Конфликт на Украине - 16

Один из главных вопросов современности — откуда ополчение Донбасса (сейчас уже правильнее называть их армией) получает оружие. С точки зрения украинских обывателей все просто — оружие поставляет Россия. Потому что больше некому. А правда ли больше некому? Начнём со стрелкового оружия: 1. В апреле ключевым событием в Донбассе стал захват активистами движения за независимость двух зданий — здания администрации в Донецке и здания СБУ в Луганске. В Донецкой администрации оружия не было, а вот в Луганске — в здании СБУ, в оружейных комнатах хранилась масса стрелкового оружия вплоть до пулемётов. По словам участников событий — оружия было «на батальон». фото © РИА Новости. Андрей Стенин 2. В апреле на сторону борцов за независимость перешли местные отряды «Беркут». С оружием или нет, сейчас уже трудно сказать, но проходили новости, что в Донецке и Луганске были взяты под контроль отделы милиции и милицейское руководство, не желавшее переходить на сторону повстанцев, писало рапорты и передавало ключи… офицерам «Беркута». Сколько в отделах милиции Донецка и Луганска было стволов? Общая численность милиции в этих городах — несколько тысяч сотрудников. Теоретически на каждого сотрудника милиции в комнатах хранения должен быть ствол. Если даже учесть, что некоторые отделы милиции отказались передавать повстанцам ключи или покинули Донецк вместе с оружием — в любом случае ополчению должно было достаться не меньше тысячи автоматов. 3. События в Славянске начались с захвата отделов милиции и СБУ. Это ещё от сотни до нескольких сотен стволов. 4. Военные части на территории Донецкой и Луганской области. По мере развития событий многие военные части покинули территорию восставшего региона, вывозя при этом оружие и боеприпасы. Многие, но не все. Некоторые части были блокированы, на КПП приходили родители солдат, и большинство военнослужащих покинули части без оружия. Сколько было получено оружия и боеприпасов на складах тех частей, которые ополченцы смогли блокировать и занять без боя — точных сведений я не нашёл. Но каждая более-менее серьёзная войсковая часть — это минимум батальон, в оружейных комнатах и на складах которого должно быть несколько сотен стволов. Теперь о ПЗРК «Игла», которыми ополченцы успешно сбивали вертолёты и даже истребители украинской армии. 10 марта в ряде СМИ появились сообщения о том, что во время беспорядков на Украине из военных арсеналов похищены несколько десятков ПЗРК «Игла». фото © vg-news.ru Это было ещё в марте! В первые две недели после Майдана в нескольких областях Западной Украины имели место случаи захватов и разграбления военных складов. И оттуда исчезли не только ПЗРК «Игла», но и другое вооружение. И судьба этого оружия осталась неизвестна. Могло ли оно полностью или частично попасть в Донбасс? Легко! Похищенное оружие могли элементарно продать. Кто грабил военные склады? Сторонники Майдана? Не обязательно. Сторонники Майдана 21 февраля и так получили власть, поэтому склады могли грабить как противники Майдана, так и те, кто просто решил воспользоваться ситуацией, чтобы заработать на торговле оружием и вооружиться в неспокойной обстановке. А откуда танки? Первые 6 единиц тяжёлой техники в Славянск приехали сами. Одно из подразделений 25 Днепропетровской воздушно-десантной бригады перешло на сторону ополчения, этот сюжет показывали все телеканалы в течение нескольких дней. После этого в мае новой тяжёлой техники у ополчения замечено не было. В начале июня в нескольких городах Донбасса были сняты с постаментов памятники — танк ИС-3 и два или три танка Т-34. По имеющейся информации два танка удалось завести, а танк ИС-3 даже участвовал в атаке на украинский блок-пост. Стрелять музейный экспонат не мог и применялся просто как бронированное транспортное средство. Возникает вопрос: если Россия, как считают некоторые, начала поставки тяжёлого вооружения ещё в мае, тогда зачем в июне потребовалось снимать с