Ленд-Лиз или ложь о "четырех процентах". [6] :: Военно-исторический форум Military. История России. Военная история. Древний мир и Средние века

Дункан

Если уж вы стали делать ссылки на порнорессурсы.....я позволю себе выложить личное мнение блогера с более приличного сайта, чем привели вы.

Итак:

Как американские корпорации помогали Гитлеру

Во время Нюрнбергского процесса бывший президент Имперского банка Ялмар Шахт в беседе с американским адвокатом заявил: «Если вы хотите предъявить обвинение промышленникам, которые помогли перевооружить Германию, то вы должны предъявить обвинение самим себе. Вы обязаны будете предъявить обвинение американцам. Автозавод «Опель», например, ничего не производил, кроме военной продукции. Владела же этим заводом ваша «Дженерал моторс». Практически до окончания войны, имея специальное разрешение на торговлю с Германией, Италией, Японией, вела свой бизнес американская телекоммуникационная компания ITT. Не остановил производство во Франции после оккупации ее немцами автогигант «Форд», при этом особое покровительство деятельности «Форда» в Европе оказывал лично Герман Геринг, возглавлявший промышленный концерн «Рейхсверк Герман Геринг». О чем говорить, если даже далекая от военных дел компания «Кока-кола» наладила в Германии производство напитка «Фанта»!

Не помешала война «Стандарт ойл» заключить через британских посредников контракт с германским химическим концерном «И.Г.Фарбенидустри» на производство авиационного бензина в Германии. За время Второй мировой войны ни один танкер «Стандарт ойл» не был потоплен немецкими подводными лодками.

Как известно, Нюрнбергский трибунал признал Шахта невиновным

С 1923 по 1926 гг. финансирование Гитлера и его партии осуществлялось через швейцарские и шведские банки. С 1926 г. финансирование нацистов стало осуществляться напрямую через банки и промышленные концерны Германии. Осенью 1930 г. в США побывал глава Рейхсбанка Ялмар Шахт, который напрямую вел переговоры с представителями американского бизнеса. Им он в приватных переговорах поведал о сценариях прихода А. Гитлера к власти в Германии и о его концепции развития страны, стратегии борьбы с большевизмом… Вскоре атташе американского посольства в Берлине Д. Гордон сообщил в дипломатической депеше Госсекретарю США Г. Стимсону: «…Гитлер получил значительную финансовую поддержку от определенных кругов промышленников. Как раз сегодня до меня дошел слух из источника обычно хорошо информированного, что представленные здесь различные американские финансовые круги весьма активно действуют в том же направлении».
В канун Второй мировой войны корпорации и банки США инвестировали 800 млн долл. в промышленность и финансовую систему страны. Сумма по тем временам огромная. Из них лидирующая четверка из Америки вложила в милитаризированную экономику Германии около 200 млн долл.: «Стандарт ойл» — 120 млн, «Дженерал моторс» — 35 млн, инвестиции «ИТТ» составили 30 млн, а «Форд» 17,5 млн долл.
Не может не шокировать тот факт, что даже после вступления США во Вторую мировую войну 11 декабря 1941 г. американские корпорации продолжали активно выполнять заказы фирм вражеских стран, поддерживали деятельность своих филиалов в Германии, Италии и даже Японии. Для этого всего лишь необходимо было обратиться для получения специального разрешения осуществлять хозяйственную деятельность с компаниями, находящимися под контролем нацистов или их союзников. Указ президента США от 13 декабря 1941 г. допускал подобные сделки, ведение бизнеса с вражескими компаниями, если на то не было особого запрета министерства финансов Америки. Очень часто американские корпорации без проблем получали разрешения на деятельность с вражескими фирмами и поставляли им необходимые сталь, двигатели, авиационное топливо, каучук, компоненты радиотехники… Так что мощь военной промышленности Германии и ее союзников поддерживалась экономической деятельностью США, чьи компании получали сверхприбыль за свои сделки с противником. Воистину, кому война, а кому мать родная…
Так, могущественная «Стандарт ойл» регулярно снабжала гитлеровскую армию различным топливом, а в промышленность поставляла синтетический каучук и различного рода сырье. Поставки шли также в Италию и в Австрию. При этом в США в годы войны существовали серьезные проблемы с поставками синтетического каучука для американской промышленности. Не помешала война «Стандарт ойл», используя британских посредников, заключить контракт с компанией «И. Г. Фербинидустри», который позволял производить авиационный бензин в Германии. Так что самолеты «люфтваффе», которые бомбили мирные города Советского Союза, Великобритании, убивали британских и американских солдат, получали бензин, созданный американской корпорацией. За время Второй мировой войны ни один танкер «Стандарт ойл» не был потоплен немецкими подводными лодками. Это и понятно — никто не рубит сук, на котором сидит.

Практически до окончания войны, имея специальное разрешение на торговлю с Германией, Италией, Японией, вела свой бизнес американская «ИТТ». Не остановил производство во Франции после немецкой оккупации автомобильный концерн «Форд». Особое покровительство деятельности концерна в Европе оказывал лично Герман Геринг, который возглавлял промышленный концерн «Рейхсверк Герман Геринг». Даже далекая от военных поставок компания «Кока кола» наладила в Германии производство напитка «Фанта». И это далеко не все примеры сотрудничества крупного бизнеса США и гитлеровской Германии во время войны. Впоследствии Яломир Шахт в беседе с американским доктором Джильбертом во время Нюрнбергского процесса заявит:«Если вы хотите предъявить обвинение промышленникам, которые помогли перевооружить Германию, то вы должны предъявить обвинение самим себе. Автозавод «Опель», например, ничего не производил, кроме военной продукции. Владела же этим заводом ваша «Дженерал моторс»… Как известно, Нюрнбергский трибунал признал Я. Шахта невиновным.
»Дженерал Электрик» (GE)

1946 год: Не первый и не последний раз гигантская компания «Дженерал Электрик» (GE) оказалась в федеральном суде по обвинению в нарушении антитрестовского закона. Правительство США обвинило GE и одного из ее компаньонов в сговоре с целью монополизации рынка, поднятия цен и вытеснения конкурентов.

Но это было неординарное антитрестовское дело. В первый послевоенный год GE предстала перед судом по обвинению в тайном сговоре с главной германской фирмой по производству вооружений «Крупп». Их партнерство искусственно подняло стоимость оборонных приготовлений США. В то же время оно помогало Гитлеру субсидировать перевооружение Германии. Сотрудничество между ними продолжалось даже после вторжения нацистских танков в Польшу.

GE не была одинокой в мире большого бизнеса США в деле заключения сердечных и прибыльных соглашений с корпорациями нацистской Германии. «Кодак», «Дюпон» и «Шелл Ойл» также известны дружественными деловыми отношениями с Германией. Благодаря недавним выплатам репараций, подобная деятельность компаний «Дженерал моторс» (GM) и «Форд» наиболее широко известна. И эти случаи поучительны.

Когда в 1939 г. разразилась война, GM и «Форд» с помощью дочерних предприятий контролировали 70% немецкого авторынка. Те компании «быстро переоснастили производство с тем, чтобы стать поставщиками боевой техники для армии Германии», — пишет М. Доббс в «Вашингтон Пост».

«Когда американские солдаты в июне 1944 г. вторглись в Европу на джипах, грузовиках и танках, произведенных «большой автомобильной тройкой» в результате осуществления одной из крупнейших, когда-либо реализованных военных программ, — отмечает Доббс, — они были неприятно удивлены тем, что противник также передвигается на грузовиках «Форд» и «Опель», изготовленных на 100-процентных дочерних предприятиях, принадлежащих GM, и летает на самолетах, построенных компанией «Опель».

Главные производители автомобилей в США (включая «Крайслер») учредили многонациональные операции еще в 1920-е и 1930-е гг., расположив заводы в Германии, Восточной Европе и Японии.

