале 1980-х их «наследников» неожиданно потянуло на публичность.

В апреле 1980 года семнадцатилетний нацист, ученик 10-го класса Виктор Якушев с компанией одноклассников устроил нечто вроде пикетирования московской синагоги. Из нацистской атрибутики у пикетчиков были только сапоги и тёмные рубашки. Сам Якушев, правда, заявлял, что он и его друзья, численностью 10-12 человек, «просто посмотрели» и вообще это было «проявление интереса русских людей к еврейству». Впрочем, эта акция в тот момент прошла практически незамеченной.

Зато весьма широкое освещение в прессе получила другая акция, прошедшая через два года, — демонстрация неонацистов на Пушкинской площади. Первая информация об этом появилась в бюллетене «Вести из СССР», издававшемся в Мюнхене диссидентом Кронидом Любарским. Согласно ей, группа старшеклассников численностью в 10-15 человек, одетых в черные рубашки со свастикой, появлялась на площади дважды — в 17.00 и 19.00. Двое (по другим сведениям — шестеро) участников демонстрации были задержаны милицией. По более поздним сведениям, во время демонстрации в кинотеатре «Россия» разбрасывались неофашистские листовки, а её руководители расположились в кафе «Лира», находившемся на противоположной стороне улицы Горького, откуда и направляли действия своих подопечных, быстро ввязавшихся в драку с остальной публикой.

А вот как описывала демонстрацию выходившая в Париже газета «Русская мысль»: «20 апреля в день рождения Гитлера в Москве группа молодежи пыталась провести фашистскую демонстрацию. В этот вечер на пл. Пушкина собралась довольно большая группа молодых людей: с одной стороны фашисты, коротко остриженные в чёрных рубашках, некоторые со значками свастики; с другой — толпа болельщиков различных хоккейных и футбольных команд. О предполагаемой фашистской демонстрации было известно заранее (в московских школах преподаватели предупреждали учеников, советуя не появляться 20 апреля на Пушкинской площади; это, естественно, имело обратный результат — на который, видимо, и рассчитывали власти). По сообщению очевидцев, «демонстрация» не успела начаться, как между фашистами и болельщиками завязалась драка, привлекшая внимание прохожих. Милиция долгое время не вмешивалась, наблюдая за происходящим со стороны. В конце концов, милиция задержала некоторое число фашистов и болельщиков.

Если суммировать несколько описаний, то получается, что демонстрация неонацистов была довольно жалким зрелищем, практически с самого начала превратившись в драку между различными группами молодёжи, прекращённую милицией только после того, как появились первые тяжелораненые. Несколько человек были арестованы, но были ли они осуждены — неизвестно.

Семён Чарный в журнале «Неприкосновенный запас» (№5, 2004) писал, что вне зависимости от этого сам факт подобной манифестации произвел громадное впечатление как на столичную интеллигенцию, так и на западные СМИ. Тут же из забытья была извлечена информация о пикете Якушева у синагоги в 1980 году. Одновременно в «Вестях из СССР» стали появляться сообщения о процессе над 18 участникам неонацистской организации в Можайске в 1980 году, о том, что 1 ноября 1981 года произошла фашистская демонстрация в городе Кургане, в которой участвовало более 100 старшеклассников в рубашках с нарукавными повязками с изображением свастики, нёсших лозунг: «Фашизм спасет Россию!», о демонстрациях неофашистов в городах Южно-Уральске, Свердловске, Ленинграде (у Казанского собора) «и в других местах».

Через западные «голоса» сообщения об этих демонстрациях и судах расходились по СССР уже в виде достоверных сведений, порождая молву о могущественной военизированной фашистской организации. Уже в январе 1983 года люди спрашивали у лекторов общества «Знание», правда ли, что в Нижнем Тагиле, Свердловске и почему-то Киеве прошли выступления молодёжи «с нацистскими выкриками».

«Под раздачу» бдительных борцов с фашистами едва не попала как раз только-только начавшая выступать в 1982 году группа «Странные игры», исполнявшая музыку ска. В основном публику напугала их манера одеваться, поскольку ходил слух о том, что нацисты носят галстуки-«селёдки» и выбривают виски. В результате «Странным играм» пришлось даже на время убрать из репертуара маршевые песни, чтобы не усиливать подозрения в собственном нацизме.

К середине 1980-х нацисты стали устойчивой частью городской мифологии Москвы и Ленинграда. Были даже детские страшилки об ужасных фашистах.

А в 1987 году нацисты сами вышли на поверхность. 20 апреля 1987 года, в день рождения Гитлера, две колонны молодых людей 17-22 лет, одетых в чёрные рубашки, со свастиками на рукаве, промаршировали по Невскому проспекту и окрестностям метро «Площадь восстания». В тот же день такая же демонстрация прошла в Петергофе. Неонацисты отметили свой «выход на поверхность» массовым осквернением еврейских могил на кладбищах. 17 и 20 апреля было разрушено или осквернено 140 надгробий. А 25 апреля 1987 года группа подростков с криками «Бей жидов, спасай Россию!» пыталась разгромить Ленинградскую синагогу. Возглавлял ленинградских нацистов некий Роман Бойцов.

Одновременно практически прекратились их преследования. Последнее дело о пропаганде нацизма, заведённое в 1988 году, когда в Таллинне был арестован С. Жолдин, планировавший организацию «Эстонской национал-фашистской партии», было прекращено «в связи с изменившейся обстановкой».