постаментов и заводить танки времён Второй мировой? А теперь — самое интересное. К концу июня арсенал тяжёлой техники ополченцев начал быстро расти. Тут казалось бы уже наверняка в игру вступила Россия. Потому что танки и артиллерия начали возникать целыми пачками и в разных местах. Но и здесь обнаруживается свой, украинский источник. В городе Артемовск расположен склад длительного хранения, на котором находилось несколько сотен (!) единиц тяжёлой техники разных видов. Значительная часть была неисправна, либо разукомплектована. Но даже небольшая доля этого арсенала — довольно крупный трофей. фото © 112.ua По имеющейся информации на территории Артёмовских складов ополченцы захватили 14 танков, 12 БМП, 7 САУ, 9 РСЗО Град, 10 миномётов 82-мм. Итого — 42 единицы тяжёлой техники, не считая миномётов. Вот вам и «Грады», которые били по лагерю украинских войск в Зеленополье, вот вам и танки, которые появились сразу в нескольких местах, вот вам и артиллерия. И что важно — потеря техники с Артёмовских складов 20.06 подтверждена Министерством обороны Украины. Документ: страница 1, страница 2 (источник). Кроме потери техники с Артёмовских складов в документе указано: 1. Донецк, в/ч 3003 Нацгвардии (украинские внутренние войска) — потеряно 6 БТР. 27 июня. 2. Краматорск, в/ч А1126 (25-я бригада) потеряно 6 миномётов 82 мм, 27 июня. 3. Карловка, Красная заря — 4 танка Т-64 и 3 гаубицы Д-30, потеряла та же 25-я бригада, 10-11 июля. 4. Донецк, со складов в/ч А1402 потеряно 4 САУ 2С1 Гвоздика и 2 ЗУ-23-2, 11 июля. 5. Артёмовск — 2 БТР, потеряла та же 25-я бригада, 11 июля. 6. Лисичанск, склад в/ч 3011 Нацгвардии — 1 БТР и 3 АТ, 11 июля. 7. Карловка, батальон «Днепр» потерял 2 БТР, 13 июля. 8. Краснодон, потеряно 4 танка Т-64, 2 гаубицы Д-30, 3 установки РСЗО Град, 13 июля. 9. Луганск, потеряно 4 БМП, 13 июля. 10. Марьинка, в/ч ЗСУ утрачено 2 танка Т-64 и 2 БМП, 15 июля. 11. Рубежное, подразделения Правого сектора потеряли 1 БМП и 2 АТ, 17 июля. 12. Артемовск, Широкая балка, Розовка, подразделения Нацгвардии потеряли танк Т-64. Всего в документе указаны потери 25 танков Т-64, 19 БМП, 11 БТР, 11 САУ Гвоздика, 12 РСЗО Град, 5 гаубиц Д-30, 16 миномётов 82 мм, 2 ЗУ-23-2, 5 АТ. Это только за 1 месяц с 20 июня по 20 июля! фото © vz.ru Часть потерь — боевые, это значит техника уничтожена или серьёзно повреждена. Но часть — именно захвачена. На военных складах, в военных частях, на блокпостах. Обратите внимание, что много техники потеряла 25-я бригада, одно из подразделений которой в первые же дни перешло на сторону ополчения вместе с шестью единицами бронетехники. В документе не указано, как именно теряла технику 25-я бригада, но вполне возможно, что точно так же, как и в Славянске — методом перехода на сторону ополчения. Несколько десяткой единиц тяжёлой техники, включая «Грады», ополченцы получили непосредственно от украинской армии — в результате захвата воинских частей, складов (Артёмовск), в результате перехода украинских военных на сторону ополчения (подразделения 25-й бригады), а также в ходе успешных атак, при которых деморализованные резервисты (которых призывали ещё в апреле на двухнедельные учения, а никак не на войну) просто отступали со своих позиций, оставляя технику и боеприпасы. И это было ещё до разгрома Южного котла, в котором осталось до сотни трофеев разной степени исправности. Не знаю, относится ли это к Южному котлу, но существует документ о потерях за неделю с 21 по 27 июля: 12 танков Т-64, 14 БМП, 7 БТР, 7 РСЗО Град, 2 САУ Нона, 3 САУ Гвоздика, 4 гаубицы Д-30, 1 миномёт 82 мм, 10 ЗУ-23-2, 42 АТ. И ещё документ о потерях с 28 июля по 5 августа: 10 танков Т-64, 12 БМП, 10 БТР, 5 РСЗО Град, 2 САУ Нона, 1 САУ Гвоздика, 1 гаубица Д-30, 9 миномётов 82 мм, 3 ЗУ-23-2, 33 АТ. Часть перечисленной техники, скорее всего, потеряна в боях, то есть уничтожена и восстановлению не подлежит. Но часть могла быть брошена при отступлении. Известны многочисленные случаи, когда