Печально известный антисемит Генри Форд создал своего рода общество взаимного восхищения с Адольфом Гитлером. Германский диктатор восторженно аплодировал американскому серийному производству. «Я рассматриваю Генри Форда, как мое вдохновение», — заявил Гитлер, который всегда держал портрет этого американского промышленника в натуральную величину над своим столом. В 1938 г. Форд принял наивысшую награду, которой нацистская Германия могла награждать иностранца, Большой Крест Германского Орла.

Форд сыграл определенную роль в наращивании военной мощи нацистской Германии до войны. Армейская разведка США сообщала, что «настоящей целью» завода по сборке грузовиков, открытого в Берлине в 1938 г., было производство «военных транспортных средств для вермахта».
«Дженерал моторс»

Один старший чиновник GM также получил медаль от Гитлера, видимо, за предоставленные и будущие заслуги. Втягивание GM в Германию началось в 1935 г., после открытия завода грузовиков возле Берлина. Через несколько лет грузовики, произведенные на этом заводе, станут частью немецких армейских конвоев, которые с грохотом пройдут через Польшу, Францию и Советский Союз.

После оккупации немцами Чехословакии в 1939 г. председатель GM А.П. Слоан сказал, что поведение нацистов «не должно рассматриваться как дело управляющих «Дженерал моторс». Завод GM в Германии был очень прибыльным. «Мы не имеем права прекращать работу на этом предприятии», — заявил Слоан.

GM и «Форд» были жизненными компонентами нацистских военных усилий. Немецкий «Форд» был вторым крупнейшим производителем грузовиков для нацистской военщины. Заводы GM строили тысячи бомбардировщиков и реактивных ускорительных систем для истребителей «Люфтваффе». В то же время они обогащались за счет производства авиамоторов для Воздушного корпуса Армии США.

«Внезапное начало войны в сентябре 1939 г. привело к полному переключению заводов GM и «Форд» в странах оси на производство самолетов и грузовиков», — отмечалось в докладе юридического комитета Сената США в 1974 г. — В общей сложности дочерние предприятия GM и «Форд» построили приблизительно 90% бронированных 3-тонных полугрузовиков и более 70% средних и больших грузовиков Рейха. Эти средства передвижения, в соответствии с донесениями американской разведки, служили «основой транспортной системы немецкой армии»".

«Дженерал моторс» была намного более важной для нацистской военной машины, чем Швейцария, — говорит исследователь Б. Снэлл. — Швейцария была только хранилищем награбленных фондов, в то время как GM была интегральной частью военных усилий Германии. Нацисты могли бы вторгнуться Польшу и Россию без Швейцарии. Но они не могли бы сделать это без GM».

Чиновники компании утверждали, что правительство Гитлера приняло на себя управление их немецкими заводами и что они «потеряли контроль» за ситуацией. Но документы, обнаруженные в немецких и американских архивах, показывают, что в некоторых случаях американские менеджеры как «Форд», так и GM продолжали перевод тех заводов на военное производство.

«Когда американские солдаты освободили заводы Форда» в Кельне и Берлине, они нашли бедных иностранных работников за колючей проволокой и документы компании, превозносящие ‘гений Фюрера’», — пишет М. Доббс.

После войны как GM, так и «Форд» нагло потребовали возмещения убытков от правительства США за повреждения их заводов в Германии, вызванные бомбежками авиации союзников. В 1967 г. GM получил компенсацию в размере 33 млн. долл. от правительства США за бомбежки завода «Руссельхейм».

По сравнению с компаниями «Форд» и GM, втягивание GE в сотрудничество с нацистской Германией представляется менее откровенным и обширным, чем этих автомобилестроителей. Но, тем не менее, оно является поучительным, так как показывает комплексное родство GE с «Третьим Рейхом».

Большое значение для вооружения Германии и создания ее военной машины имели прямые вложения американского капитала в германскую промышленность. По официальным данным, прямые американские капиталовложения в германскую промышленность в 1930 г. составляли 216,5 млн. долларов. В Германии имелось до 60 филиалов американских концернов . Сенатор Килгор говорил в 1943 г.: «Огромные суммы американских денег шли за границу на строительство заводов, которые теперь являются несчастьем для нашего существования и постоянной помехой для наших военных усилий» . Килгор имел все основания сделать такое заявление, поскольку сенатская комиссия, возглавляемая им, определила сумму американских капиталовложений в Германии в 1 млрд. долларов. Комиссия Килгора установила также, что только часть американских компаний владела столь большой долей акционерных капиталов, которая позволяла контролировать 278 немецких акционерных обществ. Это показывает, насколько за годы гитлеровской диктатуры укрепились связи американских и германских монополистов и сколь велика была роль капитала США не только в воссоздании, но и в дальнейшем развитии военно-промышленного потенциала фашистской Германии.

В феврале 1933 г. американский химический трест Дюпона заключил соглашение с «ИГ Фарбениндустри» о продаже взрывчатых веществ и боеприпасов, которые направлялись в Германию через Голландию.
Уже в 1934 г. поставки оружия из США в Германию приняли такие размеры, что ими заинтересовалась сенатская комиссия по расследованию деятельности военных предприятий. Комиссия установила, что между американскими и немецкими фирмами существует множество секретных соглашений о взаимной информации и обмене патентами в области вооружения. Член комиссии сенатор Кларк заявил: «Если бы Германия проявила завтра активность в военном смысле, она оказалась бы более мощной благодаря патентам и техническому опыту, переданным ей американскими фирмами».

В 1940 г. морской министр США Фрэнк Нокс признал, что «в 1934 и 1935 гг. Гитлеру поставлялись сотни первоклассных авиационных моторов, изготовляемых в США», а сенатская комиссия в том же 1940 г. пришла к выводу, что «американские промышленники с согласия правительства США свободно продавали германскому правительству патенты и права на конструирование моторов…» .
«Стандард ойл» взял на себя финансирование строительства новых заводов синтетического горючего в Германии . О размахе финансирования можно судить по заявлению американского коммерческого атташе в Берлине, который в декабре 1935 г. в официальной беседе отметил, что «по истечении двух лет Германия будет производить нефть и газ из каменного угля в количестве, достаточном для длительной войны. «Стандард ойл» предоставил ей для этого миллионы долларов» .

Трест «Стандард ойл» не только активно помогал налаживать производство синтетического бензина, но и расходовал крупные суммы на разведку и организацию добычи нефти в Германии . Тресту принадлежало более половины капитала нефтяной компании, в собственности которой находилось более трети всех бензозаправочных станций. Германо-американская нефтяная компания владела нефтеперерабатывающими заводами, заводами минеральных масел. Когда началась мировая война, заводы по гидрогенизации угля имелись в Германии и Японии. Но их не было в США.

Доктор исторических наук, академик Академии военных наук,член Международной ассоциации историков Второй мировой войны Юрий Рубцов в своей статье «Кредит на мировую войну Гитлер взял у Америки» отмечает, что ключевыми структурами, определявшими стратегию развития Запада после Первой мировой войны, являлись центральные финансовые институты Великобритании и США -- Банк Англии и Федеральная резервная система (ФРС) США
Кредит на мировую войну Гитлер взял у Америки
http://www.youtube.com/watch?v=bbgmviLdYWk

(Добавление)

Дункан пишет:

Цифра ВСЕЙ контрабанды в Германию из ВСЕХ стран приведена

Я наверно. что то пропустил? Где кем когда и где??????? Радость

Дункан пишет:

.Не стыдно ,дальше гнуть заведомо ложную линию??

