Николай Никулин "Воспоминания о войне" - пасквиль или суровая правда жизни - 3

Вы помните как он называл советскую армию?
(Добавление)
Ну вот..... Напечатали...................... ................................ ................................ ................................ ................................ ..... Страшнейшая цензура.....

Я вот расскажу про себя и свою службу в армии. На мой взгляд, очень хорошая аналогия.
Скажем прямо, с армией мне не повезло. Я, во-первых, после первого курса попал четко в два года, когда действовала отмена отсрочки от призыва для студентов ВУЗ-ов (что крайне губительно сказалось потом на развитии наших научных и инженерных кадров, а с учетом того, что факультетов, на котором я учился, было всего три в стране - тем более), так я еще и попал служить в стройбат, причем не по состоянию здоровья, а просто потому, что пока закончилась экзаменационная сессия, набор в нормальные войска был уже закончен.
Однако, я даже не знаю, как относиться к этому факту, поскольку, как выяснилось уже после армии, имея разряд по пулевой стрельбе, КМС по бегу, 4 года спелеологии и скалолазания, и разряд по дзюдо (один из самых низших, правда, занимался всего около полугода), у меня была команда 40А - что на деле означало Афган... Но узнал я об этом уже после армии.
Началось все с того, что мы из военкомата прибыли на сборный пункт и просидели там до вечера. Вечером всех построили (человек 300), разделили напополам (рукой))), всем поменяли команду на 160 и отпустили домой, одних на сутки, других на трое суток. Сказали, что это команда типа наземного обслуживания аэродромов)))
Ну вот так я попал в стройбат. Ехали долго, в поезде, вагон был переполнен, ехали даже на багажных полках. Вагона было два - в одном собрались те, кто по культурнее, во втором - сплошная гопота, из того вагона даже проводники сбежали. Я ехал с гитарой, которая, в результате, гуляла по всем двум вагонам, но в основном в вагоне "гопоты". Через три дня вернулась ко мне, причем целая)).
Армия была просто супер - за два года я два раза держал в руках автомат - один раз на присяге (пропиленный))), второй раз, будучи уже сержантом, нас (сержантов) вывезли на полигон и дали каждому по три патрона пульнуть...
Армия была кардинально разная. Сначала я попал в стройбатовскую учебку, в которой готовили сержантов. Она была настолько строевая и уставная, что не только мы, курсанты, обращались к сержантам на "вы", но и они друг к другу обращались так же (на людях). Строевой шаг, правильное приветствие, уставы - только оружия не давали, даже почистить, хотя на плакатах АК изучали. Попутно наряды на кухню и в караул.
Последние наряды были особенно своеобразные. Оказалось, что нужно охранять склады, но на резонный вопрос - чем - нам ответили, что никакое оружие нам не положено. Более того, если проверяющий увидит нас даже с каким-нибудь подобием на оружие, какой-нибудь палкой-дубинкой, мы будем наказаны. При этом предупредили, что склады продовольственные, и их иногда грабят, в основном граждане неславянской национальности, находящиеся в состоянии самовольного отлучения из части. Говоря русским языком - грабили чечены и иже с ними, при этом избивая караульных в составе наряда из двух человек. Безоружных.
Конечно, мы заготовили себе по дубинке, и эти дубинки передавались из рук в руки. Начальство не знало (или делало вид, что не знает) об этом. Насколько они помогли бы в случае чего - можно только гадать, но никаких эксцесов за время моей службы не произошло.
Потом я попал в часть. Часть была полным антиподом учебке, хотя бы начать с того, что в ней вместо положенных трех рот была только одна, а из нас и части командировочных из первой роты начали формировать вторую. Причиной такого положения вещей послужило то, что в этой старейшей и заслуженной части, прошедшей ВМв и имеющей боевое знамя, чеченцы распоясались так, что могли просто выбить дверь в кабинет замполита и забрать оттуда магнитофон, поскольку у одного из чеченцев в соседней части был день рождения. Потом вернуть обратно, и даже с ухмылкой сказать спасибо (реальный случай)...
После этого часть расформировали и начали формировать заново. Все старослужащие были на полгода старше нас призывом.
В конце всяких неинтересных пертубаций мы оказались из учебки в количестве четырех человек (сержантов) в одной роте, трое русских и один крымский татарин.
