Передовой санат.-питат. отряд им. Русских техников

Ага, теперь понятнее и логичнее.

Да, кое-что стало на свои места. И, коль братьев нет в аптеках Аптекоправления, то, скорее всего, они тогда трудились в аптеках, сданных в аренду.
Согласны?

Скорее всего, остальные его адреса - тоже комнаты в коммуналках.

Другое дело, кем они там работали.

Последний адрес М.Н. - Маросейка, 13-12, и это была комната в коммуналке, в которой он жил до конца жизни в 1950-х.

Есть сын Моисея Наумовича - Борис Моисеевич, который жил с ним в соседнем доме по адресу Маросейка, 15.

P.S. Это уже из адресной книги за 1930 год.
У меня есть ещё немного такого материала. Так что, потихоньку просматриваю.

Я видел в адресной книге этого Бориса Моисеевича, но думаю, что это, как ни странно, однофамилец. Дело в том, что Моисей Наумович - мой дед, и сына у него не было.

Забыл сказать, что по некоторым сведениям после войны то ли один из них, то ли оба работали в московском управлении аптеками (как бы оно тогда ни называлось), поскольку приезжали с чем-то вроде инспекции в аптеку, где работала моя знакомая.

Пока среди руководства. Аптекоправления они не попадались. Может были служащими?! До 40-х годов я пока не добрался. Ещё нахожусь в периоде от 1920-х до 1930-х годов.

К сожалению, по этому периоду мне ничего не известно, могли быть и служащими, конечно, вряд ли их взяли сразу руководителями. Я даже не знаю, где они были во время войны. По косвенным признакам могу предположить, что М.Н. в эвакуации не был.

Нашел в адресной книге за 1923 год в "Списке постоянных жителей", что оба уже тогда жили в Москве: М.Н. на Садово-Каретной, 2/7, а Я.Н - на Трубная пл., 2/20. Но место работы в этом справочнике еще не указывается.

Кстати, такой вопрос: по какому принципу в справочнике указывается или не указывается квартира? Указывается она в редких случаев, но не жили же все прочие в собственных домах?

Интересно еще, что в списке по большей части мужчины - главы семей.