Вы можете доказать, что это "ложь"?????? Радость

Вы мне в другой ветке так и не ответили на предмет вашего заявления о нелегитимности Николая Второго....я ответа дождусь или как???? Или вы живете по принципу - испортил воздух и спрятался? Я ничего не забыл.... Подмигивание

(Добавление)
Profits über Alles! American Corporations and Hitler
Review Article
http://www.globalresearch.ca/pro...-and-hitler/4607
преведу перевод
Прибыль превыше всего! Американские корпорации и Гитлер.
Д-р Жак Р. Пауэлс (Обзорная статья)
Американская помощь Советам... и нацистам.
После войны на Западе стало как бы общепринятым утверждать, что неожиданный советский успех против нацистской Германии оказался возможным благодаря массивной американской помощи, обеспеченной в соответствии с соглашением о ленд-лизе между Вашингтоном и Москвой, и что без этой помощи Советский Союз не пережил бы нацистское нападение. Это сомнительное утверждение
Во-первых, американская материальная помощь не была значащей до 1942, то есть, до тех пор, пока Советы единолично не положили конец успехам вермахта и не начали свое первое контрнаступление. Во-вторых, американская помощь никогда не составляла больше чем четыре - пять процентов от полного советского военного производства, хотя нужно признать, что в кризисной ситуации даже такая мелочь может оказаться крайне важной. В-третьих, сами Советы производили все легкое и тяжелое высококачественное оружие, такое как танк T-34 - вероятно лучший танк Второй мировой войны. - который сделал возможными их успехи против вермахта [34]. Наконец, очень разрекламированная помощь СССР по ленд-лизу была в значительной степени нейтрализована, - и возможно затмилась, - неофициальной, осторожной, но очень важной помощью, предоставленной американскими корпоративными источниками немецким врагам Советов. В 1940 и 1941 американский нефтяной трест увеличил прибыльный экспорт нефти в Германию, большая часть которой поставлялась в нацистскую Германию через нейтральные государства.
Американская доля импорта Германией жизненно важной нефти для производства машинных масел быстро выросла от 44 % в июле 1941 до 94 % в сентябре 1941. Без поставок топлива из США немецкое нападение на Советский Союз было бы невозможно, как считает немецкий историк Тобиас Ерзак, авторитет в области американского «топлива для фюрера» [35]. Гитлер все еще обдумывал катастрофические новости о советском контрнаступлении и провале блицкрига на Востоке, когда узнал, что 7 декабря 1941 японцы совершили внезапное нападение на Перл-Харбор. Теперь США были в состоянии войны с Японией, но Вашингтон не сделал даже попытки объявить войну Германии.
Гитлер не был обязан мчаться на помощь своим японским друзьям, но 11 декабря 1941, он объявил войну США, вероятно ожидая, - безуспешно, как оказалось, - что Япония отплатит, объявив войну Советскому Союзу. Ненужное объявление Гитлером войны, сопровождаемое таким же фривольным итальянским объявлением войны, сделало США активным участником войны в Европе.
Как это сказалось на немецких активах крупных американских корпораций [36]?
Обычный бизнес.
Немецкие филиалы американских корпораций не были безжалостно конфискованы нацистами и полностью выведены из-под контроля американских корпоративных штаб-квартир до поражения Германии в 1945, как будут утверждать после войны компании-учредители. Относительно активов Форда и GM, например, немецкий эксперт Ганс Хелмс утверждает: «даже во время своего террористического режима нацисты не предприняли ни малейшей попытки изменить статус собственности Форда [то есть Ford-Werke] или GM [Opel]» [37]. Даже после Перл-Харбора Форд сохранил свои 52 % акций Ford-Werke в Кельне, а GM оставался единоличным владельцем Opel (Биллштайн и др., 74, и 141).
Кроме того, многие американские владельцы и директора поддерживали иногда в значительной мере контроль над своими отделениями в Германии даже после немецкого объявления войны с США. Есть доказательства, что корпоративные штаб-квартиры в США и филиалы в Германии остались в контакте друг с другом или косвенно, через филиалы в нейтральной Швейцарии, или непосредственно, с помощью современных международных систем коммуникаций. Последним способом воспользовались ITT в сотрудничестве с Трансрадио — тесно связанным с ней предприятием, RCA (другая американская корпорация), и немецкие фирмы Siemens и Telefunken [38].
В своем отчете о действиях в Нацистской Германии Форд утверждает, что у его корпоративной штаб-квартиры в Дирборне не было никаких прямых контактов с немецким филиалом после Перл-Харбора. Что касается возможностей связи через отделения в нейтральных странах, в докладе говорится, что «нет никакого признака связи друг с другом через эти филиалы» (Research Findings, 88).
Однако, отсутствие таких «признаков» может просто означать, что доказательства контактов, возможно, были потеряны или уничтожены прежде, чем авторам отчета разрешили доступ к соответствующим архивам; в конце концов этот доступ к архивам предоставили только спустя 50 лет после самих фактов. Кроме того, сам отчет признает несколько неестественным, что руководитель Ford-Werke действительно ездил в Лиссабон в 1943 для посещения португальского филиала Форда, и крайне маловероятным, что Дирборн об этом не знал. Что касается IBM, Эдвин Блэк пишет, что во время войны ее генеральный директор голландец Джерриээн В. Шотт находился в корпоративной штаб-квартире в Нью-Йорке, где он «продолжал регулярно поддерживать связи с филиалами IBM на нацистской территории, например, в его родной Голландии и Бельгии». IBM могла также «следить за развитием событий и осуществлять управление в Европе через филиалы в нейтральных странах» и особенно через ее швейцарское отделение в Женеве, директор которого — швейцарец по национальности — «свободно перемещался по Германии, оккупированным территориям, и нейтральным странам».
Наконец, как и многие другие крупные американские корпорации, IBM могла также положиться на американских дипломатов, размещенных в оккупированных и нейтральных странах, чтобы отправлять сообщения в мешках с дипломатической почтой (Black, 339, 376, и 392–5). Нацисты не только позволили американским владельцам сохранить собственность и определенное количество административного контроля над их немецкими активами и филиалами, но даже их собственное вмешательство в управление Opel и Ford-Werke, например, оставалось минимальным.
После объявления немцами войны США американские сотрудники согласованно исчезли со сцены, но существующие немецкие директора — доверенные лица американских боссов — в целом сохранили свое положение у власти и таким образом продолжали управлять фирмами в интересах корпораций и акционеров в Америке.
Что касается фирм Opel и GM, то их штаб-квартиры в США сохранили фактически полный контроль над директорами в Рюссельхайме, как пишет американский историк Брэдфорд Шелл, который уделял внимание этой теме в 1970-х, но чьи результаты оспаривались фирмой GM. Недавние исследования немецкого ученого Аниты Каглер подтверждают выводы Шелла, представляя более подробную картину. Она пишет, что после объявления немцами войны США нацисты первоначально вообще не беспокоились за управление филиалом Opel. Только 25 ноября 1942 Берлин назначает хранителя «вражеских активов», но, как оказалось, это телодвижение было чисто символическим. Нацисты просто хотели создать представление о немецкой принадлежности для предприятия, которое в течение всей войны на 100 % принадлежало GM (Биллштайн и др., 61).
Во время войны в Ford-Werke служил генеральным директором Роберт Шмидт, пылкий нацист, и его действиями были весьма довольны и власти в Берлине, и директора Форда в Америке. Из штаб-квартиры Форда в Дирборне регулярно приходили послания с одобрениями и даже поздравлениями, подписанные Эдселом Фордом. Нацисты также были восхищены работой Шмидта; должным образом они наградили его званием, «лидер в области военной экономики». Даже когда, спустя месяцы после Перл-Харбора, был назначен хранитель, чтобы наблюдать за заводом Форда в Кёльне, Шмидт сохранил свои привилегии и свободу действий [39]. Военный опыт IBM с хранителями в Германии, Франции, Бельгии и других странах был для нее также совсем не травмирующим.
Согласно Блэку, «они рьяно защищали активы, расширяли производство, и увеличивали прибыль»; кроме того, «существующие директора IBM были оставлены на месте как повседневные директора, а в некоторых случаях, даже назначали хранителями вражеских представителей (Black, 376, 400–2, 405, и 415). Национальность владельцев или личность директоров интересовала нацистов намного меньше, чем производство, потому что после отказа от стратегии блицкрига в Советском Союзе они испытывали постоянно растущую потребность в серийном выпуске самолетов и грузовиков.
С тех пор, как Генри Форд вел использование конвейера и других «фордовских» методов, американские фирмы стали лидерами в области массового индустриального производства, и американские отделения в Германии, включая филиал Opel GM, не были исключением из общего правила. Нацистские планировщики Геринг и Шпеер поняли, что радикальные изменения в управлении Opel могли бы препятствовать производству в Бранденбурге и Рюссельхайме. Чтобы поддерживать продукцию завода Opel на высоком уровне, ответственным директорам было разрешено остаться, так как они были знакомы с особенно эффективными американскими методами производства. Анита Каглер приходит к заключению, что Opel «сделал все свое производство и исследования доступными для нацистов и таким образом — объективно говоря — способствовал увеличению их способности к ведению долгосрочной войны» (Биллштайн и др., 81) [40].
Эксперты полагают, что лучшие военные технологические новшества GM и Форда, прежде всего, принесли пользу их отделениям в нацистской Германии. Как пример, они берут полноприводные грузовики Opel, которые оказались чрезвычайно полезными для немцев в грязи Восточного фронта и в пустыне Северной Африки, так же как двигатели для совершенно нового МЕ-262, первого реактивного истребителя, были также собраны филиалом Opel в Рюссельхайме [41]. Что касается Ford-Werke, то в 1939 эта фирма также разработала современный грузовик — Maultier («мул») — который имел колеса спереди и гусеницы сзади. Ford-Werke создал «плащ-компанию» Arendt GmbH, чтобы производить различное военное снаряжение помимо транспортных средств, в частности, для авиации. Но Форд утверждает, что это было сделано без ведома и одобрения Дирборна.
К концу войны эта фабрика была вовлечена в сверхсекретные разработки турбин для пользующихся дурной славой ракет V-2, которые разрушали Лондон и Антверпен (Research Findings, 41–2). ITT продолжала снабжать Германию продвинутыми системами связи после Перл-Харбора, непосредственно в ущерб американцам, чьи дипломатические коды были взломаны нацистами именно с помощью этого оборудования [42]. До самого конца войны, производственные мощности ITT в Германии так же как в нейтральных странах, таких как Швеция, Швейцария, и Испания поставляли немецким вооруженным силам современные смертоносные игрушки. Чарльз Хайэм уточняет: "после Перл-Харбора немецкая армия, флот и воздушные силы заключили контракт с ITT на изготовление распределительных щитов, телефонов, сигнальных гонгов, бакенов, устройств для предупреждения о воздушном налете, радарного оборудования и тридцати тысяч взрывателей в месяц для артиллерии... К 1944 их число должно было увеличиться до пятидесяти тысяч в месяц. Кроме того, ITT поставляла компоненты для боеголовок ракет, которые падали на Лондон, клетки селена для выпрямителей, высокочастотное радиооборудование и коммуникационное оборудование для полевых укреплений. Без поставки стратегических материалов для немецких воздушных сил немецкая армия не могла бы справиться с американскими и британскими войсками, бомбить Англию или атаковать в море суда союзников" [43].
Неудивительно, что планировщики в министерстве финансов германского рейха и в других нацистских властных структурах расценивали немецкие филиалы американских предприятий как «пионеров технологического развития», вовлеченных в военную экономику [44].
Эдвин Блэк также утверждает, что продвинутая техника на перфокартах от IBM, предшественник компьютера, позволила нацистам частично автоматизировать репрессии. IBM несет ответственность и за фантастические числа в Холокосте, потому что снабжала гитлеровский режим вычислительными машинами Hollerith и другими инструментами, которые использовались, для «составления списков евреев и других жертв, которые были предназначены для высылки», а также для «регистрации обитателей [концентрационных лагерей] и результатов их рабского труда». Тем не менее, критики исследований Блэка утверждают, что нацисты могли достигнуть — и достигли — такого же эффекта без применения технологий IBM. В любом случае IBM демонстрирует еще один пример того, как американские корпорации поставляли нацистам современные технологии и, очевидно, не слишком заботились, для каких злых целей будет использоваться эта технология.

