|
|
 Случайные фото из галереи: |
|
|
| Сериал "Чернобыль" , Американский сериал "Чернобыль" и наш ответ от НТВ |
| |
Михаил1  |
Отправлено: 9 сентября 2019 — 12:16 
|
полковник
Сообщений всего: 6790
Дата рег-ции: 22.06.2015
Откуда: Подмосковье
Репутация: 27
|
Посмотрел наконец американский сериал "Чернобыль", по просьбе супруги, долго отказывался, боясь порции чернухи и клюквы. Пишу по горячим впечатлениям свое мнение.
1) Поразила детализация. Откуда достали столько советской техники, аппаратуры, мебели??? Погружение в реальность, даже Ми-6 нашли!!! Который в сериале доставляет на крышу реактора робота. За это уважение, действительно постарались добиться правдивости.
2) Сама хроника событий и участники показаны правдиво, не безвестные "майоры херовы", а реальные фамилии участников. Кстати, потрясло как актеры сыгравшие руководство АЭС похожи на оригиналы. Я знаю про Чернобыль по книге Медведева "Чернобыльская тетрадь". Удивительно, у меня эта книга сохранилась с 1988 года!!! Помню, первый раз ее прочитал еще школьником начальных классов, книга меня потрясла. Потом перечитывал много раз. И словно при просмотре фильма узнавал текст. Вспомнил мигом Дятлова, Брюханова, Акимова, Топтунова. Даже рассказывал жене, что будет дальше. Многое из того, что показано в сериале - правдиво. Особенно сам момент перед взрывом и взрыв.
3) Наши советские люди показаны героями, да где-то перебор, но в целом видно, что все ресурсы брошены на решение задач, показана работа ликвидаторов, операторов, пожарных. Тот же партийный работник Щербина сначала самодур, потом раскрывается как отличный организатор и умный человек.
4) Сначала посчитал самоубийство Легасова художественным вымыслом, оказалось правда...
5) Из ляпов -чрезмерная роль КГБ. Ну не было такого страха, мы даже с женой поспорили. Не было и принуждения, Ситников добровольно пошел смотреть что с реактором, и министров вооруженная охрана не сопровождала. Шахтеры конечно показаны колоритно, но такого не было!!! Не могли так советские люди панибратски и с вызовом общаться с министрами.
6) Понятно, что добавлен драматизм. Скажем последствия лучевой болезни немного иные, они подробно в книге Медведева описаны. Но для художественного сериала это понятно.
7) В целом сериал скорее понравился. Отдельное спасибо его авторам, что в конце показали историю судеб всех участников. Обидно, что мы пока ничего подобное не сняли.
Ждем фильм от НТВ, для сравнения. Хотя, пока то что, прочитал настораживает.
Временной промежуток, показанный в сериале, охватывает события между апрелем и декабрем 1986 года. Еще до аварии на Чернобыльской АЭС подполковник контрразведки Андрей Николаев жил тихой и мирной жизнью вместе со своей женой и дочерью. Но начальство посылает героя в Припять по секретному заданию: разыскать на территории города опытного агента ЦРУ Альберта Ленца, заинтересовавшегося АЭС. Жена Андрея решает также прибыть в Припять, не рассказав об этом главе семейства, при этом она берет с собой маленькую дочь Олю. Однако Чернобыльская зона представляет огромную опасность из-за выброса радиации – авария уже произошла.
Причем тут американские спецслужбы и КГБ? Опять все виноваты кроме нас? И по факту жена главного героя или сумасшедшая, или дура, раз с ребенком едет туда, откуда всех гражданских эвакуировали...
(Добавление)
Еще хочется добавить, что в целом понравилась игра актеров. Действительно вжились в роли. Действительно советские люди 80-х, нет никакой пошлости, постельных сцен и т.п. Фильм захватывает и пугает.
|
| |
|
| Михаил1 |
Отправлено: 9 сентября 2019 — 16:04
|
полковник
Сообщений всего: 6790
Дата рег-ции: 22.06.2015
Откуда: Подмосковье
Репутация: 27
|
Интересно, на форуме кто-то смотрел сериал? Интересно поспорить, обсудить. Почитал разные рецензии: у записных патриотов оказывается янки его сняли, чтобы навредить Росатому!!!