31 декабря в 21.00 мы получили в роту пополнение - 70 узбеков, из которых только 8 человек могли сносно объясняться по русски, а человек 15 русского языка вообще не знали.
Во второй половине моей службы я командовал отделением из 18 человек, в которое забрал и двоих русских земляков, причем в звании рядового. Это произошло в результате ссоры с командиром роты - порядочной сволочью, хоть и русским. С его подачи я примерно месяц в общей сложности в течении службы провел на губе. Причем в первый раз при попадании туда по его же (подозреваю) просьбе был бит автоматами по почкам - крайне неприятное ощущение, должен признаться. Потом выяснилось, что мы земляки с бойцами гаупвахты, и подружились. Отправки туда для меня стали неким санаторием - только что жрать было нечего, вечером чай и бутерброд с маслом под неторопливую беседу в каптерке с нарядом.
То, что давали на обед арестованным выглядело как две кастрюли, одна с супом, другая с кашей, пять тарелок и три ложки, плюс неразрезанная булка хлеба, это человек на пятнадцать. На прием пищи давалось от 40 секунд до двух минут, в зависимости от настроения конвоира. Что там творилось - сами можете представить, особенное если учесть, что русских на губе практически никогда не было. Я в этом процессе не участвовал - в первый же день сказал, что конвоирам, что они меня могут убить, или я сам сдохну от голода, но так унижаться я не буду.
Перед увольнением в запас звание мне все-таки вернули.
Вообще, в роте у нас было всего два офицера - командир роты и замполит. Замполит был "двухгодичником", к тому же грузином, но в отличии от командира роты был очень порядочным человеком, и старался выполнять свою работу хорошо.
В роте было 120 человек, из них 4 русских. Остальные - узбеки, таджики, грузины (двое или четверо, не помню уже), аварцы, чеченцы (тоже двое), один лезгин, один крымский татарин, два казаха, азербайджанцы (двое или трое). Может еще кого забыл. К концу службы я умел ругаться матом на всех языках бывшего СССР))))
Дедовщины у нас не было. Было землячество.
Драться приходилось постоянно. Первый раз я (сержант) получил по фейсу от здоровенного рядового грузина в первый же час нахождения в части, причем очнулся уже на кровати))). Банально за то, что пресек попытку мной покомандовать. Последний раз вышел за КПП с тремя узбеками - за несколько дней до дембеля. Правда драки не получилось - они трусоваты в большинстве своем, и не лезут в драку, если понимают, что могут огрестись с вероятностью больше 50 процентов. А мне синяки перед дембелем тоже не нужны были.
Драки были как бы в качестве обязательного развлечения, что ли...))) Особенно это любили чеченцы (кстати, за время службы это была единственная нация, которую я научился уважать). Они постоянно ездили куда-то на какие-то разборки и редко возвращались без травм.
Первая рота была большей частью укомплектована русскими, потом часть их перевели в другие части, но процент русских в первой роте оставался большим. Правда, практически все они имели судимости за разбой и хулиганство))).
И вот в такой котел попадает парень из интеллигентной семьи, будущий конструктор РКТ, любящий читать книжки, не любящий музыку (и громкую в особенности), и крайне редко посещающий дискотеки (это я о себе). Понятно, что писать можно много, постоянно на разводе зачитывали сводки о трагедиях - кто-то ушел в самоволку и пропал, кто-то упал и разбился, кого-то убили в результате межэтнических разборок... Поговаривали, что только на нашем полигоне смертность выше, чем в Афгане.
В общем, это был небольшой ад. По крайней мере, успевшие отсидеть парни говорили, что лучше три года отсидеть на малолетке, чем у нас два года отслужить...
Но я же не написал подобной книжки. Хотя то место, где я был, сложно назвать армией - это, по сути, позор ВС СССР, и некоторые негативные моменты моей службы можно было встретить в любых войсках. Можно было такую картину армии бывшего СССР нарисовать на собственном примере - закачаешься!
Но я прекрасно понимаю, что это не вся армия, и пообщавшись с друзьями, вернувшимися со службы в других войсках, я понимал, что служба разная, где-то лучше, где-то хуже. Я попал на самое дно, к тому же абсолютно морально не будучи к этому готов.
Я благодарен армии - она очень много мне дала.
Вот и вся разница между Никулиным и другими ветеранами. Наберите в поисковике "Моя Великая война" - послушайте живых ветеранов, что и как они вспоминают. Не пожалеете, гарантирую.