Конфликт на Украине - 28

В Мюнхене Франция и Германия демонстративно унизили Украину, не только повторив, но значительно превзойдя давосское унижение, которому Порошенко подверг Трамп. Несостоявшаяся встреча двух президентов была в значительной мере личной проблемой Петра Алексеевича. Она должна была использоваться как козырь во внутриполитической борьбе.

Париж и Берлин демонстративно саботировали встречу в Нормандском формате, которую анонсировал украинский МИД и лично Порошенко. Это уже не личная проблема вышедшего в тираж политика. Это кризис в отношениях Украины со своими союзниками. Причём речь идёт уже не о приграничных восточноевропейцах, вечно шакалящих в лесах большой политики и готовых как грызть кости, бросаемые глобальными игроками, так и добивать и рвать на куски раненных, больных и ослабевших товарищей. Украину бросили лидеры ЕС, важнейшие страны «старой Европы», определяющие курс европейского корабля. В конце концов, Франция и Германия — государства серьёзно вложившиеся в киевский переворот. Министр иностранных дел ФРГ и представитель МИД Франции подписали известные гарантии Януковичу, после которых из Киева были выведены силы правопорядка и боевики смогли беспрепятственно захватить вначале правительственные здания, затем город, а за ним и страну.

Да и сам Нормандский формат был создан по просьбам Парижа и Берлина, чтобы обеспечить их официальное участие, вместе с Россией, в урегулировании украинского кризиса.
Французский министр иностранных дел не мог случайно не прилететь, в немецкий раньше времени улететь из Мюнхена. Конференция по безопасности — одно из крупнейших традиционных мероприятий. Уровень участия, основные тезисы, количество и порядок встреч в таких местах определяются заранее. Заранее же всё согласовывается. Судя по украинским анонсам и по тому, что Лавров также не исключал проведение встречи в Нормандском формате 16 февраля (обычно российский МИД заявляет об отсутствии у него информации, а в данном случае косвенно подтвердил возможность встречи) какие-то предварительные договорённости были достигнуты. То есть, западные союзники Украину вначале обнадёжили, а затем бросили.

Так публично, с особым цинизмом вытирают ноги только о тех, кто никогда уже не поднимется и не сможет отомстить. Только о тех, кого считают трупом, несмотря на то, что они ещё продолжают подавать признаки жизни.

Понятно, что встреча в Нормандском формате не решила бы украинских проблем, не изменила бы позицию России, не вернула бы Донбасс. Но она позволила бы Украине сохранить остатки престижа, продемонстрировать уже не Москве, а Варшаве, Будапешту, Бухаресту, что она ещё котируется на мировой арене, с ней считаются лидеры ЕС, она является одним из важных факторов европейской политики. В общем, встреча в Нормандском формате позволила бы Украине усилить свои крайне слабые переговорные позиции с приграничными восточноевропейскими государствами, занявшими в отношении Киева недружественную позицию. Кроме того, она конечно помогла бы Порошенко во временной стабилизации своих шатких внутриполитических позиций, показав, что на международном уровне с ним продолжают считаться.

Всё это Париж и Берлин не могли не понимать. Французы и немцы также прекрасно знали, что Нормандский формат давно стагнирует, и каждая несостоявшаяся встреча — гвоздь в крышку его гроба. Напомню, что Франция и Германия настаивали на создании этой переговорной площадки в своих интересах и с далеко идущими целями. Её демонстративное игнорирование — сигнал. Сигнал России, Европе, миру о том, что лидеры ЕС больше не видят не только смысла в поддержке Украины, но не видят у неё перспектив существования. Ибо, ещё раз повторю, если вы знаете, что человек или государство способны ещё подняться, вы не позволите себе такого демонстративного хамского предательства, так как будете опасаться, что со временем роли могут перемениться и предаваемый вам отомстит. Так пляшут только на костях.

В конце концов, французскому и немецкому министрам не составило бы труда поскучать пару часов в Нормандском формате, даже, если он им уже не был нужен. А график остальных встреч можно было под него подогнать. Никто бы ничего не получил, но формальные требования вежливости были бы соблюдены. Они же поступили по принципу «падающего толкни».

Поскольку каждое совершённое в политике действие влечёт за собой цепь неизбежных событий, можно не сомневаться, что Париж и Берлин не только не станут теперь помогать Киеву, но, при случае, постараются его незаметно добить, чтобы не путался под ногами и не оглашал окрестности своими воплями о европейском предательстве.

С Россией Украина не просто безнадёжно испортила отношения. Нынешняя украинская власть создала ситуацию, когда Россия даже при желании не могла бы прийти на помощь терпящей бедствие Украине просто потому, что такое действие несло бы угрозу жизненным интересам российского государства. Связав гигантские ресурсы, даже капитулировавшая Украина резко ограничила бы российские возможности в глобальной борьбе, сыграв роль камня, тянущего пловца на дно.

Восточноевропейские «друзья» Украины убедительно продемонстрировали, что их не даром в разное время и разные политики сравнивали кого с гиенами, кого с шакалами. Увидев, что Киев ослабел, они прямо визжат от нетерпения и готовы в любой момент броситься рвать даже не мертвечину, а ещё живую плоть издыхающего политического животного. В Мюнхене с Украиной окончательно попрощался ЕС, в лице своих лидеров. Париж и Берлин, ещё недавно радостно раскрывавшие Киеву объятия и принимавшие его в своих гостиных в любое время дня и ночи, теперь велят лакеям сообщить, что хозяев нет дома. Даже в людскую не пускают, даже с чёрного хода пройти не дают.

Вроде бы остались США, но они представлены Волкером, которого даже Байден назвал авторитетным парнем без полномочий. Кроме того у Волкера уязвимая позиция, поскольку главная тема его переговоров — выполнение Минских соглашений, в которых США не представлены. Зато там представлены Франция и Германия, только что проигнорировавшие Нормандский формат, из которого собственно и вырос Минский.

Трамп, в прошлом году ещё соглашавшийся на пятиминутные фотосессии с Порошенко, в этом году демонстративно отказался принимать его в Давосе, встретившись с руандийцем. Это позиция высшего руководства США. И эта позиция распространяется на всю Украину, а не на одного Порошенко. После давосского позора, внутриполитические оппоненты Петра Алексеевича, всей стаей бросились на молитвенный завтрак к Трампу. Они давно привыкли, что если США отказывают действующему президенту Украины в общении, значит сейчас же будет объявлен кастинг на его преемника.

Всех их ждало разочарования. В Белом доме, и в целом в Вашингтоне, не проявили интереса к обсуждению кандидатуры порошенковского сменщика. США устранились от вмешательства в украинскую внутриполитическую борьбу.

Остались, конечно, матёрые демократы клинтоновского разлива, всё ещё обнадёживающие киевских гостей, пытающиеся кому-то из них помочь в частном порядке. Но это личные инициативы теряющих влияние политиков, а не государственный подход.

США оставляют Украину не так демонстративно, как их европейские коллеги. Активной деятельностью, постоянным движением, громкими заявлениями Волкер создаёт белый шум, прикрывающий пустоту образовавшуюся на месте американской политики на Украине. Но возможности авторитетного парня без полномочий ограничены. Если его предшественница Нуланд была способна по щелчку пальцев устраивать украинскими политикам встречи с Госсекретарём, а лидерам даже с президентом США, то Волкер может предложить им только фотосессии с самим собой. Надо отдать ему должное, он терпеливо фотографируется со всеми желающими, но это не может заменить Украине и её элитам финансовую и политическую поддержку, а также руководящие указания Вашингтона.