Вот например мнение Коца с КП:
Сериал «Чернобыль» - фильм о спасении шкур, а не душ
Спецкор "КП" Александр Коц о том, почему американский сериал можно назвать безупречным с пропагандистской точки зрения.
В школе мой пионерский отряд носил имя Владимира Правика - пожарного из чернобыльской (припятской, если быть точнее) «первой шеренги». История Чернобыля для нас, владивостокских советских школьников, была далекая и нестрашная. Тогда много о трагедии не рассказывали. Зато она была окутана ореолом священного, абсолютного героизма, который оказывается можно проявлять и в мирное время, когда по тебе не стреляет пулемет из ДОТа или гестаповцы не засовывают под ногти иголки.
В 2006 году я несколько дней прожил в Зоне. В самом Чернобыле, в Припяти в одной из тысяч брошенных квартир, готовил с коллегой серию материалов к 20-летию трагедии. К тому моменту я уже знал о многих «подводных камнях», о которых в те далекие годы предпочитали молчать.
«Все скупают йод, разбавляют его водой, пьют, обжигают себе горло. Тотальное вранье! - рассказывал мне Андрей Иллеш - репортером «Известий» он тогда первым из журналистов оказался на месте ЧП. - Это только в Припяти эвакуация проводилась организованно. А что творилось по деревням?! С воем гонят людей с их насиженных мест. Ощущение хренового фильма про войну - гонят скот, обязательно девушка плачет, ребенка на телеге везут. И так до 8 - 9 мая - всеобщий бардак и непонимание».
Новые знания, конечно, не поколебали мое детское ощущение аварии на ЧАЭС. Оно было в лицах, в их воспоминаниях. Одно последнее письмо Владимира Правика жене и маленькой дочке чего стоит. Ни один сценарист такого не напишет. И в моем сознании чернобыльская трагедия - это с одной стороны история обычного, повседневного героизма, а с другой - настоящей любви до смерти. Наверно, глупо было ждать этих ощущений от американского фильма, в котором, как многие подчеркивали, все снято с уважением к эпохе и деталям.
Про детали... Я не помню в Припяти ни одной застекленной лоджии. Да и о стеклопакетах в 1986 году даже примерного представления не имели.
Вертолет упал рядом с реактором не в первые дни, а 2 октября.
«Клюквенные» сцены с министром угля, приехавшим к тульским шахтерам с двумя автоматчиками, и уже голыми шахтерами (так легче работать без вентиляции), трясущими пенисами у 4 энергоблока,- на совести авторов.
Намеренно исковерканный самый пронзительный документ той трагедии - монолог вдовы пожарного Людмилы Игнатенко. Девушка в сериале смотрит в окно палаты, напротив - глухая серая стена. Она описывает облученному мужу вид - Красная площадь, Кремль, Спасскую башню... «Я обещал, что покажу тебе Москву», - говорит он. Девушка закусывает губу - ей больно от того, что мужа спрятали подальше от посторонних глаз.
А так было в реальности:
«Я открыла окно. Восьмой этаж, весь город перед нами! Букет огня взметнулся в небо.
- Вот это да!
- Я обещал тебе, что покажу Москву. Я обещал, что по праздникам буду всю жизнь дарить цветы…
Оглянулась - достает из-под подушки три гвоздики. Дал медсестре деньги. и она купила».
И в мелких измененных деталях, в сгущении красок, где это совершенно необязательно, в искусственной, не к месту патетике, теряется что-то важное и глубокое. И Бог с ними, с неточностями и ляпами. Просто по духу это не фильм о героизме русских людей, спасших мир от катастрофы. И не история безумной любви, плодом которой уже после смерти Василия Игнатенко станет мертворожденная девочка, в утробе принявшая на себя все облучение, спасая маму, пока та тщетно пыталась спасти папу.
Это сериал о том, как карьеристы из политбюро спасают свои шкуры ценой жизней униженных и порабощенных людей, воспрянувших от осознания важности своей миссии. («Сколько погибнет? Десятки тысяч? У победы всегда есть своя цена» - цинично заявляет членам комиссии по ликвидации карикатурный Михал Сергеич.) О бездушных чекистах, сажающих «на подвал» от начала до конца вымышленного персонажа - ученую, которая хочет рассказать всем правду о радиации. О том, что узникам «тюрьмы народов» (положительные герои нетипично неприятной для этого амплуа внешности) приходилось бороться одновременно и с последствиями аварии, и с «кровавым режимом»...