техника глохла или была оставлена из-за отсутствия ГСМ. фото © racurs.ua Существуют также слухи, что кое-кто непосредственно из украинского командования торгует техникой. Так это или нет, проверить сложно, но вероятность такая есть. И не факт, что командование торгует, может ведь и просто передавать. Если солдаты переходят на сторону ополчения, то почему не могут переходить командиры? То, что война носит крайне противоречивый характер и не все, даже в украинской армии, считают её законной и справедливой — это факт. Более того — официально никакой войны нет, есть АТО. И военного положения, даже в рамках региона, никто не вводил. А это значит, что применение вооружённых сил — незаконно и является нарушением Устава и Присяги. И поэтому строго юридически даже отступление с боевых позиций не является дезертирством. Зафиксированы случаи, когда сами командиры при обстреле убегали, оставляя подразделения на произвол судьбы, что уж говорить о солдатах. В широкомасштабных боевых действиях, в которых задействованы десятки батальонов и сотни единиц бронетехники, вообще не может быть без трофеев. Что-то заглохло, что-то застряло, что-то попало в окружение, где-то на блокпост ночью напали разведчики противника и захватили его. И так далее. Даже при полноценной войне между разными государствами без трофеев не бывает. А когда война внутренняя, необъявленная, непопулярная, когда на войну отправлены резервисты, призванные якобы на учения, когда половина командиров — русские, учились в советской школе, а теперь их отправляют воевать с другими русскими — о чем речь? Да я вообще удивляюсь, как в украинской армии до сих пор сохраняются подразделения, готовые продолжать войну. Лично меня не техника ополченцев удивляет, меня удивляет, что в украинской армии до сих пор что-то перемещается и стреляет. А поставки техники из России — чисто технически они возможны. Уже почти два месяца граница между Россией и Донбассом не контролируется Киевом. Физически перемещать технику можно. Но только зачем? В чем смысл для России поставлять ополченцам технику, если там и без того несколько десятков единиц танков, БМП, БТР, артиллерии и установок «Град». Ополчению в последнее время скорее нужна не техника, а экипажи, которые могут ей управлять. Хорошо обученные артиллеристы, танкисты, механики. фото © РИА Новости. Евгений Биятов Обратите внимание, что до середины июня тяжёлой техники у ополченцев (кроме 6 единиц в Славянске) никто не замечал, она появилась ближе к концу июня, сразу после того как начались большие потери техники с украинской стороны (что немаловажно — подтверждённые Киевом). До середины июня не было замечено ни поставок техники из России, ни самой техники. После середины июня — поставок из России тоже никто так и не зафиксировал документально, а вот «утечка» техники из украинской армии — зафиксирована, и пропорционально этим утечкам начала появляться техника у ополченцев. И появились не большие колонны новых русских танков, а подразделения по нескольку единиц, соответствующие тому, что стоит на вооружении Украины, далеко не новые и с номерами, которые при желании можно даже проверять по спискам из украинских частей. А главное, есть ли смысл для России поставлять технику в сложившейся ситуации? Добавить к нескольким десяткам техники, которая уже есть у ополчения несколько новых танков — принципиально расстановку сил это не изменит, а вот риск «спалиться» на поставках техники очень велик. Поставлять сразу много — десятками единиц, чтобы существенно усилить ополчение — тогда риск «спалиться» приближается к 100% и в ответ можно получить масштабные поставки вооружения со стороны НАТО. Ситуация развивается в пользу ополчения безо всяких поставок российской техники. Если в мае соотношение техники ополчения и украинской армии было 1:100, то сейчас это соотношение примерно 1:5, причём только за счёт трофеев. Через месяц это соотношение, наверное, станет 1:3 или даже 1:2, потому что украинская