В результате указанных процессов, страна, неспособная выжить самостоятельно, теряет опору на внешние ресурсы. Имей Украина адекватную элиту, она могла бы сейчас внутренне собраться, прекратить ведущуюся Киевом агрессивную антироссийскую международную кампанию, попытаться занять нейтральную позицию и поработать буфером между Россией и враждебно настроенными в её отношениями восточноевропейцами. Это был бы последний шанс, прогуляв и проиграв состояние, доживать дни в аккуратной, чистой бедности.

Но по мере ухудшения её международного положения, на Украине разгорается очередной раунд внутриполитической борьбы. Украинская элита напоминает гельминтов, вступивших в смертельную борьбу друг с другом за власть над издыхающим организмом и добивающих как организм, так и себя (в перспективе).

В результате, государство (как функционирующий на основании законов аппарат) практически ликвидировано. Внешнеполитические подпорки, позволявшие этой рыхлой, расползавшейся как снеговик весной, туше держаться, убраны. Внутренние же силы, вместо объединения перед лицом общей угрозы, мечтают (каждый) лишь о том, чтобы, уничтожив конкурентов, остаться одному.

Но Украина — не Молдавия, которой может управлять один олигарх. Это слишком большое государство со значительными региональными отличиями, предполагающими обязательное представительство региональных элитных групп на общенациональном уровне. Не будучи формально федерализированной, унитарная Украина является неформальной федерацией олигархических группировок. Кстати, данное противоречие между формой государственности и её содержанием внесло значительный вклад в деградацию украинского государства.

Начав междоусобную борьбу на уничтожение, сокращающую численность и возможности олигархических семей, бывшие хозяева Украины были вынуждены поделиться властью со своими бывшими наёмниками (обеспечивавшими силовое прикрытие рейдерских захватов), ставшими политическими партнёрами. В политику пришли боевики. По мере ослабления занимающегося самоедством олигархата, вес боевиков и их лидеров в политике становится всё значительнее. И они также представляют не только какую-то идеологию, но и вполне конкретные регионы. То есть перехватывают у олигархата функцию неформального политического представительства региональных интересов.

Сейчас, в силу сложившихся обстоятельств, боевики, в основном, представлены неонацистскими движениями. И именно они рвутся к власти, оттесняя от неё олигархат. Однако неонацистская идеология единой, унитарной, тоталитарной Украины, находится в противоречии с объективной потребностью регионов к преодолению противоречий при помощи формального или неформального представительства.

Поэтому усиление веса нацистов во власти ведёт, с одной стороны, к попытке сохранить разваливающуюся страну с помощью тоталитарного террора. С другой стороны, окончательный отказ от закона в пользу насилия, добивает государственный аппарат (легитимность которого основана на законе) и порождает спрос на альтернативных боевиков. Не обязательно альтернативных идеологически. Они могут быть анархистами, троцкистами, монархистами и даже обычными сбившимися в банду маргиналами — это не принципиально.

Их альтернативность на деле будет состоять в том, что они будут выступать за регионы против центра.

То есть, на всех уровнях: государственная власть, региональные администрации и местное самоуправление, — власть закона, реализуемая аппаратом, превращается во власть силы, реализуемую бандитами.

Государство Украина из состояния врага России — партнёра Запада, стремительно просвистев мимо стадии буфера, превращается в Дикое поле. Дикое же поле может быть освоено только внешней силой. Внутренне оно обречено на вымирание.

И надо иметь в виду, что в складывающейся между Россией и Западом, на данном (переходном) этапе их отношений, буферной зоне, потенциально охватывающей всю сбежавшую когда-то из СЭВ в ЕС Восточную Европу, есть ещё несколько государств, способных повторить судьбу Украины.

Так что буферная зона и Дикое поле формируются одновременно и параллельно друг другу на одних и тех же территориях. В виду относительной слабости восточноевропейских государств, расширяющееся Дикое поле несёт в себе угрозу разрушения и поглощения очередных жертв. И оно будет к этому стремиться, как стремится к расширению и доминированию любой политический организм.