Безупречный с пропагандистской точки зрения фильм. Но без человеческого нерва, от которого бы защемило сердце. «Они умирают, но их никто по-настоящему не расспросил. О том, что мы пережили. Что видели. О смерти люди не хотят слушать. О страшном. Но я вам рассказывала о любви. Как я любила», - заканчивает свой монолог не киношная Людмила Игнатенко. И в эти нескольких килобайтах текста нежности, боли, отваги, самопожертвования и Истории больше, чем нескольких сериях американских киномонстров. А отечественным, видимо, недосуг.
или
Сериал «Чернобыль» - подарок для конкурентов «Росатома»?
Наш обозреватель Дмитрий Стешин - о новом американском сериале, посвященном Чернобыльской катастрофе.
Если сериалы снимают, значит это кому-то нужно. Первое, что меня удивило – почему сериал о событиях 33-летней давности, сняли не к круглой дате, что было бы коммерчески-логично и легло на какой-то информационный фон? Возможно, причина иная. И я ее, кажется, нашел. Не секрет, что современный американский кинематограф, это средство доставки каких-то идей и установок прямо в расслабленный мозг глобального зрителя. Если фильм военный или космический, то «звездно-полосатый победно реет». Если драма социальная, там будет обязательно чернокожая одноногая лесбиянка, черно-белая семейная пара, пастор-педофил, душка-гей и белый цисгендерный мерзавец. Все это в разных вариациях и исключения лишь подтверждают правило.
С самой Чернобыльской АЭС меня связывала давняя экспедиция КП. К 20-летию трагедии, журналисты «КП» посетили Зону легально, пообщавшись с врачами больницы, которые работали там во время катастрофы, с инспекторами-сталкерами и инженерами - атомщиками. Затем мы еще несколько дней жили в Зоне полулегально, в пустой квартире города Припять. Ели жареных кабанчиков у самоселов в деревне Лубянка, печеную рыбу из Припяти, снимали зверье расплодившееся в зоне. Даже нашли подшивку «Комсомольской правды» с последним номером «КП» от 25 апреля 1986 года. Мы прочли кучу мемуаров ликвидаторов и в целом, канву событий я представлял. Поэтому, меня хватило лишь на одну серию, где любой разговор руководящего работника начинался с угрозы расстрела. Ну и поиски дозиметров и радиометров на ЧАЭС меня тоже поразили. При том, что наземная радиоразведка на территории будущей Зоны началась с 4 утра и картину заражения руководство себе представляло четко. Но, бог с ней, с фактурой. Главный вопрос – зачем? Зачем ЭТО было снято? Если все несуразности и ложь в сериале, нашими согражданами детектируются мгновенно? А не для нас снимали.
Все очень просто. В 2007 году, когда была создана корпорация «Росатом», небольшой «атомный рынок» был плотно поделен между тремя ведущими игроками – США, Францией и Японией. «Росатом» - вертикально-интегрированная государственная компания, сразу же заявила, что к 2030 году, займет лидирующие позиции на мировом рынке «мирного атома». Над нами лишь посмеялись и совершенно напрасно. Главное преимущество «Росатома» проявилось во время санкций 2014 года – наша полная автономность в получении и обработки своего топлива для АЭС. В то время как основные конкуренты Франция, Великобритания, США, Китай ведут жесточайшую борьбу за доступ к месторождениям в Намибии, Нигере, Казахстане, ЮАР и Бразилии. Наши все делают «под ключ» по схеме «строй-владей-управляй». Только вдумайтесь: в 2018 году, в самой высокотехнологической отрасли планеты, 60% реакторов были построены «Росатомом», а Россия заняла 67% всего рынка атомной энергетики! К 2018 году, «Росатом» имел почти 160 миллиардный, 10-летний портфель зарубежных заказов.
Все продаваемые нами технологии «полного цикла», в отличии от того, что предлагал, уже предлагал (!) американский «Вестингауз». Его, кстати, перепродали в 2006 году японской «Тошибе». И только в 2016 году, убытки компании сравнялись с японскими инвестициями в «Вестингауз». Более свежей информации нет, но можно предположить, что ни о каком прорыве там речи не идет. Тем более, нет речи и о новых технологиях, которые уже реализовал «Росатом» - например, плавучие, мобильные АЭС, которыми страшно заинтересовались островные государства…
Если рынок стран БРИКС прочно занял «Росатом», то территории Евросоюза, по мнению аналитиков, станут основным местом конкурентной борьбы между атомными гигантами. Сейчас, например, ветреная Болгария не может решить – съесть ей ягодку от «Росатома» или забраться на елку «Вестингауза»?
И тут, всему миру вдруг показывают вызывающий дрожь и ужас сериал «Чернобыль». О том, как дикие, бестолковые и безалаберные русские, устроили с помощью своих реакторов небывалую экологическую катастрофу в Европе.
Разумеется, люди принимающие решения о постройке АЭС, вряд ли будут руководствоваться при этом эмоциями из сериала. Нет. Сериал «Чернобыль» для простой публики. Той самой публике, что выходит на митинги с плакатиками: «Не допустим второго Чернобыля». А потом с ужасом смотрит на графу «электроэнергия» в платежке за квартиру. Вот как в Литве, где по предписанию ЕС, атомную станцию закрыли и разобрали японцы. Или на Украине, где есть свыше 100 атомных объектов, но судьба их пока непонятна.
Ничего личного, просто бизнес. Бизнес очень прибыльный, планетарного масштаба.
Что сказать, по моему мнению, драматизма в сериале хватало, хотя например, не объяснили правильно, зачем отстреливали собак, а они сбивались в стаи и начали нападать на людей...
Что касается болтовни Стешина, про то, что уже в 4 утра все знали, процитирую Медведева:
Свидетельство Николая Феодосьевича Горбаченко — дежурного службы дозиметрии в смене Акимова:
«В момент и после взрыва я находился в помещении щита дозиметрии. Тряхнуло несколько раз со страшной силой. Я подумал — все, крышка. Но смотрю — живой, стою на ногах. Со мной на щите дозиметрии был еще один товарищ, мой помощник Пшеничников, совсем молодой парень. Я открыл дверь в коридор деаэраторной этажерки, оттуда клубы белой пыли и пара. Пахнет характерным запахом пара. Еще вспышки разрядов. Короткие замыкания. Панели четвертого блока на щите дозиметрии сразу погасли. Никаких показаний. Что творится на блоке, какая радиационная обстановка — не знаю. На панелях третьего блока (у нас объединенный щит на очередь) — сработала аварийная сигнализация. Все приборы пошли на зашкал. Я нажал тумблер «БЩУ», но коммутатор обесточился. Связи с Акимовым нет. По городскому телефону доложил начальнику смены службы дозиметрии Самойленко, который находился на щите КРБ (контроля радиационной безопасности) первой очереди. Тот перезвонил руководству службы радиационной безопасности: Красножону и Каплуну. Попытался определить радиационную обстановку у себя в помещении и в коридоре, за дверью... Имелся только радиометр «ДРГЗ» на тысячу микрорентген в секунду. Показал зашкал. Был у меня еще один прибор со шкалой на 1000 рентген в час, но при включении он, как назло, сгорел. Другого не было. Тогда я прошел на блочный щит управления и доложил Акимову ситуацию. Везде зашкал на 1000 микрорентген в секунду. Стало быть, где-то около четырех рентген в час. Если так, то работать можно около пяти часов. Конечно, из условий аварийной ситуации. Акимов сказал, чтобы я прошел по блоку и определил дозиметрическую обстановку. Я поднимался до плюс двадцать седьмой отметки по лестнично-лифтовому блоку, но дальше не пошел. Прибор всюду зашкаливал. Пришел Петя Паламарчук, и мы с ним пошли в шестьсот четвертое помещение искать Володю Шашенка...»
Дозиметрист был бледен, но собран.
— Какой фон, Коля? — спросил Перевозченко. Лицо его уже горело бурым огнем.
— Да вот... На диапазоне 1000 микрорентген в секунду зашкал, панели четвертого блока погасли... — Горбаченко виновато улыбнулся. — Будем считать, что где-то около четырех рентген в час. Но, похоже, много больше...
— Что ж вы даже приборами не разжились?
