Конфликт на Украине - 28

Украинские военные на расстоянии вытянутой руки
За последний год мне многократно довелось бывать в Одесском военном госпитале имени Н.И. Пирогова, точное нынешнее название которого, в связи с непрерывно идущими переименованиями и реорганизациями, я дать затрудняюсь.

Историческая справка

Первое упоминание о госпитале содержится в рапорте Сената 18 апреля 1797 года Новороссийского военного и гражданского губернатора Бердяева. В 1825-1855 годах, особенно в период Крымской войны, сюда поступают больные и раненые с театров военных действий. В печати за 1892 г. сообщалось:

В 1881-1884 гг. военная медицина Одесского округа, в том числе и военного госпиталя, пользовалась наилучшей славой. Одесский округ, занимая 6-е место по общим заболеванием среди других округов, в то же время находился на последнем месте в списке по смертности.

Более чем двухсотлетняя история госпиталя сохраняет имена великих учёных и докторов, которые работали в нём и заложили те традиции, которые продолжаются и сегодня. Это основатель военно-полевой хирургии М.И. Пирогов, профессора В.П. Филатов, Н.О. Куроверов, Я.К. Гыммельфарб и другие. В советское время госпиталь был рассчитан на Одесский округ, в котором численность военнослужащих было в 2,5 раза больше чем во всей нынешней украинской армии, а также еще и на Молдавию.

В 2012 году, при Януковиче, были планы госпиталь ликвидировать, а землю в приморской зоне, на которой он находится – продать, её оценивали по тогдашним ценам в 60 млн. долларов. Но руководство госпиталя отбилось.

Сегодня там работают 250 врачей, 500 медсестёр, в том числе 5 докторов и 10 кандидатов наук. Он является также клинической, научной и учебной базой Одесского медина. 1100 коек в стационаре. В нулевые года, во времена астрономических цен на украинский прокат, госпиталь был оборудован самым современным диагностическим оборудованием. За год там проходят лечение приблизительно около 20 тыс. больных, проводиться более 7 тыс. операций, более половины из них - повышенной сложности. В Одессе он, пожалуй, остался единственным государственным медицинским учреждением, которое пока ещё нормально функционирует. Для военнослужащих и военных пенсионеров он бесплатен, в стационаре даже сносно кормят. Нормально топят. Сегодня в госпитале лечится множество штатских «на коммерческой основе», возможно, их даже больше, чем военнослужащих. Врачи взяток и поборов сверх положенного не требуют и не берут.

Стоя в очередях, я присматривался к украинским военнослужащим, сравнивая их облик с таковыми Советской армии, а также военнослужащими украинской армии разных времен.

Как выглядели военнослужащих украинской армии раньше? Отрывок из интервью, которое я брал у Бориса Карповича Серова, бывшего комдива 28-й мотострелковой дивизии Одесского военного округа, кавалера 3-х орденов Красной Звезды, в далёком 1994 году:

Меня, как бывшего командира, поражает, что сегодня творится на улицах Одессы. Например, солдат без всякого страха покупает пару бутылок водки и открыто, не прячась, несёт их по всему городу. Меня глубоко удивляет, поражает и возмущает, когда по городу ходят неопрятные солдаты в грязнейшем обмундировании. Хотя патрули иногда и встречаются, требовательности с их стороны, чтобы привести людей в порядок, я не вижу.

Что касается Украинской армии, то я сам поражаюсь той лёгкости, с которой присваиваются генеральские звания.

Говорить, что братья - славяне в вооружённых силах Украины пойдут с оружием на своих братьев - россиян и наоборот, глупо. Ни один из нас сквозь прорезь прицела смотреть не будет. Может быть, если пойдёт дальнейшее насаждение национализма, лет через десять, наши дети это и сделают.

В нулевые годы украинские солдаты на улицах Одессы казались мне какими-то заморышами, а офицеры, с бегающими глазками, походили на хипстеров, только в военной форме. Но как всё изменилось с 2014 года!

Украинских военных как подменили. Широкоплечие, грудь колесом, ростом выше среднего. Есть солдаты-добровольцы – «участники АТО» в возрасте за сорок, с виду в очень неплохой физической форме. Учитывая массовое недоедание большей части населения Украины, если не сказать больше, это даже удивительно: где таких сумели набрать? В основном – провинциального и сельского вида, они представляют собой разительный контраст с военными врачами, явно горожанами интеллигентного вида. Камуфляжная форма, по зиме на голове зеленые шапочки типа лыжной. На лицах у них написано, что с автоматами они разберутся, но более сложная техника, моторы там всякие, не говоря уже о связи, для них – тёмный лес. Большая часть общается как между собой, так и с врачами, на русском, иногда с сельским малороссийским акцентом, на настоящей мове говорит явно небольшая их часть.

В очередях прислушиваюсь к разговорам рядом со мной сидящих. Многие, возможно, большинство, участвовали в боевых действиях на Донбассе. Некоторые были ранены, некоторые больные, некоторые пришли навестить друзей или на плановую проверку. Есть и такие, кто притворяются больными, используя пребывание в стационаре как отпуск с фронта в санаторий. Сидящий рядом со мной служил в Крыму в 2014, он коряво и не очень связно рассказывает своему соседу о тогдашнем смятении и разложении в украинской армии. Я внимательно прислушиваюсь к чужому разговору.

В целом, могу констатировать, что украинская армия вполне оправилась от шока 2014-2015 годов и горит желанием взять реванш на Донбассе.

Между тем Одесса всё более явно превращается в украинский город. Украинская речь, которая раньше за пределами Привоза, куда привозили свой товар крестьяне Винницкой области, не использовалась никогда, всё более слышна на улицах города. Родители новорождённых настаивают, чтобы у детей в метриках стояло: «украинец». В большинстве баров и ресторанов меню на украинском, вывески тоже. Хотя редкие их клиенты говорят по большей части на русском, как между собой, так и с официантом. Вся документация, наглядные пособия в госпитале, официальные документы во всех учреждениях – строго на украинском. Население полагает, что «плетью обух не перешибёшь» и полностью смирилось с этим положением вещей. Никакого сопротивления, даже пассивного, больше нет. Население нашего города уменьшилось с 1 миллиона 200 тысяч в советское время до полумиллиона (власть тщательно скрывает реальную численность города), из которых пятая часть – недавно понаехавшие грузины, арабы и афганцы. И численность Одессы продолжает стремительно сокращаться. В глазах одесситов их город рассматривается лишь как дом престарелых для доживающих свой век пенсионеров. Крайне малочисленная одесская молодёжь – рождаемость предельно низка – рассматривает Одессу как место временного проживания и пребывания. У неё одна мысль: «Пора валить!»

Александр Сивов