Прибыль превыше всего!
Владельцы и директора родительских фирм в США были мало озабочены, какая продукция совершенствуется и скатывается с немецких конвейеров. Единственное, что имело значение для акционеров — это прибыль. Филиалы американских корпораций в Германии получали во время войны значительные доходы, и эти деньги не были присвоены нацистами. Точные данные для Ford-Werke доступны.
Прибыль немецкого филиала Дирборна повысилась с 1.2 миллиона рейхсмарок в 1939 до 1.7 миллиона в 1940, 1.8 миллиона в 1941, 2.0 миллиона в 1942, и 2.1 миллиона в 1943 (Research Findings, 136) [45]. Филиалы заводов Форда в оккупированных Франции, Голландии и Бельгии, где американский гигант также внес индустриальный вклад в нацистскую военную экономику, также оказались весьма успешными. Ford-France, например, ничуть не процветавшая фирма до войны, стала очень выгодной после 1940 благодаря ее безоговорочному сотрудничеству с немцами. В 1941 она зарегистрировала доход 58 миллионов франков — достижение, с которым она была тепло поздравлена Эдселом Фордом (Биллштайн и др., 106; Research Findings, 73–5) [46].
Что касается Opel, что прибыли фирмы взлетели до такой отметки, что нацистское министерство финансов запретило их публикацию, чтобы избежать враждебности со стороны немецкого населения, которое все чаще просили затянуть пояс (Биллштайн и др., 73) [47]. IBM получала высокую прибыль не только от своего немецкого отделения, но, как и Форд, видела свою выгоду и в оккупированной Франции, в которой наблюдался скачок в бизнесе благодаря сотрудничеству коллаборационистов с оккупационными властями. Необходимо было быстро строить новые фабрики. Однако IBM процветала в Германии и в оккупированных странах, прежде всего потому, что она продала нацистам технологические инструменты, требуемые для идентификации, высылки, помещения в гетто, порабощения и, в конечном счете, истребления миллионов европейских евреев, другими словами, для того, чтобы организовать Холокост (Black, 212, 253, и 297–9).
Не совсем ясно, что произошло с прибылью, полученной в Германии во время войны американскими филиалами, но некоторые лакомые кусочки информации все же появились. В 1930-х американские корпорации разработали различные стратегии, чтобы обойти эмбарго нацистов на репатриацию прибыли. Головной офис IBM в Нью-Йорке, например, регулярно выставлял Dehomag счет за лицензионные платежи для выплаты родительской фирме за изобретения и за другие расходы. Эта практика наряду с другими межфирменными сделками минимизировала прибыль в Германии и таким образом одновременно функционировала как эффективная схема уклонения от уплаты налогов. Кроме того, были другие способы манипулировать с эмбарго на репатриацию прибыли, такой, например, как повторное инвестирование в пределах Германии, но после 1939 этот вариант больше не был разрешен, по крайней мере, теоретически.
На практике, американским филиалам действительно удавалось значительное увеличение их активов этим путем. Opel, например, в 1942 принял литейный завод Лейпциге [48]. Также оставалась возможность использования доходов для улучшения и модернизации инфраструктуры собственных отделений, как это было в случае с Opel.
Также существовали возможности для расширения в оккупированных странах Европы. Филиал Форда во Франции использовал свою прибыль в 1941, чтобы построить танковый завод в Оране (Алжир). Этот завод, вероятно, обеспечил африканский корпус Роммеля аппаратными средствами, необходимыми на всем пути продвижения к Эль-Аламейну в Египте. В 1943 Ford-Werke также создал литейный завод недалеко от Кёльна, только на бельгийской территории около Льежа, для производства запасных частей (Research Findings, 133). Вполне вероятно, что часть прибыли, накопленной в Третьем рейхе, была каким-то образом возвращена в США, например, посредством нейтральной Швейцарии. Многие американские корпорации содержали там офисы, которые служили посредниками между американскими штаб-квартирами и их филиалами во вражеских или оккупированных странах, и которые были также вовлечены в «отмывание прибылей», как пишет Эдвин Блэк в связи со швейцарским отделением IBM (Black, 73) [49].
С целью репатриации прибыли корпорации могли также обратиться к опытным услугам парижских отделений американских банков, таких как Chase Manhattan и J.P. Морган, и многих швейцарских банков. Chase Manhattan был частью империи Рокфеллера, как и Standard Oil и американские партнеры IG Farben; его отделение в занятом немцами Париже оставалось открытым в течение войны и прекрасно получало прибыль от тесного сотрудничества с немецкими властями. На швейцарской стороне также, оказывается, были некоторые финансовые учреждения, вовлеченные в это, которые, не задавая неудобных вопросов, заботились о золоте, награбленном нацистами у их еврейских жертв. Важная роль игралась в этом отношении банком для международных расчетов (BIS) в Базеле, международным банком, который был основан в 1930 в рамках плана Юнга с целью облегчения выплаты немецких репараций после Первой мировой войны.
Американские и немецкие банкиры (такие как Шахт) доминировали над BIS с самого начала и уютно сотрудничали на этом финансовом поприще. Во время войны пост директора BIS занимал немец и член нацистской партии Пауль Хехлер, в то время как президентом служил американец Томас Х. Маккиттрик. Маккиттрик был хорошим другом американского посла в Берне и агента американской секретной службы в Швейцарии Аллена Даллеса. Перед войной Аллен Даллес и его брат Джон Фостер Даллес являлись партнерами в юридической фирме Sullivan & Cromwell и специализировались на очень выгодном бизнесе, связанном с американскими инвестициями в Германии. У них были превосходные связи с владельцами и топ-менеджерами американских корпораций, с банкирами, бизнесменами и правительственными чиновниками, включая важных шишек среди нацистов в Германии. После начала войны Джон Фостер стал корпоративным адвокатом BIS в Нью-Йорке, в то время как Аллен присоединился к OSS и занял должность в Швейцарии, где оказывал поддержку Маккиттрику. Широко известно, что во время войны BIS имела дело с огромными суммами денег и золотом, исходящими из нацистской Германии [50]. Не разумно ли будет заподозрить, что эти передачи могли направлять в США прибыль американских отделений, другими словами, деньги, которые накопили клиенты и партнеры вездесущих братьев Даллес?