— Да был прибор на 1000 рентген, но сгорел. Второй — в каптерке закрыт. Ключ у Красножона. Только я смотрел — та каптерка в завале. Не подступишься... Сам знаешь, какая была концепция. О предельной аварии никто всерьез не думал. Не верил... Сейчас пойду с Паламарчуком Шашенка искать. Не откликается из шестьсот четвертого...
В 2 часа 30 минут ночи на БЩУ-4 пришел директор АЭС Виктор Петрович Брюханов. Вид пудрено-серый, растерянный, почти невменяемый.
— Что произошло? — сдавленным голосом спросил он Акимова.
В помещении БЩУ-4 активность воздуха в это время составляла около трех-пяти рентген в час, а в местах прострела от завала и того больше.
Акимов доложил, что, по его мнению, произошла тяжелая радиационная авария, но реактор цел, пожар в машзале в стадии ликвидации, пожарные майора Телятникова тушат пожар на кровле, что готовится в работу второй аварийный питательный насос и скоро будет включен в работу. Лелеченко и его люди должны только подать электропитание. Трансформатор отключился от блока по защите от коротких замыканий...
— Вы говорите — тяжелая радиационная авария, но если реактор цел... Какая активность сейчас на блоке?
— Имеющийся у Горбаченко радиометр показывает тысячу микрорентген в секунду...
— Ну, это немного, — чуть спокойней прежнего сказал Брюханов.
— Я тоже так думаю, — возбужденно подтвердил Акимов.
— Могу я доложить в Москву, что реактор цел? — спросил Брюханов.
— Да, можете, — уверенно ответил Акимов. Брюханов ушел на АБК-1 в свой кабинет и оттуда в 3 часа ночи позвонил домой заведующему сектором атомной энергетики ЦК КПСС Владимиру Васильевичу Марьину...
К этому времени на аварийный блок прибыл начальник штаба гражданской обороны атомной станции С. С. Воробьев. У него был радиометр со шкалой измерений на 250 рентген. Это уже было кое-что. Пройдя по деаэраторной этажерке в машзал, к завалу, понял, что положение крайне тяжелое. На шкале 250 рентген радиометр показывал зашкал в разных местах блока и завала.
Воробьев доложил обстановку Брюханову.
— У тебя неисправный прибор, — сказал Брюханов. — Таких полей быть не может. Ты понимаешь, что это такое? Разберись-ка со своим прибором или выбрось его на свалку...
— Прибор исправный, — сказал Воробьев.
В 4 часа 30 минут утра на БЩУ прибыл главный инженер Фомин. Его долго разыскивали. Дома почему-то трубку не брал, жена бормотала что-то невнятное. Кто-то сказал, что он, быть может, на рыбалке. Потому и не подходил к телефону. Что-то знали люди...
— Доложите обстановку!
Акимов доложил. Подробно остановился на последовательности технологических операций до взрыва.
— Мы все делали правильно, Николай Максимович. Претензий к персоналу смены не имею. К моменту нажатия кнопки «АЗ» пятого рода оперативный запас реактивности составлял 18 стержней СУЗ (системы управления защитой). Разрушения произвел взрыв 110-кубового бака аварийной воды СУЗ в центральном зале, на отметке плюс 71 метр...
— Реактор цел? — спросил Фомин красивым баском.
— Реактор цел! — твердо ответил Акимов,
— Непрерывно подавайте в аппарат воду!
— Сейчас в работе аварийный питательный насос из деаэраторов на реактор.
Перипетия с дозиметрами показана и в сериале.
И дальше:
Свидетельствует Виктор Григорьевич Смагин — начальник смены блока № 4:
«Я должен был менять Александра Акимова в восемь утра 26 апреля 1986 года. Спал ночью крепко, взрывов не слышал. Проснулся в семь утра и вышел на балкон покурить. С четырнадцатого этажа у меня хорошо видна атомная станция. Посмотрел в ту сторону и сразу понял, что центральный зал моего родного четвертого блока разрушен. Над блоком огонь и дым. Понял, что дело дрянь. Бросился к телефону, чтобы позвонить на БЩУ, но связь уже была отрублена КГБ, видимо, чтобы не утекала информация. Собрался уходить. Приказал жене плотно закрыть окна и двери. Детей из дому не выпускать. Самой тоже не выходить. Сидеть дома до моего возвращения...
Побежал на улицу к стоянке автобуса. Но автобус не подходил. Вскоре подали „Рафик“, сказали, что отвезут не на АБК-2, как обычно, ко второй проходной, а на АБК-1 к первому блоку.
Привезли к АБК-1. Там все уже было оцеплено милицией. Прапорщики не пропускали. Тогда я показал свой круглосуточный пропуск руководящего оперативного персонала, и меня неохотно, но пропустили.
Около АБК-1 встретил заместителей Брюханова В. И. Гундара и И. Н. Царенко, которые направлялись в бункер. Они сказали мне:
— Иди, Витя, на БЩУ-4, смени Бабичева. Он менял Акимова в шесть утра, наверное, уже схватил... Не забудь переодеться в „стекляшке“ (так мы называли конференц-зал)...
„Раз переодеваться здесь, — сообразил я, — значит, на АБК-2 радиация...“
Поднялся в „стекляшку“. Там навалом одежда: комбинезоны, бахилы, „лепестки“. Пока переодевался, сквозь стекло видел генерала МВД (это был замминистра внутренних дел Украинской ССР Г. В. Бердов), который проследовал в кабинет Брюханова.
Я быстро переоделся, не зная еще, что с блока вернусь уже в медсанчасть с сильным ядерным загаром и с дозой 280 рад. Но сейчас я торопился, надел костюм ХБ, бахилы, чепец, „лепесток-200“ и побежал по длинному коридору деаэраторной этажерки (общая для всех четырех блоков) в сторону БЩУ-4. В районе помещения вычислительной машины „Скала“ — провал, лилась вода, парило. Заглянул в помещение „Скалы“. С потолка на шкафы с аппаратурой льется вода. Тогда еще не знал, что вода сильно радиоактивная. В помещении никого. Юру Бадаева, видать, уже увезли. Пошел дальше. Заглянул в помещение щита дозиметрии. Там уже хозяйничал замначальника службы РБ (радиационной безопасности) Красножон. Горбаченки не было. Стало быть, тоже увезли или где-нибудь ходит по блоку. Был в помещении и начальник ночной смены дозиметристов Самойленко. Красножон и Самойленко устроили перепалку. Я прислушался и понял, что ругаются из-за того, что не могут определить радиационную обстановку. Самойленко давит на то, что радиация огромная, а Красножон, что можно работать пять часов из расчета 25 бэр.
— Сколько работать, мужики? — спросил я, прервав их перепалку.
— Фон — 1000 микрорентген в секунду, то есть 3,6 рентгена в час. Работать пять часов из расчета набора 25 бэр!
— Брехня все это, — резюмировал Самойленко. Красножон снова взбеленился.
— Что же у вас других радиометров нет? — спросил я.
— Есть в каптерке, но ее завалило взрывом, — сказал Красножон. — Начальство не предвидело такой аварии...
„А вы что — не начальники?“ — подумал я и пошел дальше.
Все стекла в коридоре деаэраторной этажерки были выбиты взрывом. Очень остро пахло озоном. Организм ощущал сильную радиацию. А говорят, нет органов чувств таких. Видать, все же что-то есть. В груди появилось неприятное ощущение: самопроизвольное паническое чувство, но я контролировал себя и держал в руках. Было уже светло, и в окно хорошо был виден завал. Весь асфальт вокруг усыпан чем-то черным. Присмотрелся — так это же реакторный графит! Ничего себе! Понял, что с реактором дело плохо. Но до сознания еще не доходила вся реальность случившегося.
Вошел в помещение блочного щита управления. Там были Бабичев Владимир Николаевич и заместитель главного инженера по науке Михаил Алексеевич Лютов. Он сидел за столом начальника смены блока.
Я сказал Бабичеву, что пришел его менять. Было 7 часов 40 минут утра. Бабичев сказал, что заступил на смену полтора часа назад и чувствует себя нормально. В таких случаях прибывшая смена поступает под команду работающей вахты.
Так что и в 7-40 толком не понимали ситуацию. |
| |
|
| Лебедь Генерал |
Отправлено: 9 сентября 2019 — 17:18
|
майор
Сообщений всего: 1334
Дата рег-ции: 29.03.2015
Откуда: Удмуртия. г. Воткинск.
