Могло ли происходить выдвижение войск в июне 1941 года по планам прикрытия ? - 7

Первым кто высказал бессмысленность и глупость похода на Москву как главную цель , с захватом Белоруссии и Смоленской области был Тухачевский. Считая в своём "завещании",что геоэкономика -главная цель. С ним солидарен Гитлер. Военным же территории служат только полем битвы. На котором они уничтожают армии противника, или их самих бьют. Опять вспоминается некая золотая середина... ?
А я высказывался в АИ в пользу двух зайцев за которыми надо было бы гнаться в Барбароссе. Москва , и Киев (на Ростов).Распределяя четыре ТГР поровну между группой армий Центр и Юг. На что ленинградцы Опер и Гот были не согласны. Ибо это, их колыбель трёх революций, унижало.

(Отредактировано автором: 31 июля 2023 — 13:55)

Всё из тех же размышлений перед казнью, Кейтеля:

Но все раздражение фюрера выявилось впервые тогда, когда для ограниченной операции группы армий «Центр» по обеспечению свободы действий ее южного крыла, необходимой в рамках осуществления плана наступления на Москву, танковая группа Гудериана была приведена в боеспособное состояние всего за несколько дней.
Теперь Гитлер счел нужным вмешаться, причем таким образом, что в результате на юге, во взаимодействии с группой армий «Юг», была дана битва на уничтожение [советских войск] восточнее Киева. Как часто приходилось мне слышать от Гитлера
слова о непослушных, своевольничающих генералах, которые испортили его план! Между тем, несмотря на блестящий успех восточнее Киева, было (если принять во внимание приближающуюся глубокую осень и ожидаемый период осенней распутицы) потеряно столько времени, что Гитлеру самому пришлось отказаться от большого стратегического плана, ибо одни только перегруппировки войск стоили бы драгоценных недель.
Так он дал согласие на окружение советских войск двойным кольцом силами группы армий «Центр» под Вязьмой и Брянском.
(Добавление)
Но будет предметом одного из интереснейших военноисторических исследований выяснить: какие же перспективы имела стратегия Гитлера и какие выводы могли быть сделаны из нее для Восточной кампании [19]41 г., особенно если действи тельно верно то, что сказал мне один офицер русского Генерального штаба. Он заявил: советское командование считалось с возможностью проведения операции ОКХ осенью [19]41 г. и потому в течение нескольких месяцев стягивало к Москве все
имеющиеся крупные резервы и дальневосточные дивизии.
Как эти меры отразились бы на плане Гитлера, не повысили бы они весьма значительно его шансы? Сегодня для меня это открытый вопрос, тут есть над чем подумать! Ошибку в стратегическом плане в ходе одной и той же войны не исправить. Тем
самым я вовсе не хочу утверждать, что план ОКХ являлся ошибкой. Но, бесспорно, ошибкой было идти на компромисс, если только та пауза, к которой стремилась группа армий «Центр», не являлась повелительной насущной необходимостью для ударной силы ее войск. Ведь операция, задуманная фюрером, требовала утомительных маршей, и притом немедленно. Никогда не следует забывать слова полководца: «Моя армия наступать еще может, но совершить марш-бросок — уже нет!»

Всё из тех же размышлений перед казнью, Кейтеля