Привлечь рабский труд!
Перед войной немецкие корпорации с радостью использовали в своих интересах большое одолжение, сделанное для них нацистами, а именно: устранение трудовых союзов и в результате преобразование прежде воинственного немецкого рабочего класса в кроткую «массу последователей». Не удивительно, что в Нацистской Германии быстро уменьшилась реальная заработная плата, в то время как прибыль соответственно увеличилась. Во время войны цены продолжали расти, в то время как заработная плата постепенно снижалась, а рабочее время увеличивалось [51]. Точно такая же практика применялась в отношении рабочей силы американских филиалов. Чтобы справиться с нехваткой рабочей силы на фабриках, нацисты все более полагались на иностранных чернорабочих, которых привозили для работы в Германии, часто в жестоких условиях.
Вместе с сотнями тысяч советских и других военнопленных так же как обитателей концентрационных лагерей, эти вынужденные чернорабочие сформировали гигантскую армию рабочих, которые могли эксплуатироваться по желанию теми, кто принял их на работу, уплатив скромное вознаграждение для СС. Кроме того, СС железной рукой также поддерживала необходимую дисциплину и порядок. Таким образом, расходы на зарплату снизились до такого уровня, который сегодняшние нищие даже не могут представить, и прибыль корпораций соответственно увеличилась.
Немецкие отделения американских корпораций также с радостью использовали рабский труд, предоставляемый нацистами, как военнопленных, так и обитателей концентрационных лагерей. Например, компания Yale & Towne в Вельберте полагалась «на помощь чернорабочих из Восточной Европы [52]. В использовании иностранных рабочих, так же как и военнопленных, для извлечения прибыли были замечены Coca-Cola, Fanta [53]. Однако, самые захватывающие примеры использования принудительного труда американскими филиалами, были обеспечены Фордом и GM. Эти два случая недавно были предметом полного исследования.
Относительно Ford-Werke существует подозрение, что, начиная с 1942, эта фирма «рьяно, настойчиво и успешно» использовала иностранных рабочих и военнопленных из Советского Союза, Франции, Бельгии и других оккупированных стран — очевидно, с ведома штаб-квартиры в США [54]. Немецкий исследователь Карола Фингс, которая тщательно изучила военную деятельность Ford-Werke, пишет: [Форд] сделал крупный бизнес на нацистах, поскольку ускорение производства во время войны открыло совершенно новые возможности для сохранения низкого уровня расходов на зарплату. Общая тенденция к замораживанию роста заработной платы применялась в Ford-Werke с 1941. Однако, самый большой размер прибыли мог быть достигнут посредством использования так называемых остарбайтеров [вынужденных рабочие из Восточной Европы] [55]. Тысячи иностранных чернорабочих, размещенных для работы в Ford-Werke, были вынуждены работать как рабы каждый день кроме воскресенья в течение двенадцати часов, и при этом они не получили заработной платы вообще.
Для относительно небольшого количества обитателей концентрационного лагеря Бухенвальд, которые были допущены к Ford-Werke летом 1944, обращение, по-видимому, было еще хуже. (Research Findings, 45–72). В отличие от Ford-Werke, Opel никогда не использовал обитателей концентрационных лагерей, по крайней мере на главных заводах фирмы в Рюссельхайме и Бранденбурге. Однако, у немецкого филиала GM, действительно был хороший аппетит на другие виды принудительного труда, такие как военнопленные. Как пишет историк Анита Каглер, при использовании рабского труда на заводах Opel, особенно когда это касалось русских, были характерны «максимальная эксплуатация, наихудшее обращение, и... высшая мера наказания в случае малейших проступков». Наблюдение за иностранными чернорабочими осуществляло гестапо [56].

Лицензия для работы на врага.
В США родительские корпорации немецких филиалов очень усердно работали дабы убедить американскую общественность в своем патриотизме так, чтобы средний американец даже не думал, что GM, например, финансируя антинемецкие плакаты дома, вовлечена на далеких берегах Рейна в действиях, которые являются изменой [57].
Вашингтон был намного лучше информирован, чем Джон Доу, но американское правительство соблюдало неписанное правило, что «то, что хорошо для General Motors, хорошо для Америки», и закрывало глаза на тот факт, что американские корпорации накопили богатство через свои инвестиции в страны, с которыми США были в состоянии войны, или через торговлю с ними.
Здесь имел огромное значение тот факт, что во время войны корпоративная Америка получила еще большее влияние на Вашингтон, чем прежде. После Перл-Харбора представители "большого бизнеса" стекались в столицу, чтобы принимать многие важные правительственные должности.
Можно предположить, что некоторые были истинными патриотами и предлагали свои услуги за гроши, условно говоря «за доллар в год». Однако многие оказались там в самый нужный момент, чтобы защитить свои немецкие активы. Бывший президент GM Уильям С. Нудсен, откровенный поклонник Гитлера с 1933 и друг Геринга, стал директором Офиса управления производством. Другой руководитель GM, Эдвард Стеттиниус-младший, стал Госсекретарем, а Чарльз Э. Уилсон, президент General Electric, стал «влиятельным человеком номер два в Военно-промышленном Совете» [58].
Стоит ли удивляться при таких обстоятельствах, что американское правительство предпочитало отводить глаза в сторону в то время как крупные корпорации страны крутились на вражеской территории, как белка в колесе? Вашингтон фактически узаконил их действия. Спустя всего неделю после японского нападения на Перл-Харбор, 13 декабря 1941, сам президент Рузвельт потихоньку издал указ, разрешающий американским корпорациям иметь деловые отношения с враждебными государствами — или же с нейтральными странами, которые были дружественными по отношению к врагам — посредством специального разрешения [59]. Такое разрешение можно было получить в министерстве финансов…
Этот указ явно нарушал строгие законы против всех форм «торговли с врагом». По-видимому, Вашингтон не мог позволить себе оскорбить крупные корпорации страны, опытность которых была необходима, чтобы принести войну к успешному концу. Как пишет Чарльз Хайэм, «чтобы выиграть войну, правительство Рузвельта должно было лечь в постель с нефтяными компаниями [и иными крупными корпорациями]». Следовательно, правительственные чиновники систематически закрывали глаза на непатриотическое поведение американского инвестиционного капитала за границей, хотя были некоторые исключения из этого общего правила. «Чтобы успокоить общественное мнение», пишет Хайэм, в 1942 был подан чисто символический судебный иск против Standard Oil, самого известного нарушителя закона о «торговле с врагом». Но Standard Oil заявила, что, «питая существенный процент армии, флота и воздушных сил, она [таким образом] позволяет Америке выиграть войну».
В конечном счете, предприятие Рокфеллера согласилось заплатить незначительный штраф «за то, что предало Америку», но ему было разрешено продолжать свою выгодную торговлю с врагами Соединенных Штатов [60]. Расследование возможных изменнических действий IBM на земле нацистского врага было так же прервано, потому что США столь же нуждались в технологиях IBM, сколько и нацисты. Эдвин Блэк пишет: «IBM была некоторой степени чем-то более крупным, чем война». Обе стороны не могли позволить себе двигаться дальше без важных технологических разработок компании. «Гитлер нуждался в IBM. То же самое касалось союзников». (Блэк, 333, и 348). Дядя Сэм слегка пригрозил пальцем Standard Oil и IBM, но большинство владельцев и директоров корпораций, которые имели деловые отношения с Гитлером, никогда ни о чем не беспокоились вообще. Например, связи Сосфена Бена из ITT с нацистской Германией были в Вашингтоне секретом Полишинеля, но он никогда не испытывал от этого никаких трудностей. Между тем, это должно было означать, что штаб-квартиры Западных союзников имели настолько легкий доступ к американским предприятиям в Германии, насколько это было возможно. Согласно немецкому эксперту Гансу Г. Хелмсу, Бернард Барух, советник президента Рузвельта высокого уровня, отдал приказ не бомбить определенные фабрики в Германии, или бомбить их только слегка. Неудивительно, что в эту категорию попали отделения американских корпораций. И действительно, в то время как исторический центр города Кёльн был стерт повторяющимися бомбардировками, крупная фабрика Форда в предместьях города отличалась репутацией самого безопасного места в городе во время воздушных налетов, хотя некоторые бомбы, конечно, иногда падали на ее территорию (Биллштайн и др., 98-100) [61].
После войны GM и другие американские корпорации, занимавшиеся бизнесом в Германии, не только не были наказаны, но даже получили компенсацию за ущерб, понесенный их немецкими филиалами в результате англо-американских бомбардировок. General Motors получила 33 миллиона долларов, а ITT 27 миллионов от американского правительства в качестве компенсации. Ford-Werke во время войны понесла относительно небольшой ущерб, и получила больше 100 000 долларов компенсации непосредственно от нацистского режима. Отделениям Форда во Франции, тем временем, удалось вырвать компенсацию в 38 миллионов франков от режима Виши. Форд, однако, обращался в Вашингтон по поводу возмещения 7 миллионов долларов за убытки и после долгих пререканий получил в общей сложности 785 321 доллар «за акционерные потери, понесенные Ford-Werke и Ford в Австрии во время войны», что и признала компания в своем недавно опубликованном отчете (Research Findings, 109).

Корпоративная Америка и послевоенная Германия.
Когда война в Европе закончилась, корпоративная Америка стояла на прочной позиции относительно того, что произойдет с побежденной Германией в целом и с их немецкими активами в частности. Задолго до того, как умолкли пушки, Аллен Даллес по своей должности наблюдателя в Берне, установил контакт с немецкими партнерами американских корпораций которые он ранее обслуживал, будучи адвокатом в Sullivan & Cromwell, и как только танки Патона весной 1945 продвинулись глубоко в рейх, босс ITT Сосфен Бен надел форму американского офицера и выехал в побежденную Германию, чтобы лично осмотреть там свои филиалы. Еще важнее было то, что администрация в американской оккупационной зоне Германии изобиловала представителями фирм, таких как GM и ITT [62]. Конечно, они находились там для того, чтобы гарантировать, что корпоративная Америка продолжит обладать полным узуфруктом для своих выгодных инвестиций в побежденной и оккупированной Германии. Одной из их первых задач было предотвратить выполнение плана Моргентау. Генри Моргентау был министром финансов Рузвельта, предложившим демонтировать немецкую промышленность, преобразовав Германию обратно в бедное и поэтому безопасное аграрное государство.
Владельцы и директора корпораций с немецкими активами остро осознавали, что выполнение плана Моргентау означает финансовый похоронный звон для их немецких филиалов. Поэтому они боролись с ним изо всех сил. Особенно рьяным противником плана был Альфред П. Слоан, влиятельный председатель на борту GM. Слоан, другие промышленные магнаты и их представители в Вашингтоне и в американской зоне оккупации в Германии одобрили альтернативный выбор: экономическая реконструкция Германии так, чтобы она была в состоянии заниматься коммерцией и делать деньги в Германии, и, в конечном счете, они получили то, что хотели. После смерти Рузвельта план Моргентау был преспокойно забыт, а сам Моргентау отправлен в отставку с его высокого правительственного поста 5 июля 1945 президентом Гарри Трумэном. Германия — или, по крайней мере, западная часть Германии — должна была быть экономически восстановлена, и американские филиалы оказались главными бенефициариями этого развития [63].
Американские оккупационные власти в Германии в целом и агенты американских компаний-учредителей немецких филиалов внутри этих властей в частности столкнулись с другой проблемой. После полного уничтожения нацизма и европейского фашизма общее настроение в Европе было — и оставалось в течение нескольких последующих лет — решительно антифашистским и одновременно более или менее антикапиталистический, так как тогда широко подразумевалось, что фашизм является проявлением капитализма. Почти повсюду в Европе, и особенно в Германии, спонтанно возникли и приобрели влияние радикальные массовые ассоциации, такие как немецкие антифашистские группы или Антифа. Профсоюзы и левые политические партии также праздновали возвращение; их радовала широкая общественная поддержка, когда они осудили германских банкиров и промышленников за то, что те привели Гитлера к власти и тесно сотрудничали с его режимом. Они предложили более-менее радикальные антикапиталистические реформы, такие как национализация определенных фирм и секторов промышленности.
Однако, планы таких реформ шли вразрез с американскими догмами относительно неприкосновенности частной собственности и свободного предпринимательства, и были, очевидно, основным источником беспокойства американских промышленников, имеющих активы в Германии [64]. Они были также ошеломлены появлением в Германии советов демократически избранных «рабочих», которые потребовали доступа в дела фирм. Чтобы усугубить положение, рабочие часто выбирали в эти советы коммунистов. Так произошло на самых важных американских филиалах заводов Ford-Werke и Opel.
Коммунисты играли важную роль в рабочем совете фирмы Opel до 1948, когда GM официально возобновил управление филиалом и быстро положил конец эксперименту. Американские власти систематически выступали против антифашистов и саботировали их схемы социально-экономических реформ как на всех уровнях руководства со стороны общественности, так и в частном предпринимательстве. Так, например, на заводе Opel в Руссельхайме, американские власти неохотно сотрудничали с антифашистами, делая все, что было в их власти, чтобы предотвратить учреждение новых трудовых союзов и любым способом отстранить советы рабочих от участия в управлении фирмой. Вместо того чтобы способствовать запланированным демократическим реформам «снизу», американцы продолжали везде, где можно, восстанавливать авторитарные структуры «сверху».
Они отодвинули антифашистов в пользу консервативных, авторитарных правых, включавших в себя многих бывших нацистов. В Ford-Werke в Кёльне антифашистское давление вынудило американцев уволить нацистского генерального директора Роберта Шмидта, но благодаря Дирборну и американским оккупационным властям, он и многие другие нацистские директора скоро снова утвердились в седле [65].
(Добавление)
А вот ссылки на источнике по статье Profits über Alles! American Corporations and Hitler Review Article
Важные ссылки:
Edwin Black, IBM and the Holocaust: The Strategic Alliance between Nazi Germany and America's Most Powerful Corporation (London: Crown Publishers, 2001)

Walter Hofer and Herbert R. Reginbogin, Hitler, der Westen und die Schweiz 1936–1945 (Z?rich: NZZ Publishing House, 2002)

Reinhold Billstein, Karola Fings, Anita Kugler, and Nicholas Levis, Working for the Enemy: Ford, General Motors, and Forced Labor during the Second World War ( New York: Berghahn, 2000) Research Findings About Ford-Werke Under the Nazi Regime (Dearborn, MI: Ford Motor Company, 2001)

Литература:
1 Michael Dobbs, "US Automakers Fight Claims of Aiding Nazis," The International Herald Tribune, 3 December 1998.
2 David F. Schmitz, "'A Fine Young Revolution': The United States and the Fascist Revolution in Italy, 1919–1925," Radical History Review, 33 (September 1985), 117–38; and John P. Diggins, Mussolini and Fascism: The View from America (Princeton 1972).
3 Gabriel Kolko, "American Business and Germany, 1930–1941," The Western Political Quarterly, 25 (December 1962), 714, refers to the "'skepticism' displayed by the American business press with respect to Hitler because he was 'a political and economic nonconformist.'"
4 Neil Baldwin, Henry Ford and the Jews: The Mass Production of Hate (New York 2001), especially 172–91.
5 Charles Higham, Trading with the Enemy: An Expos? of The Nazi-American Money Plot 1933–1949 (New York 1983), 162.
6 Webster G. Tarpley and Anton Chaitkin, "The Hitler Project," chapter 2 in George Bush: The Unauthorized Biography (Washington 1991). http://www.tarpley.net/bush2.htm >.
7 Mark Pendergrast, For God, Country, and Coca-Cola: The Unauthorized History of the Great American Soft Drink and the Company that Makes It (New York 1993), 221.
8 Cited in Manfred Overesch, Machtergreifung von links: Th?ringen 1945/46 (Hildesheim Germany 1993), 64.
9 Knudsen described Nazi Germany after a visit there in 1933 as "the miracle of the twentieth century." Higham, Trading With the Enemy, 163.
10 Stephan H. Lindner, Das Reichskommissariat f?r die Behandlung feindliches Verm?gens im Zweiten Weltkrieg: Eine Studie zur Verwaltungs-, Rechts- and Wirtschaftsgeschichte des nationalsozialistischen Deutschlands (Stuttgart 1991), 121; Simon Reich, The Fruits of Fascism: Postwar Prosperity in Historical Perspective (Ithaca, NY and London 1990), 109, 117, 247; and Ken Silverstein, "Ford and the F?hrer," The Nation, 24 January 2000, 11–6.
11 Cited in Michael Dobbs, "Ford and GM Scrutinized for Alleged Nazi Collaboration," The Washington Post, 12 December 1998.
12 Tobias Jersak, "?l f?r den F?hrer," Frankfurter Allgemeine Zeitung, 11 February 1999.
13 Higham, Trading With the Enemy, xvi.
14 The authors of a recent book on the Holocaust even emphasize that "in 1930 anti-Semitism was much more visible and blatant in the United States than in Germany." See Suzy Hansen's interview with Deborah Dwork and Robert Jan Van Pelt, authors of Holocaust: a History,< http:/salon.com/books/int/2002/10/02/dwork/index.html. >
15 Henry Ford, The International Jew: The World's Foremost Problem (Dearborn, MI n.d.); and Higham, Trading With the Enemy, 162.
16 Aino J. Mayer, Why Did the Heavens not Darken? The Final Solution in History (New York 1988).
17 Neil Baldwin, Henry Ford and the Jews: The Mass Production of Hate, 279; and Higham, Trading With the Enemy, 161.
18 Upton Sinclair, The Flivver King: A Story of Ford-America (Pasadena, CA 1937), 236.
19 Higham, Trading With the Enemy, 162–4.
20 See Bernd Martin, Friedensinitiativen und Machtpolitik im Zweiten Weltkrieg 1939–1942 (D?sseldorf 1974); and Richard Overy, Russia's War (London 1998), 34–5.
21 See Clement Leibovitz and Alvin Finkel, In Our Time: The Chamberlain-Hitler Collusion (New York 1998).
22 John H. Backer, "From Morgenthau Plan to Marshall Plan," in Robert Wolfe, ed., Americans as Proconsuls: United States Military Governments in Germany and Japan, 1944–1952 (Carbondale and Edwardsville, IL 1984), 162.
23 Mooney is cited in Andreas Hillgruber, ed., Staatsm?nner und Diplomaten bei Hitler. Vertrauliche Aufzeichnungen ?ber Unterredungen mit Vertretern des Auslandes 1939–1941 (Frankfurt am Main 1967), 85.
24 Anita Kugler, "Das Opel-Management w?hrend des Zweiten Weltkrieges. Die Behandlung 'feindlichen Verm?gens' und die 'Selbstverantwortung' der R?stungsindustrie," in Bernd Heyl and Andrea Neugebauer, ed., "... ohne R?cksicht auf die Verh?ltnisse": Opel zwischen Weltwirtschaftskrise and Wiederaufbau, (Frankfurt am Main 1997), 35–68, and 40–1; "Flugzeuge f?r den F?hrer. Deutsche 'Gefolgschaftsmitglieder' und ausl?ndische Zwangsarbeiter im Opel-Werk in R?sselsheim 1940 bis 1945," in Heyl and Neugebauer, "... ohne R?cksicht auf die Verh?ltnisse," 69–92; and Hans G. Helms, "Ford und die Nazis," in Komila Felinska, ed., Zwangsarbeit bei Ford (Cologne 1996), 113.
25 Higham, Trading With the Enemy, 93, and 95.
26 Jersak, "?l f?r den F?hier"; Bernd Martin, "Friedens-Planungen der multinationalen Grossindustrie (1932–1940) als politische Krisenstrategie," Geschichte und Gesellschaft, 2 (1976), 82.
27 Cited in Dobbs, "U.S. Automakers."
28 Jamie Lincoln Kitman, "The Secret History of Lead," The Nation, 20 March 2002.
29 Higham, Trading With the Enemy, 97; Ed Cray, Chrome Colossus: General Motors and its Times (New York 1980), 315; and Anthony Sampson, The Seven Sisters: The Great Oil Companies and the World They Made (New York 1975), 82.
30 David Lanier Lewis, The Public Image of Henry Ford: an American Folk Hero and His Company (Detroit 1976), 222, and 270.
31 Ralph B. Levering, American Opinion and the Russian Alliance, 1939–1945 (Chapel Hill, NC 1976), 46; and Wayne S. Cole, Roosevelt and the Isolationists, 1932–45 (Lincoln, NE 1983), 433–34.
32 The hope for a long, drawn-out conflict between Berlin and Moscow was reflected in many newspaper articles and in the much-publicized remark uttered by Senator Harry S. Truman on 24 June 1941, only two days after the start of Operation Barbarossa, the Nazi attack on the Soviet Union: "If we see that Germany is winning, we should help Russia, and if Russia is winning, we should help Germany, so that as many as possible perish on both sides ...." Levering, American Opinion, 46–7.
33 Even as late as 5 December 1941, just two days before the Japanese strike against Pearl Harbor, a caricature in Hearst's Chicago Tribune suggested that it would be ideal for "civilization" if these "dangerous beasts," the Nazis and the Soviets, "destroyed each other." The Chicago Tribune caricature is reproduced in Roy Douglas, The World War 1939–1943: The Cartoonists' Vision (London and New York 1990), 86.
34 Clive Ponting, Armageddon: The Second World War (London 1995), 106; and Stephen E. Ambrose, Americans at War (New York 1998), 76–77.
35 Jersak, "?l f?rden F?hrer." Jersak used a "top secret" document produced by the Wehrmacht Reichsstelle f?r Mineral?l, now in the military section of the Bundesarchiv (Federal Archives), File RW 19/2694. See also Higham, Trading With the Enemy, 59–61.
36 James V. Compton, "The Swastika and the Eagle," in Arnold A. Offner, ed., America and the Origins of World War II, 1933–1941 (New York 1971), 179–83; Melvin Small, "The 'Lessons' of the Past: Second Thoughts about World War II," in Norman K. Risjord , ed., Insights on American History. Volume II (San Diego 1988), 20; and Andreas Hillgruber, ed., Der Zweite Weltkrieg 1939–1945: Kriegsziele und Strategie der Grossen M?chte, 5th ed., (Stuttgart 1989), 83–4.
37 Helms, "Ford und die Nazis," 114.
38 Helms, "Ford und die Nazis," 14–5; and Higham, Trading With the Enemy, 104–5.
39 Silverstein, "Ford and the F?hrer," 15–6; and Lindner, Das Reichskomm?sariet, 121.
40 Kugler, "Das Opel-Management," 52, 61 ff., and 67; and Kugler, "Flugzeuge," 85.
41 Snell, "GM and the Nazis," Ramparts, 12 (June 1974), 14–15; Kugler, "Das Opel-Management," 53, and 67; and Kugler, "Flugzeuge," 89.
42 Higham, Trading With the Enemy, 112.
43 Higham, Trading With the Enemy, 99.
44 Lindner, Das Reichskommissariet, 104.
45 Silverstein, "Ford and the F?hrer," 12, and 14; Helms, "Ford und die Nazis," 115; and Reich, The Fruits of Fascism, 121, and 123.
46 Silverstein, "Ford and the F?hrer," 15–16.
47 Kugler, "Das Opel-Management," 55, and 67; and Kugler, "Flugzeuge," 85.
48 Communication of A. Neugebauer of the city archives in R?sselsheim to the author, 4 February 2000; and Lindner, Das Reichskommissariat, 126–27.
49 Helms, "Ford und die Nazis," 115.
50 Gian Trepp, "Kapital ?ber alles: Zentralbankenkooperation bei der Bank f?r Internationalen Zahlungsausgleich im Zweiten Weltkrieg," in Philipp Sarasin und Regina Wecker, eds., Raubgold, Reduit, Fl?chtlinge: Zur Geschichte der Schweiz im Zweiten Weltkrieg (Z?rich 1998), 71–80; Higham, Trading With the Enemy, 1–19 and 175; Anthony Sampson, The Sovereign State of ITT (New York 1973), 47; "VS-Banken collaboreerden met nazi's," Het Nieuwsblad, Brussels, 26 December 1998; and William Clarke, "Nazi Gold: The Role of the Central Banks — Where Does the Blame Lie?," Central Banking, 8, (Summer 1997),< http://www.centralbanking.co.uk/cbv8n11.html. >
51 Bernt Engelmann, Einig and gegen Recht und Freiheit: Ein deutsches Anti-Geschichtsbuch (M?nchen 1975), 263–4; Marie-Luise Recker, "Zwischen sozialer Befriedung und materieller Ausbeutung: Lohn- und Arbeitsbedingungen im Zweiten Weltkrieg," in Wolfgang Michalka, ed., Der Zweite Weltkrieg. Analysen, Grundz?ge, Forschungsbilanz (Munich and Z?rich 1989), 430–44, especially 436.
52 Lindner, Das Reichkommissariat, 118.
53 Pendergrast, For God, Country, and Coca-Cola, 228.
54 "Ford-Konzern wegen Zwangsarbeit verklagt," K?lner Stadt-Anzeiger, 6 March 1998 ascited in Antifaschistisck Nochrichten, 6 (1998),< http://www.antifaschistischenachricten.de/1998/06/010.htm. >
55 Karola Fings, "Zwangsarbeit bei den K?lner Ford-Werken," in Felinska, Zwangsarbeit bei Ford, (Cologne 1996), 108. See also Silverstein, "Ford and the F?hrer," 14; and Billstein et al., 53–5, 135–56.
56 Kugler, "Das Opel-Management," 57; Kugler, "Flugzeuge," 72–6, quotation from 76; and Billstein et al., 53–5.
57 GM-financed patriotic posters may be found in the Still Pictures Branch of the National Archives in Washington, DC.
58 Michael S. Sherry, In the Shadow of War:The United States Since the 1930s (New Haven and London 1995), 172.
59 Higham, Trading With the Enemy, xv, and xxi.
60 Higham, Trading With the Enemy, 44–6.
61 Helms, "Ford und die Nazis," 115–6; Reich, The Fruits of Fascism, 124–5; and Mira Wilkins and Frank Ernest Hill, American Business Abroad: Ford on Six Continents (Detroit 1964), 344–6.
62 Higham, Trading With the Enemy, 212–23; Carolyn Woods Eisenberg, "U.S. Policy in Post-war Germany: The Conservative Restoration," Science and Society, 46 (Spring 1982), 29; Carolyn Woods Eisenberg, "The Limits of Democracy: US Policy and the Rights of German Labor, 1945–1949," in Michael Ermarth, ed., America and the Shaping of German Society, 1945–1955 (Providence, RI and Oxford 1993), 63–4; Billstein et al., 96–97; and Werner Link, Deutsche und amerikanische Gewerkschaften und Gesch?ftsleute 1945–1975: Eine Studie ?ber transnationale Beziehungen (D?sseldorf 1978), 100–06, and 88.
63 Gabriel Kolko, The Politics of War: The World and United States Foreign Policy, 1943–1945 (New York 1968), 331, and 348–9; Wilfried Loth, Stalins ungeliebtes Kind: Warum Moskau die DDR nicht wollte (Berlin 1994), 18; Wolfgang Krieger, "Die American Deutschlandplanung, Hypotheken und Chancen f?r einen Neuanfang," in Hans-Erich Volkmann, ed., Ende des Dritten Reiches — Ende des Zweiten Weltkriegs: Eine perspektivische R?ckschau (Munich and Z?rich 1995), 36, and 40–1; and Lloyd C. Gardner, Architects of Illusion: Men and Ideas in American Foreign Policy 1941–1949 (Chicago 1970), 250–1.
64 Kolko, The Politics of War, 507–11; Rolf Steininger, Deutsche Geschichte 1945–1961: Darstellung und Dokumente in zwei B?nden. Band 1 (Frankfurt am Main 1983), 117–8; Joyce and Gabriel Kolko, The Limits of Power: The World and United States Foreign Policy, 1945–1954 (New York 1972), 125–6; Reinhard K?hnl, Formen b?rgerlicher Herrschaft: Liberalismus — Faschismus (Reinbek bei Hamburg 1971), 71; Reinhard K?hnl, ed., Geschichte und Ideologie: Kritische Analyse bundesdeutscher Geschichtsb?cher, second edition (Reinbek bei Hamburg 1973), 138–9; Peter Altmann, ed., Hauptsache Frieden. Kriegsende-Befreiung-Neubeginn 1945–1949: Vom antifaschistischen Konsens zum Grundgesetz (Frankfurt-am-Main, 1985), 58 ff.; and Gerhard Stuby, "Die Verhinderung der antifascistisch-demokratischen Umw?lzung und die Restauration in der BRD von 1945–1961," in Reinhard K?hnl, ed., Der b?rgerliche Staat der Gegenwart: Formen b?rgerlicher Herrschaft II (Reinbek bei Hamburg 1972), 91–101.
65 Silverstein, "Ford and the F?hrer," 15–6; and Lindner, Das Reichskommissariat, 121.

Тема закрыта! Продолжение в теме "Еще раз про Ленд-Лиз или ложь о "четырех процентах". - 2 ".

-----
Сбили с ног, сражайся на коленях. Не можешь встать, атакуй лежа.