Репутация: 0
[+]
|
Поскольку я являюсь ликвидатором аварии на ЧАЭС в 86-87 году.
То добавлю:
Михаил1 пишет: даже Ми-6 нашли!!! Который в сериале доставляет на крышу реактора 
Михаил1 пишет: Очень остро пахло озоном.  (Отредактировано автором: 9 сентября 2019 — 17:22)
-----
Arbeit macht mich frei |
| |
|
 | Стас1973 пишет: Зашел случайно, искал ответ по тактике танков на 1941 г. Очень нравится атмосфера на форуме и эпичность некоторых форумчан. Троллей нет. Только - Личности.
Особое и отдельное спасибо админам.Зарегистрироваться! |
| Михаил1 |
Отправлено: 10 сентября 2019 — 09:55
|
полковник
Сообщений всего: 6790
Дата рег-ции: 22.06.2015
Откуда: Подмосковье
Репутация: 27
|
Лебедь Генерал пишет: Роботов видел.
Там были немного другие роботы. Бульдозеры наш отечественный и японский. Японский если судить по книге Медведьева был лучше.
Лебедь Генерал пишет: А радиация выдаёт себя сильным запахом озона.
А металлический привкус во рту?
Лебедь Генерал пишет: Поскольку я являюсь ликвидатором аварии на ЧАЭС в 86-87 году.
То добавлю:
А сам сериал смотрели? Какое мнение? |
| |
|
| Михаил1 |
Отправлено: 10 сентября 2019 — 13:52
|
полковник
Сообщений всего: 6790
Дата рег-ции: 22.06.2015
Откуда: Подмосковье
Репутация: 27
|
Лебедь Генерал пишет: Я сам видел. Мимо пробегали на крыше. Нас выпускали на крышу на уборку обломков и битума на одну минуту. Набирали 10 рентген.
Наш робот запутался в кабелях, а у японца электроника отказала...
И тогда послали нас.
Вас капитально упаковывали? По сериалу там были чуть ли не доспехи, 1,5 минуты работы рядом с реактором. Якобы радиация была под 10000. Там где вы работали радиация была около 1000 рентген? |
| |
|
| Михаил1 |
Отправлено: 10 сентября 2019 — 14:41
|
полковник
Сообщений всего: 6790
Дата рег-ции: 22.06.2015
Откуда: Подмосковье
Репутация: 27
|
Лебедь Генерал пишет: За минуту набирали примерно 10 рентген.
Это 600 рентген в час, но без учета защиты, так что под 1000.
Лебедь Генерал пишет: Из спецодежды подобие трусов из листового свинца на брюки и рентгеновский фартук спереди.
В сериале такое показали, я думал, что трусы это художественный вымысел.
Лебедь Генерал пишет: Ну и лепесток марлевый на лицо.
Я достал у химиков облегчённый противогаз - защита рот нос.
Тоже было в фильме. Лопатами графит кидали. |
| |
|
| Михаил1 |
Отправлено: 10 сентября 2019 — 16:57
|
полковник
Сообщений всего: 6790
Дата рег-ции: 22.06.2015
Откуда: Подмосковье
Репутация: 27
|
Лебедь Генерал пишет: Таки да.
Инструмент лопата, топор, ломик и волокуши. Рубили выковыривали гудрон и обломки.
А как было со снабжением и размещением? В палатках жили или домиках? Разрешали по Припяти ходить? |
| |
|
| Михаил1 |
Отправлено: 11 сентября 2019 — 12:12
|
полковник
Сообщений всего: 6790
Дата рег-ции: 22.06.2015
Откуда: Подмосковье
Репутация: 27
|
Лебедь Генерал пишет: А жили(зимовали) в палатках.
Предыдущая партия построила городок.
[img]http://https://istorya.pro/printfile.php?action=attach&icon=yes&img=yes&f=28&t=4&id=1[/img]
А вообще то я уже писал вот тут:
https://istorya.pro/chernobyl�...eto-bylo.-t.html
А почему не в городке? Он радиактивный стал? Когда работы закончились? Разве не в конце осени? |
| |
|
|
|
| |
| |
Военно-исторический форум Military. История России. Военная история. Древний мир и Средние века » Разное » Культура » Фильмы