армия в ходе не очень удачного (мягко говоря) наступления теряет вооружение достаточно быстро. Так стоит ли вмешиваться в этот процесс? Стоит ли давать противнику лишние основания для обвинений в российском участии, лишний повод для санкций, лишний повод для поставок техники НАТО, лишний повод для украинской мобилизации? В мае, когда для ополчения был важен каждый танк, каждый ствол — поставлять технику имело смысл. Но в мае таких поставок никто не зафиксировал. В июле и августе — пара-тройка или даже десяток-другой танков для ополчения погоду не сделают. фото © РИА Новости. Тарас Литвиненко В интервью украинских военных встречались указания о том, что кто-то где-то видел русские Т-90, что был обстрел украинских войск со стороны России. Только являются ли эти данные точными и достоверными? Определить направление обстрела, находясь под обстрелом — занятие непростое. Могу предположить, что если выйти из окопа или блиндажа, чтобы определить, откуда ведётся обстрел — до конца обстрела дожить будет проблематично. Со свидетельствами про русские танки в Донбассе — тоже много вопросов, хотелось бы увидеть фотографии, а лучше — видео. Где фотографии с американских спутников, которые должны были фиксировать перемещения техники через границу, где украинские или американские беспилотники, от которых, в отличие от спутников, даже в пасмурную погоду не скрыть перемещение танков через кордон? Где фотографии от украинских активистов? В Донецке и Луганске работают десятки украинских диверсантов, наводчиков, есть и простые гражданские активисты, которые поддерживают киевскую власть — где их фото и видео русской техники в Донбассе? Увидел — достал телефон, снял, выложил в Интернет — все, готовое свидетельство. Где оно? А вот свидетельства украинских потерь есть. Инициативная группа не поленилась создать целый сайт, на котором собраны фото и видеоматериалы со свидетельствами украинских потерь — как в виде уничтоженной техники, так и в виде трофеев. На данный момент собран материал о 151 единице уничтоженной и 182 единицах потерянной (трофейной) бронетехники. 182 единицы доставшихся ополченцам танков, БМД, БМП, БТР, САУ, РСЗО. В списках указано место, время, ссылка на источник информации, фотография, в ряде случаев бортовой номер. Смотрите. Проверяйте. И кто до сих пор утверждает о поставках техники из России — представьте фотографии хотя бы десятка единиц российской бронетехники в Донбассе. Что-нибудь новое. Более новое, чем то, что состоит на вооружении украинской армии. Что-нибудь пересекающее границу. Пока что самое интересное, что удавалось снять на российско-украинской границе — это беженцы, направляющиеся в Россию; выходящие из окружения украинские военные; а также ожидающие пропуска Белые «КАМАЗы» с гуманитарной помощью. Всё. А то, что воюет на Донбассе — оно местное. Своё. Родное. Вообще странно было даже думать, что в 7-миллионном регионе, составляющем примерно 1/6 страны, нет своего оружия, своих военных частей, что никто из украинской армии не перейдёт на сторону ополчения, не откроет арсеналы, что в стране, где треть населения — русские, а две трети говорят в повседневной жизни на русском языке — не найдётся техники для русского ополчения, защищающего права русского народа против украинских националистов, объявивших всех русских оккупантами и обещавших обеспечить им гиляку, расстрел, выселение из страны или отправку в фильтрационные лагеря. Но кто-то все равно верит, что на земле, которая несколько веков была русской и только 23 года украинской, не осталось русских людей и русского оружия, что войну устроила кучка террористов с оружием из России. Однако вера верой, а факты фактами. Факты потерь украинской армии — 151 единица уничтоженной и 182 единицы утраченной бронетехники — есть. Документы из Министерства обороны Украины, подтверждающие потери 173 единиц тяжёлой техники за 1.5 месяца (с 20 июля по 5 августа) — есть (раз, два, три, четыре).
Читать далее: