окончательно Разрушен миф о внезапности нападения Гитлера на СССР

http://www.bestreferat.ru/referat-166325.html

Еще в 1941 г. Сталин заявил, что основной причиной «временных неудач Красной Армии» являлась внезапность нападения и огромный численный перевес противника. Теперь мы знаем, что это было не так

--------
ВРАНЬЁ СТАЛИНА к слову )
"В Германии теперь царят голод и обнищание, за 4 месяца войны Германия потеряла 4 с половиной миллиона солдат, Германия истекает кровью, ее людские резервы иссякают..."
================================ ===================

а теперь фаты!



http://lib.rus.ec/b/321849/read

Часть II ИТОГИ И ВЫВОДЫ

Подытоживая сказанное в этих двух главах, стоит еще раз показать по датам то, как приводились в боевую готовность западные округа, что делалось в последние дни перед 22 июня. Используем частично статью А. Саввина из газеты МО РФ «Красная звезда», №№ 205 от 12.11. 08 г., 210 от 19.11. 08 г., 215 от 26.11.08 г., 220 от 3.12.08 г.:

«…10 июня, за 12 дней до войны, было подписано распоряжение главнокомандующего сухопутными войсками Германии о назначении срока начала наступления на Советский Союз, в котором впервые немецкое руководство письменно фиксирует конкретную дату нападения на СССР (дата 22 июня была впервые названа в ставке Гитлера на совещании у начальника отдела обороны страны штаба Верховного командования вермахта 1 мая 1941 года): :82: :82: :82:

1. Днем «Д» операции «Барбароссе! предлагается считать 22 июня.

2. В случае переноса этого срока соответствующее решение будет принято не позднее 18 июня. :82: :82:

3. В 13.00 21 июня в войска будет передан один из двух следующих сигналов: я) сигнал «Дортмунд». Он означает, что наступление, как и запланировано, начнется 22 июня и что можно приступать к открытому выполнению приказов; б) сигнал «Альто-Ha». Он означает, что наступление переносится на другой срок…»

Тогда же, 10 июня, для ЗапОВО была подписана Директива: «Для повышения боевой готовности войск округа все глубинные стрелковые дивизии… вывести в лагерь в районы, предусмотренные планом прикрытия (директива НКО за № 503859/сс/ов)».

«12 июня в адрес командующих войсковыми группировками вермахта, сосредоточенными на границе с СССР, уходит шифротелеграмма, в которой доводится содержание распоряжения главнокомандующего сухопутными войсками Германии от 10 июня о назначении срока начала наступления на 22 июня. Она перехватывается и расшифровывается английской службой радиоперехвата, и через несколько дней Сталин узнает о ее содержании из донесения по линии «кембриджской пятерки» :82: .

В тот же день, 12 июня, Сталин разрешил дополнительное выдвижение значительного число соединений сухопутных войск ближе к государственной границе. Решение было оформлено директивой за подписью наркома обороны Тимошенко и начальника Генштаба Жукова».

Саввин говорит о Директивах НКО и ГШ «от 12 июня», которые выше рассматривались подробно. Это Директивы о начале выдвижения войск из глубины обороны в сторону границы, в которых давались конкретные указания по выдвижению корпусов в места их новой дислокации и определялись сроки исполнения этих выдвижений. Но, скорее всего, одной общей Директивы не было. Были отдельные Директивы от «12 июня» в каждый округ — «Для повышения боевой готовности…» выполнить то-то и то-то.

Сталин получал информацию и от других разведслужб, или же информация из Лондона от К. Филби и его «пятерки» легла на стол Сталина в тот же день, 10–11 июня. Поэтому 12 июня Тимошенко и Жуков и подписали по команде Сталина эти Директивы о фактическом введении в действие Планов прикрытия для западных округов. Некоторые из этих Директив (для КОВО и ЗапОВО) были опубликованы в сборнике Яковлева в 1998 году.

Буквально в эти же дни Павлов говорил Голованову: «Не в духе хозяин. Какая-то сволочь пытается ему доказать, что немцы сосредоточивают войска на нашей границе». К сожалению, точная дата этого разговора неизвестна.
:80:

Вполне возможно, что Гитлер, также имеющий своих агентов в Москве, узнал о подписанных Директивах НКО и ГШ о выдвижении частей западных округов к границе в районы сосредоточения и именно поэтому дал команду остановить движение. Он никогда не нападал, не будучи уверен в успехе. Однако через того же Канариса (старого друга Англии, заинтересованной в том, чтобы Гитлер скорее напал на СССР) он мог получить «гарантии», что все директивы о подготовке к обороне будут просаботированы Павловыми :82: , и, следовательно, есть шанс успешной реализации варианта «Барбаросса». Напомню, в «Барбароссе» сказано следующее:

«1. Общий замысел. Основные силы русских сухопутных войск, находящихся в Западной России, должны быть уничтожены в смелых операциях посредством глубокого, быстрого выдвижения танковых клиньев. Отступление боеспособных войск противника на широкие просторы русской территории должно быть предотвращено…»


А при примерно равных силах германских и советских войск на западных границах, быстрая победа Германии и «неожиданно быстрый развал русского сопротивления» были возможены только в одном случае — в случае прямого предательства командования РККА (как минимум) западных округов. Или хотя бы одного из этих округов. :80: :80:


Сталин 10 июня дает команду-разрешение Тимошенко и Жукову подписать Директиву на вывод войск ЗапОВО (пока только) в районы сосредоточения и на фактическое приведении этих войск в «повышенную боевую готовность». Произошло это, скорее всего, в первой половине дня 10 июня и по телефону, т. к. ни Тимошенко, ни Жуков 10 июня в Кремле не были. 10 июня эта Директива уже пришла в Минск, и первая оперсводка из Минска о выполнении этой Директивы поступила в ГШ уже к полуночи 11 июня. В этой сводке говорится, что «части 17 сд (271, 278 сп, 20 ап, обе) выступили из пунктов старой дислокации в 10:00 11.06 с/г и, совершив марш, к 21:00 сосредоточились на ночлег… Части 121 сд — 383 сп, 1/507 гап в 7.00 11.06, выступив из Бобруйска, к 22.00 сосредоточились…».

Скорее всего, Сталин сначала дал команду начать вывод глубинных дивизий и корпусов с 10 июня (во все округа команды ушли в разные дни, чтобы не вызвать обвинение в «агрессии»), а потом стал готовить «Сообщение ТАСС». К вечеру 13 июня это сообщение выходит в радиоэфир. А Гитлер, получив после 13 июня от Канариса и его разведки «гарантии успеха», продолжил выдвижение сил вермахта к границе с СССР. Сталин же 14 июня, не дождавшись «ответа» от Гитлера на «Сообщение ТАСС» (и также наверняка получив от разведки данные о возобновлении движения немецких войск к нашей границе), дает команду Тимошенко и Жукову отправлять в КОВО и в ПрибОВО уже подписанные Директивы НКО и ГШ от «12 июня».

Таким образом, глава правительства СССР — Сталин, возможно, даже не получив 10 июня никаких сообщений от разведки о начале реализации варианта «Барбаросса» и не зная еще достаточно точную дату нападения — 22 июня, дал своим подчиненным команду на приведение войск западных округов в боевую готовность «повышенную» . Соответствующая директива ушла в Минск еще 10 июня, а Директивы от 12 июня о фактическом повышении боевой готовности поступили в Ригу и Киев 14–15 июня , после того, как Гитлер никак не отреагировал на дипломатический ход советской стороны — «Сообщение ТАСС» от 13–14 июня. В Одессу такая Директива, возможно, вообще не приходила, хотя начштаба округа Захаров пишет, что в округа Директива поступила с датой «от 12 июня» .

17 июня из Берлина поступило срочное сообщение от военно-морского атташе СССР капитана 1-го ранга Воронцова о том, что нападение Германии на СССР произойдет 22 июня в 3.30 утра :82:. Вечером 17 июня в Кремле у Сталина был командующий ВВС Жигарев — с 00.45 до 1.50.

И днем 18 июня был проведен облет самолетом-разведчиком У-2 границы в Белоруссии, в полосе ЗапОВО (возможно, облеты проводились и в соседних округах).

18-го же июня поздно вечером по итогам облета и авиаразведки, подтвердившей, что немецкие войска изготовились для нападения на СССР, в западные округа пошла телеграмма Генштаба о приведении в «повышенную боевую готовность» всех оставшихся частей этих округов и об отводе приграничных частей от границы! Также согласно этой последней телеграмме из ГШ командование западных округов обязано было вернуть в расположения все находящиеся вне своих расположений части, и в том числе вывести из Бреста расквартированные там дивизии на рубежи обороны вокруг города. Срок выполнения этого приказа телеграмма устанавливала вполне четкий — к 24.00 21 июня. :77: :77: :77: Также 18 июня отдельными приказами ГШ, подписанными Ватутиным, округам ставилась задача ускорить движение войск и закончить его к 22–23 июня. О чем оперативные отделы докладывали ежедневно, вплоть до вечера 21 июня.




Окончательно подытоживая все вышесказанное, можно увидеть, что приведение частей западных округов в боевую готовность проводилось в несколько этапов и несколькими командами (условно).

Первый этап — это проведение в мае-июне 1941 года в западных и даже во внутренних округах фактической «скрытой мобилизации» под видом «учебных сборов».


Очень часто можно слышать такое — никакой «скрытой мобилизации» вовсе не было. Не было официально объявлено о «Больших учебных сборах», что подразумевает «скрытую мобилизацию», а были обычные ежегодные плановые сборы приписного состава. И значит говорить о том, что Сталин в этом плане готовил армию к войне к лету, июню 1941, нельзя. Но сборы сборам рознь. Одно дело призвать на месяц приписной состав в одном округе, а другое отправить почти миллион приписных в ключевые округа, доведя численность подразделений до 75–80 %. Ведь «согласно действовавшему в то время мобилизационному плану 1938–1939 гг. усиление войсковых частей и соединений на 75–80 % от штата военного времени и является как раз таки скрытой мобилизацией в порядке «Больших учебных сборов» по литере «Б» (это нам известно из док. № 272 «малиновки») …

Т.е. в результате объявления скрытой мобилизации части и соединения должны иметь не менее 75–80 % от штата военного времени :77:
При этом учебные сборы сами по себе не «мобилизация», а форма повышения мобилизационной и боевой готовности..


Второй этап — «Директивы от 12 июня», поступившие в округа 14–15 июня, а в Минск еще вечером 10 июня.

По этим директивам в западных округах должны были привести в повышенную боевую готовность дивизии и корпуса второго эшелона и резервов в глубине округов и начать их выдвижение на рубежи, в районы, предусмотренные «Планами прикрытия». Таким образом, фактически вводились в действия планы прикрытия государственной границы и обороны округов.

Первая же фраза Директив предписывает «для повышения боевой готовности войск… все глубинные стрелковые дивизии и управления стрелковых корпусов с корпусными частями вывести… в районы, предусмотренные для них планом прикрытия». Это предписание частично выполнили даже в ЗапОВО, либо же — как в КОВО — войска выводили в новые районы согласно прилагаемых карт. Но, в любом случае, войска должны были выводиться и худо-бедно выводились в полевые лагеря ближе к границе.

исследователь, П. Тон, делает такие выводы: «…надо показать, что вся РККА в июне 1941 года имела:

а) высокую степень укомплектованности соединений личным составом (наивысшую по сравнению с любым иным периодом);

б) высочайшую степень мобилизационной готовности как минимум для соединений, предназначенных на Запад и уже находящихся там. Когда процесс отмобилизования де-факто будет занимать часы.

И, самое главное, надо показать, что все это сложилось не просто так (случайным образом), а явилось результатом тщательнейшего планирования в Генштабе…»


Третий этап в приведении в боевую готовность частей западных округов — телеграммы с приказами ГШ от 18 июня.

Вермахт уже изготовился для броска на СССР, было уже не до дипломатических вывертов, и угроза войны заставила Сталина дать команду Тимошенко и Жукову привести в боевую готовность, фактически полную, все части западных округов! Хотя даже 21 июня так и оставался в силе приказ сами рубежи обороны не занимать…

По этим приказам ГШ в округах обязаны были к полуночи 21 июня 1941 года отвести от границы приграничные дивизии на их рубежи обороны согласно планов прикрытия и доложить о выполнении в ГШ.

Что же сделал Павлов с дивизиями в Бресте, которые также являлись приграничными? Ждал после 15 июня особого приказа наркома? Конечно, ждал! Получил ли он такое «особое распоряжение» наркома 18 июня? Получил. Содержание этой телеграммы-приказа ГШ и дата исполнения известны из показаний генерал-майора П.И. Абрамидзе (КОВО), и начальник связи ЗапОВО Григорьев заявил на суде, что 18 июня был передан приказ ГШ о приведении в боевую готовность. Но три дивизии прикрытия брестского направления так и остались частично в городе, а частично вокруг него! Они не были собраны в казармы даже после 18 июня и не были затем выведены из Бреста для обороны города и направления!
:80: :80: :80:

Четвертый этап в повышении боевой готовности войск западных округов и их штабов — приказы ГШ от 19 июня на вывод штабов округов на полевые фронтовые управления, что также подразумевало повышение боевой готовности войск округов. И штабы округов должны были выдвинуться в полевые пункты к 22 июня (вспоминаем слова Василевского о том, что о «дате икс» они знали за несколько дней до нападения и ждали этого нападения!).

Баграмян так пишет об этом приказе ГШ, к сожалению, до сих пор не опубликованном: «В то же утро (19 июня) из Москвы поступила телеграмма Г.К. Жукова о том, что Народный комиссар обороны приказал создать фронтовое управление и к 22 июня перебросить его в Тарнополъ…» Однако в КОВО уже руководство округа (Кирпонос) поставило задачу тому же оперативному отделу, через который идет управление войсками, прибыть на полевое управление чуть ли не утром 22 июня!

Посмотрим, что пишет сам Баграмян — http://militera.lib.ru/memo/russian/bagramyan 1 /02.html. глава «Приграничное сражение. «КОВО-41» вступает в силу»:


22 июня.

«Прибыли мы раньше назначенного срока — в седьмом часу утра. Нас ждали
Приказ ГШ требовал вывести штаб округа на полевое управление «к 22 июня», т. е. «к 24.00 21 июня» штаб КОВО должен был быть в Тарнополе. Однако Кирпонос решил, что оперативный отдел (орган управления войсками) может прибыть в Тарнополь утром, и позже, чуть ли не к обеду 22 июня. Таким образом, управление войсками КОВО в момент нападения Германии было парализовано. В ПрибОВО самого командующего Ф.И. Кузнецова, который вроде бы в момент нападения находился на полевом управлении, 22 июня искали почти сутки. Опять же, штабам ставится задача быть в полевом КП к 22 июня, а войскам выдвинуться на рубежи обороны можно и «к 1 июля»?!.


А что делал Павлов в Белоруссии? :80: А Павлов пошел на откровенный саботаж — и дивизии из Бреста не вывел, и штаб округа к 22 июня оставил в Минске . Но за оставшиеся несколько дней до нападения, о котором он точно знал и из приказов Москвы , и от разведки округа , и от пограничников , которые наверняка докладывали ему о перемещениях немецких войск , о выселении из приграничной полосы поляков и о реквизиции у населения телег , «особисты» никак не успевали уличить Павлова в саботаже :89:. Да и кто бы его уличил, если начальник связи округа генерал Григорьев, через которого шли директивы и приказы Москвы, никому не докладывал о саботаже командующим этих приказов (если, конечно, он знал их содержание). И начальник штаба округа генерал Климовских, который точно знал о Директивах от 10–18 июня, тоже не докладывал «наверх» о «странном» поведении командующего .

Если Павлов по личной инициативе не вывел эти три дивизии (а его буквально трясли по этим дивизиям на следствии и суде), получив приказ об отводе приграничных частей, хотя именно эти дивизии должны были закрывать брестское направление, держа оборону вокруг города, то Павлов уже совершил воинское преступление. Либо он делал это по собственной воле, как самоубийца, либо по согласованию с Москвой. Но во втором случае получается, что вместе с Павловым в измене замешаны и Тимошенко с Жуковым. А если нет, то кто присоветовал Павлову оставить дивизии в городе на убой? Сталин? При повышении боевой готовности командиры всех частей должны собрать технику и личный состав в подразделения, но в Бресте этого сделано не было. А получив «особую команду» от наркома 18 июня, Павлов и его подельники окончательно перестали выполнять приказы Москвы :80: :80: .


Пятый и последний этап в приведении в боевую готовность войск западных округов — сообщение командованию округов достаточно точной даты нападения Германии, которая стала известна (подтверждена показаниями «перебежчиков» и докладом наркома ВМФ Кузнецова сообщения каперанга Воронцова Сталину в его кабинете) вечером 21 июня. В этот вечер о приведении войск западных округов в полную боевую готовность было объявлено официально, а приводимые еще до 22 июня в повышенную и фактически в полную боевую готовность войска «Директивой № 1» от 21 июня получали официальную команду-приказ на объявление боевой тревоги находящимся в полевых лагерях дивизиям и корпусам.

В ночь на 22 июня в западные округа была отправлена последняя Директива мирного времени, «Директива № 1 от 21.06.41», в которой сообщается возможная и приблизительная дата вероятного нападения Германии: «1. В течение 22–23 июня 1941 года возможно внезапное нападение немцев…»

Также данная Директива предписывала:

«…войскам…. округов быть в полной боевой готовности встретить возможный внезапный удар немцев или их союзников…

а) в течении ночи на 22 июня 1941 года скрытно занять огневые точки укрепленных районов на государственной границе;

б) перед рассветом 22 июня 1941 года рассредоточить по полевым аэродромам всю авиацию, в том числе и войсковую, тщательно ее замаскировать;

в) все части привести в боевую готовность. Войска держать рассредоточенно и замаскированно;

г) противовоздушную оборону привести в боевую готовность без дополнительного подъема приписного состава. Подготовить все мероприятия по затемнению городов и объектов;

д) никаких других мероприятий без особого распоряжения не проводить.
Тимошенко, Жуков».

После получения данной директивы командованию округов оставалось только дать короткую команду-приказ в войска — поднять по боевой тревоге войска находящиеся в повышенной боевой готовности и привести их в полную, как это сделал адмирал Н.Г. Кузнецов на флоте . (Точно так же поступил замкомандующего еще одного округа, но о нем будет сказано чуть позже .) А как выполнили Директивы НКО и ГШ от 10–12 июня, телеграмму ГШ от 18 июня и «Директиву № 1» командующие западных округов, и особенно генерал армии, Герой Советского Союза Д.Г. Павлов , как они «занимали» УРы на «государственной границе», «рассредоточивали» в ночь на 22 июня самолеты и приводили «все части в боевую готовность» в ночь перед нападением — известно :80: :80: .


В конце 1920-х Клич оказался уже в Красной армии и к августу 1940 года дослужился до звания генерал-лейтенанта.) Это тот самый командующий артиллерией ЗапОВО, в котором всю артиллерию после 15 июня загоняли на «стрельбы» к самой границе. Протоколы допросов этих генералов пока не публикуются :80:, хотя в них наверняка можно найти много интересного. Клич расстрелян в октябре 1941 года, но его дело, по крайней мере официально, не связано с делом Павлова. А ведь после войны задавался и «вопрос № 4»: «Почему большая часть артиллерии находилась в учебных центрах?»


Есть еще и такой «нюанс» в «деле Павлова»: и он сам, и командующий Киевского Особого военного округа генерал Кирпонос в Первую мировую побывали в немецком плену, как и подпоручик Тухачевский. Есть подозрения, что как минимум тот же Тухачевский еще тогда слишком тесно «сдружился» с немецкой разведкой.


А ведь был один округ, в котором приведение в повышенную боевую готовность на основании Директив НКО и ГШ от 13–18 июня и в полную — в ночь на 22 июня состоялось вполне успешно. Что это за округ, в котором, как и на флоте, смогли буквально за пару часов привести войска в боевую готовность сразу по получении «Директивы № 1», в котором вовремя дали «сигнал боевой тревоги» — в следующей главе.

И напоследок еще раз вернемся к резунам , что считают данные Директивы подтверждением «агрессивных планов Сталина по нападению на Гитлера и всю Европу». Если принять эту версию и признать, что данные Директивы были отправлены в западные округа, чтобы войска изготовились к нападению, а не к обороне, то действия Павлова и ему подобных следует признать «подвигом в защиту мира и свободы»! Эти смелые генералы, оказывается, боролись со сталинской сатрапией и пытались своими действиями спасти мир от большевистской угрозы. Однако резуны не слишком стремятся ссылаться на Директивы НКО и ГШ от 10–12 и тем более от 18 июня как на «доказательство» подготовки Сталиным нападения на Германию и Европу — эти документы портят им всю обедню. А есть еще те самые «пять вопросов от Покровского» :82: , которые поклонники В. Резуна также особо стараются «не замечать» и которые одним из первых поднял для изучения исследователь Ю.И. Мухин. Эти вопросы, как и знаменитая «Директива № 1», самим своим текстом показывают, что перед 22 июня 1941 года отдавались некие приказы, и те, кому были заданы эти «пять вопросов», должны были четко ответить, когда они данные команды получали, от кого, как и какие меры приняли для их выполнения.


В 1989 году в «Военно-историческом журнале», в номерах 3 и 5, были опубликованы ответы на вопросы № 1 и № 2 (а также частично на вопрос № 3) — На вопрос о «пушках в лагерях», вопрос № 4 и вопрос № 5 ответов нет. Но на все эти вопросы генералы успели ответить еще при Сталине, кое-кто — прямо у расстрельной стенки. Однако при Хрущеве все виновные в трагедии 1941 года были «реабилитированы» и названы «героями», а ответы на опасные «Вопросы» сданы в Архивы Министерства обороны и до сих пор недоступны для изучения и опубликования в полном объеме.

В 1989 году публиковались ответы комдивов, комкоров и генералов из штабов округов. Но нет ответов таких командующих, как Рокоссовский, ставших после войны маршалами. Видимо, ответы таких людей ВИЖ не рискнул публиковать — очень уж неудобными могли оказаться показания некоторых генералов и маршалов, данные сразу после войны, в основном еще при жизни Сталина, когда врать о ВОВ еще боялись или не умели и не собирались. Но даже анализ того немногого, что было опубликовано — если анализировать, имея перед глазами сами вопросы, — дает много интересного. И информацию о существовании «Приказа ГШ от 18 июня 1941 года» следует искать именно в ответах генералов на «Вопрос № 2», особенно — в ответах тех, кто стал после войны «маршалами Победы». Ведь именно среди них большинство таких, кто почему-то оказался в боеготовом состоянии перед 22 июн :77: :77: :77: :77:я.






===================

http://staleved.livejournal.com/24878.html

7 июня 1940 постановлением СНК СССР и ЦК ВКП(б) № 976-368сс установлен полугодовой план производства танков Т-34 в количестве 500 штук (АП РФ. Ф.93 – далее, если без ссылки, то из этого архива).
27 июня 1940 Указом Президиума Верховного Совета СССР страна переведена на восьмичасовой рабочий день, на семидневную рабочую неделю, запрещен самовольный уход рабочих и служащих с предприятий и из учреждений.

12 июля 1940 НКО утвержден план перевозок по воинскому графику на 1941 г. в объеме ежесуточный подвоз до 310 поездов в сутки, что составляло 5-6 стрелковых дивизий в сутки. Предел возможностей СССР, что вдвое меньше противостоящих германских объемов – до 11 дивизий (ЦА МО РФ. Ф. 16. Оп.2951. Д.242. Л. 164-167).
25 июля 1940 Постановлениями СНК ССР: утверждена разработка мобилизационного плана промышленности на 1941 год, на случай ведения войны в 1940 поручено выдать помесячные мобилизационные задания в 1940 г.; утверждена организационная структура Военно-Воздушных Сил РККА в т.ч. реорганизация полков в 38 авиационных дивизий и создание 12 новых авиадивизий.
19 августа 1940 Сталиным утверждены «основы стратегического развертывания Вооруженных Сил СССР на Западе и на Востоке на 1940 и 1941 годы», в которых точно и детально определен порядок стратегических действий в войне с Германией и ее союзниками (ЦА МО РФ. Ф. 16. Оп.2951. Д.239. Л. 1-37). Основы уточнены: 18 сентября 1940; 5 октября 1940 с развертыванием на «Два фронта» Западного и Восточного.
4 октября 1940 постановлением СНК СССР и ЦК ВКП(б) № 1882-779СС поручено принять на вооружение Пистолет-пулемет т.Шпитального (ППШ) и др. оружие.
7 октября 1940 Постановление политбюро ЦК ВКП(б) «О противовоздушной обороне СССР».
11 октября 1940 Сталин утвердил формирование новых 25 отдельных танковых бригад и увеличение численности РККА до 3.616.724 человек (РГВА. Колл. Док.).
19 октября 1940 постановлением СНК СССР и ЦК ВКП(б) № 2073-877сс утвержден «План военного судостроения на 1941 г.»: линкор, 2 тяжелых крейсера, 2 лидер эсминца, 4 эсминца (19 – заложить), 14 легких крейсеров, 9 сторожевых кораблей, 20 тральщиков, 21 подлодку "Сталинец", 2 подлодки "Щука", 13 малых двухзальных подлодок и др.
5 ноября 1940 Постановление СНК ССР "О военно-воздушных силах Красной Армии" № 2265-977СС. Утвержден состав дальнебомбардировочной авиации – 14 авиадивизий и 1 авиаполк и др. Всего: 22.171 самолет, до 60.000 летчиков в строю, 32.433 наземного тех.состава.
7 декабря 1940 Постановлением СНК СССР и ЦК ВКП(б) № 2466-1096сс утверждена программа выпуска самолетов в 1941 году всего: 20.150, 43.000 авиамоторов.
10 декабря 1940 Сталин утверждает увеличение численности комсостава запаса по сравнению с 1940 г. на 288.000 человек всего 443.551 комсостава запаса для мобилизации на случай войны и создание резерва комсостава запаса – 284.000 человек, для восполнения «потери первых 8-9 месяцев войны» (ЦА МО РФ. Ф. 16. On.2154. Д.4. Л.45-58) .
7 февраля 1940 Постановлением СНК СССР И ЦК ВКП(б) № 274130сс утвержден план военных заказов на 1941 г. по вооружению, в т.ч.: 45 мм танковых пушек обр. 34 г. – 2 664 шт., 76 мм горных пушек обр. 38г. – 100 шт., 76 мм полковых пушек 27 г. – 300 шт., 152 мм гаубиц-пушек обр. 37 г. – 1 100 шт., 50 мм ротных минометов – 12250шт., 82 мм батальонных минометов – 4 300 шт., 120 мм полковых минометов – 2 060 шт… Винтовок всего – 1 800 000 шт..
8 февраля 1941 Доклад Сталину НКГБ СССР о том, «что германское военное командование проводит систематическую подготовку к войне против Советского Союза» исчерпывающий сценарий и даты начала войны (ЦА СВР РФ. Д.23078. Т. 1. Л.205-209).
12 февраля 1941 Сталин утверждает схемы мобразвертывания. Общая численность Красной Армии, развертываемой по мобилизационному плану 1941 года, не считая формирований гражданских наркоматов, составляет 8.682.827 чел. военнослужащих и 187.880 чел. вольнонаемных (ЦА МО РФ. Ф. 16. Оп.2154. Д.4. Лл. 199-250).
14 февраля 1941 Постановлением СНК СССР И ЦК ВКП(б) № 305145сс утвержден план военных заказов по боеприпасам, в т.ч. 122 мм снарядов к гаубице 38 г. – 2.600 тыс. штук… 50 мм мины – 16.000 тыс. штук,.. Ручные гранаты – 15.400 тыс. штук, РС-82 – 280 тыс. штук, PC-132 – 35 тыс. штук, Морские снаряды средних калибров – 471,2 тыс. штук. «Обязать ГУЛАГ НКВД СССР организовать с апреля 1941 г. на своих предприятиях производство 45 мм картечи с поставкой в 1941 г. 420 000 штук равномерными частями по кварталам».
1 марта 1941 по штатам военного времени развернут и приведен в боевую готовность Закавказский военный округ: «Первые эшелоны стрелковых и кавалерийских дивизий, артиллерии РГК, механизированных частей, связи, инженерных и авиационных частей содержать в постоянной боевой и мобилизационной готовности» (ЦА МО РФ. Ф.8. Оп.2729. Д.28. Лл.17, 17а-30).
В апреле 1941 развернут Западный особый военный округ, в который уже к 10 мая только из Московского военного округа были передислоцированы 231-я и 224-я стрелковые дивизии в полном штатном составе (ЦА МО РФ. Ф.38. Оп. 11373. Д. 1. Л. 161-166).
1 мая 1941 Нарком обороны СССР маршал Советского Союза С.К.Тимошенко на военном параде в Москве сказал: «весь советский народ, Красная Армия и Военно-Морской Флот должны быть в состоянии боевой готовности… Да здравствует великий Сталин!». ("Правда", 3 мая 1941 г.)
5 мая 1941, выступая перед выпускниками военных академий РККА в Кремле, Сталин сказал: «Мы перестроили нашу армию, вооружили ее современной военной техникой… Раньше существовало 120 дивизий в Красной Армии. Теперь у нас в составе армии 300 дивизий. Сами дивизии стали несколько меньше, но более подвижные. Раньше насчитывалось 18-20 000 человек в дивизии. Теперь стало 15 тыс.человек. Из общего числа дивизий - третья часть механизированные дивизии… Из 100 дивизий - две трети танковые, а одна треть механизированные. Армия в текущем году будет иметь 50 тыс. тракторов и грузовиков. Наши танки изменили свой облик. Раньше все танки были тонкостенные. Теперь этого недостаточно. Теперь требуется броня в 3-4 раза толще. Есть у нас танки первой линии, которые будут рвать фронт. Есть танки второй-третьей линии - это танки сопровождения пехоты. Увеличилась огневая мощь танков... Действительно ли германская армия непобедима? Надо командиру не только командовать, приказывать, этого мало… Наши великие полководцы всегда были тесно связаны с солдатами. Надо действовать по-суворовски…». Далее Сталин дал развернутый анализ военно-политической ситуации, основной упор делал на борьбе с Германией. (РЦХИДНИ. Ф.558. On. 1. Д.3808. Л. 1-12)

5 мая 1941 Постановлением СНК СССР и ЦК ВКП(б) за подписью Сталина и Молотова утвержден план производства на 1941 год танков Т-34 в количестве 2 800 штук.
6 мая 1941 Указом Президиума Верховного Совета СССР И.В.Сталин назначен Председателем Совета Народных Комиссаров СССР [Советского правительства]. ("Известия", 7 мая 1941 г.).
15 мая 1941 по докладу ГШ РККА Сталин располагал точнейшими данными о немецко-фашистской группировке, развернутой для нападения на СССР: «230 пехотных, 22 танковых, 20 моторизованных, 8 воздушных и 4 кавалерийских дивизий, а всего около 284 дивизий. Из них на границах Советского Союза, по состоянию на 15.05.41 г., сосредоточено до 86 пехотных, 13 танковых, 12 моторизованных и 1 кавалерийской дивизий, а всего до 112 дивизий...» (ЦА МО РФ. Ф. 16. Оп.2951. Д.237. Л. 1-15). Советская разведка ежедневно докладывала лично Сталину самые достоверные сведения о деталях фашистского военного планирования операции "Барбаросса", предполагаемых замыслах, целях, силах и средствах войны против СССР (тысячи разведсводок, агентурных донесений, телеграмм, сводок и др. архивных документов).

20 мая 1941 Введены в действие планы прикрытия и обороны Государственной границы на Западе и Северо-Западе, детальный план противовоздушной обороны (ЦА МО РФ. Ф. 16. Оп.2951. Д.248. Л.36-54). Произведен сбор приписного состава в стрелковых дивизиях – всего встрой поставлено 465 тыс. человек (ЦА МО РФ. Ф.16. Оп.2951. Д7242. Л.195-201).
31 мая 1941 Директивой по КОВО введена организация связи военного времени (ЦА МО РФ. Ф. 16. Оп.2951. Д.262. Лл.413-417).
13 июня 1941 НКГБ Молдавской ССР подготовлено к аресту 4.550 человек и выселению 13.980 человек «антисоветского элемента» (ЦА ФСК России. Коллекция документов).
16 июня 1941 постановление СНК СССР И ЦК ВКП(б) № 1626-686сс "Об ускорении приведения в боевую готовность укрепленных районов"
21 июня 1941 по журналу записи посещений с 18 часов И.В.Сталин принял 13 высших руководителей страны (Молотов, Сафонов, Воронцов, Тимошенко, Берия, Жуков, Вознесенский, Буденный, Маленков, Мехлис, Кузнецов и др.) последние вышли в 23.00.
22 июня 1941. Началась война в 5.47 утра Сталин принял Молотова, после него до 16.00 принял ещё 29 руководителей…
И это только малая часть из сотен тысяч имеющихся документов, неопровержимо подтверждающих выдающийся талант и запредельную работоспособность Верховного Главнокомандующего Победы И.В.Сталина

Так что миф о том, что Сталин не был готов к войне, полностью разрушен окончательно и навсегда.


================================ ==================
====================================================
================================ ===================
http://www.polit.ru/article/2005/12/01/war/
Вопреки мифам, реально к наступательной войне на чужой территории, а не к обороне Джугашвили (Сталин) начал готовиться с августа 1939.

Об этом говорят новые документы. Главными из них можно считать Письмо наркома обороны К. Ворошилова Сталину и Молотову 22 августа 1939 года, в котором он - пожалуй, впервые, глухо, невнятно, учитывая, что документ имел гриф “Сов. Секретно”, - называет войну “оргмероприятием”, для выполнения которого предлагает расконсервировать неприкосновенный запас и принять дополнительный заказ промышленности. Вторым документом является Постановление СНК СССР от 2 сентября 1939 года № 1355 – 279 СС (через сутки после начала Второй мировой войны), утверждающее план реорганизации сухопутных войск вооруженных сил Союза ССР на 1939 -1940 гг. и формирование двух фронтов – Украинского и Белорусского<st
Третьим документом- рабочая карта
начальника Военно-топографического управления РККА полковника М.К. Кудрявцева (1), с нанесенной начальником Генерального штаба РККА Б. Шапошниковым в 1939 году “нарезкой” полосы картографической обеспеченности - для предстоящих действий в Европе. Документы
говорят о том, что решение о большой наступательной Европейской войне Сталин принял где-то в августе 1939 года.

То, что постановление СНК принято 2 сентября и утвердило ранее представленный план реорганизации сухопутных войск, говорит о том, что этот план отталкивался не от факта начала войны, а от ранее принятых решений. А формирование фронтов говорит о его нацеленности на войну. Кроме того, стала известна выписка из решения Политбюро ЦК ВКП(б) от 26 октября 1939 года, утвердившая предложения Ворошилова о размещении на Украинском о Белорусском фронтах большинство усиленных дивизий (по 14 тысяч человек). Сентябрь 1939 года внес некоторые коррективы в этот план, видимо, Генштаб предполагал, что Польша сможет оказать серьезное сопротивление, по аналогии с Сербией в 1914 году. Поэтому секретный протокол Риббентропа-Молотова можно считать больше блефом Сталина. Он точно знал (в отличие от Гитлера), что Англия и Франция начнут войну, и рассчитывал на ее длительный характер. Поэтому идея раздела Польши имела цель втянуть Германию в войну. Этим можно объяснить и факт неподготовленной пропагандистами акции 17 сентября 1939 года - похода по освобождению Западной Белоруссии и Украины. В прессе не говорилось “о страданиях братьев – украинцев и белорусов”, как подтверждение того, что эта акция заранее не планировалась.

Еще одним документом, подтверждающим версию о подготовке превентивного удара, служит письмо Ворошилова Сталину и Молотову от 7 апреля 1940 года о переводе 10 стрелковых дивизий обратно в штат мирного времени и письмо Тимошенко и Шапошникова от 4 июля 1940 года о реорганизации структуры округов в результате “освобождения Бессарабии и Буковины”, ввода новых войск в Прибалтику, а также “ резко изменившейся ситуации на Западе”. Документы стали известны в 1996 году (2).

В документе говорится, что “чистых стрелковых дивизий, исключая танковые и моторизованные, предназначенных главным образом для наступательных действий, маневра и отражения контратак, мы будем иметь 148, из них 22 на Дольнем Востоке и в Забайкалье, 10 горных дивизий, и для Запада остается только 116 дивизий, что совершенно недостаточно”.

В 1999 году опубликована (3) рабочая карта начальника Военно-топографического управления РККА, на которой синим карандашом начальник Генерального штаба РККА Б. Шапошников в 1939 году нанес “нарезку” полосы картографической обеспеченности, ограниченной линиями Берлин-Прага-Вена-Будапешт-Бухар ест - на западе и Петрозаводск-Витебск-Киев-Одесса - на востоке. В соответствии с ней, четыре картографических фабрики и 10 картографических отрядов с 1939 по 1941 год напечатали около 800 млн листов карт масштаба от десяти до ста тысяч. От меридиана Ленинграда до меридиана Москвы успели напечатать только листы миллионных карт.

Из публикованных также в 1996 году директивы НКО от 14 мая 1941 года №503920сс/ос, директивы и оперативных планов округов по обороне госграницы (Прибалтийского, Западного отдельного Белорусского, Киевского особого и Одесского) по “Прикрытию отмобилизования, сосредоточения и развертывания войск и организации обороны “ можно определить , что они разработаны для прикрытия действий, отсчет времени во всех документах ведется от дня мобилизация. Предполагается, что инициатива находится в руках советского командования. Сам день мобилизации предполагался как раз на конец июня

и округа не успели развернуть свою оборону в соответствии с этими планами. Других планов, кроме вспомогательных и привязанных к планам развертывания (для обороны), не было.

О внезапности нападения. Внезапность может быть тактическая, можно допустить оперативно-тактическую, но стратегическая внезапность при непосредственном соприкосновении и наличии многократно подтвержденных разведывательных данных невозможна. Миф о внезапности появился гораздо позже войны
(Добавление)
http://lib.rus.ec/b/321849/read
Но зачем Буденному и тем более Покровскому копия данного приказа Наркомата обороны?

На самом деле логика в этом есть — Буденный еще утром 21 июня был назначен руководителем группы т. н. Резервных армий, а Покровский стал начальником штаба этой группы. И штабу Резервных армий такой приказ нужен, хотя формально этот приказ и адресован, прежде всего, командованию и военным советам приграничных округов, плюс копия для наркома ВМФ. Но самое интересное то, что именно генерал-полковник Покровский после войны проводил расследование по событиям вокруг 22 июня и именно он задавал те самые «Пять вопросов» генералам, начинавшим войну на границе.

Генерал-майор А.П. Покровский и его Военно-научное управление Генерального штаба опрашивало всех генералов начала войны — от командиров дивизий и корпусов, начинавших войну в западных округах, до командования округов, — чтобы иметь полную картину «трагедии 22 июня». Но после смерти Сталина расследование было свернуто, а Г.К. Жуков, став министром обороны в 1955 году, организовал поголовную «реабилитацию» всех «невинно репрессированных» генералов июня 1941 года. Вопросы же «от Покровского», а точнее, ответы генералов на них, были закрыты для изучения до частичной публикации в 1989 году, а большая часть закрыта до сих пор… :80:

Так что если ЦАМО официально подтвердит подлинность черновика-оригинала «Директивы № 1» о 21 июня 1941 года, если МО РФ предоставит для публикации все ответы генералов июня 1941 года на вопросы А Покровского после Великой Отечественной войны, да еще и рассекретит «шифротелеграмму ГШ» от 18 июня 1941 года, то с байкой от наших маршалов Победы о том, что Сталин не давал им приводить войска на границе в боевую готовность можно будет окончательно распрощаться… Но тогда нашим историкам придется вообще с историей начала войны распрощаться. Ее придется переписывать заново…

Какая мотивация была у командиров, которые откровенно не выполнили приказы из Москвы о приведении в боевую готовность своих войск, — не есть задача этого исследования. Пусть этим занимается прокуратура, как занималисьи подчиненные Покровского в Генеральном штабе после войны. Но в том, что это был именно прямой саботаж приказов Наркомата обороны, Генерального штаба, а значит, и Главы правительства СССР И. Сталина, нет никаких сомнений. Ведь приказы надо выполнять в армии, четко и в срок. Особенно приказы о подготовке к вражескому нападению. А их как раз и не выполнили конкретные должностные лица на местах. И списать все на то, что Павлов или Кирпонос «не соответствовали своим должностям» по «интеллекту» или «образованию», не получится — даже самый тупой командир и начальник обязан точно выполнять прямые приказы вышестоящего начальства. Тогда как именно в невыполнении приказов Павлов и обвинялся на следствии и суде, когда его буквально трясли по факту невывода трех дивизий из Бреста, являвшихся ключевыми в обороне брестского направления, на направлении на Минск и Смоленск с Москвой. А потворствовать этому саботажу (вольно или невольно) могли только начальник Генерального штаба Г.К. Жуков и нарком обороны С.К. Тимошенко!

Но именно Г.К. Жуков преподнес всю историю с приведением в боевую готовность войск западных округов перед 22 июня всего лишь как историю написания вечером 21 июня одной-единственной «Директивы № 1», которая якобы приводила в боевую готовность войска в западных округах и которая якобы «опоздала» :80:. Якобы до этого вообще никаких мероприятий такого плана не проводилось, а если что и делалось, то исключительно по «личной инициативе» отдельных командиров, не убоявшихся «тирана»! :80:

Если Глава правительства СССР И.В. Сталин дал все необходимые распоряжения своим подчиненным — наркому обороны С.К. Тимошенко и начальнику Генерального штаба Г.К. Жукову, — и те направили в западные округа соответствующие приказы и директивы о приведении войск в боевую готовность задолго до 22 июня, почему эти приказы не были выполнены?

Если генералы, приговоренные и расстрелянные за срыв этих приказов о приведении в боевую готовность, были «реабилитированы» Жуковым и Хрущевым в 1954–1957 гг., то на каком основании проводилась эта «реабилитация», если они на самом деле не выполняли приказы о приведении в боевую готовность до 22 июня?

Если Сталин не виноват, то тогда кто? Кто несет ответственность за своих подчиненных, даже если они и не изменники Родины и не «заговорщики с целью свержения сталинского режима»?

Так что проведя «реабилитацию» «генералов Павловых», нельзя было не «назначить виновным» другого человека — Сталина. И уже потом для поддержания и обоснования этой версии Жуков стал рассказывать, что никаких приказов о приведении в боевую готовность ни он, ни Тимошенко от Сталина не получали и что Сталин «запрещал им приводить в боевую готовность войска заранее».


================

Жуков и Тимошенко не просто не проконтролировали выполнение собственных распоряжений от 10–12-18 июня 1941 г. о приведении частей западных округов в повышенную и полную боевую готовности. Для такого контроля достаточно было всего лишь обзвонить штабы округов и затребовать доклад о выполнении Директив НКО и ГШ от 10–18 июня не от командующих округов и их ближайших подчиненных, которые слали в Москву бравые оперсводки о выдвижении войск, а, например, по линии «особых отделов», подчиненных самому же Наркомату обороны. Несколько звонков — и саботаж бы выявился! :82: :80: Но они и последнее распоряжение (подтверждающее ранние директивы и телеграммы о повышении боевой готовности) с требованием встретить врага в полной боевой готовности (дословно:«…войскам…округов быть в полной боевой готовности, встретить возможный внезапный удар немцев или их союзников…»), так называемую «Директиву № 1» от 21 июня 1941 года, умудрились передавать несколько часов! :80: Так долго «уговаривали тирана привести войска в боевую готовность» :89:, а когда им дали такое разрешение, то передавали в округа короткий Важный текст, по сути «сигнал боевой тревоги», несколько часов ! И многие части в западных округах в итоге этой «Директивы» вообще не получили :80:.


Жуков и Тимошенко так переживали, что «Сталин не дает им привести части в полную боевую готовность», а когда им, наконец, дали себя проявить — фактически устроили саботаж? Тимошенко и Жуков ушли от Сталина еще в 22.20:82:, и, по словам самого Жукова, Ватутин сразу же, получив черновик «Директивы № 1» (на трех листах из рабочего блокнота, скорее всего, Жукова), помчался в Генштаб отправлять ее в округа. Но сделать это смогли только в 00.30, причем в КОВО «Директива № 1» пришла в 0.25–0.30 ночи (по данным Баграмяна, начальника оперотдела КОВО), а в другие округа — спустя почти час. В Одесский округ — после часа ночи, в Прибалтику тоже, скорее всего, после часа ночи, а в Минск, к Павлову — чуть ли не в 1.45 (если верить документу из «сборника документов от Яковлева» за 1998 год).

На черновике оригинала «Директивы № 1» стоит важная отметка:

«Данная директива поступила в шифровальный отдел в 23–45 21 июня 1941 года. Машинистка Грибкова отпечатала две копии в 23.50» :80: .
Есть и еще одна, не менее важная пометка («снимающая ответственность» с Жукова и Тимошенко):

Директива отправлена в 00.30:80: в ЛВО, ЗОВО, КОВО, ОдВО, ПрибОВО

Но сколько ж тогда «ехал» Ватутин до Генштаба — больше часа (1.20час)? А ведь Генштаб тогда находился возле станции метро «Арбатская», что всего в 5 минутах езды от Кремля. :80:

«Директиву № 1» («приказ Наркомата обороны») отправили не одновременно с отправкой в КОВО, в 0.25–0.30, а спустя 1 час 20 минут. В Минск она «…поступила

22 июня 1941 г. в 01.45-*- Выходит, что слова Жукова о том, что передачу директивы во все округа закончили одновременно, в 0.30, вранье ,


Но если в КОВО ее отправили в 0.30, а в Минск только в 1:45, то разрыв получается 1 час 15 минут .(хотя на каждый округ стоял свой аппарат)

вот только все же ситуация была несколько отличная от каких-нибудь «учений». Ведь оказывается, сам Жуков еще вечером 21 июня обзванивал округа и предупреждал о близости войны. Перед этим, еще 15 и 18 июня, отправляют приказы о приведении войск согласно планов прикрытия в боевую готовность и во втором случае требуют исполнить выполнение приказа к 24.00 21 июня! А тут сплошная «раслабуха»? Как будто ничего необычного не происходит… А ведь Жуков пишет, что отправку «закончили в 0:30». Одновременно для всех округов. :80:



СРАВНЕНИЕ
К 23.00 в кабинет наркома пришел вызванный Тимошенко адмирал Кузнецов и, прочитав текст (похоже, что еще черновика) Директивы, послал бегом своего зама передавать короткий приказ на флоты в соседнее здание Наркомата ВМФ. После этого Кузнецов убыл в свой кабинет и примерно после 23–10-23.15 начал лично обзванивать флоты, и даже если там еще не получали его приказ-телеграмму о приведении в боевую готовность, он по телефону требовал немедленно поднимать флоты по тревоге. :77:

Жуков же , закончив писать текст Директивы в блокнот шифрограмм, только спустя еще минут 25.30 после ухода Кузнецова передал его Ватутину, чтобы тот (согласно своей должности) отнес Директиву в Генштаб для отправки в войска. Ватутин, возможно, и отнес ее (и шифроблокнот с текстом, и черновик на трех листах рабочего блокнота-тетради Жукова) шифровальщикам к 23.45, а затем и в Оперативное управление для отправки в округа, где ее Василевский увидел в первом часу ночи

Никто в своих воспоминаниях не пишет, что Жуков или Тимошенко по телефону доводили суть «приказа наркома», «Директиву № 1», до того, как она пришла в округа. Флотские командиры получили устный приказ от адмирала Кузнецова , а армейские от Тимошенко или Жукова — нет. е


почему в войсках западных округов (кроме одного!) приказ о приведении в полную боевую готовность, приказ об объявлении тревоги был доведен до частей только после 2.30! Всего за 1 час до нападения Германии! :80:


В ходе исследования того, как войска приводились в боевую готовность, были рассмотрены три основных западных округа — Прибалтийский, Белорусский и Киевский. Однако без внимания остался самый «скромный» из четырех западных округов — Одесский. Этот Одесский округ, он же Южный фронт, только в июле 1942 года был соединен с Юго-Западным, а затем влит в Северо-Кавказский фронт. Но в истории войны он как-то «затерялся». А зря. Ведь в этом округе и приказы до 22 июня исполнили, как надо, и в ночь на 22 июня все сделали, как положено. И даже странная задержка в Генштабе с отправкой «Директивы № 1» в округа не помешала командованию этого округа привести свои войска в полную боевую готовность до нападения Германии, и все части получили «приказ наркома» вовремя — почти за 2 часа до нападения врага :77: :77: :77: :77:

Много рассказывают о том, как нарком ВМФ адмирал Н.Г. Кузнецов «по личной инициативе поднимал флот по тревоге» и приводил флот в боевую готовность до 22 июня «вопреки Сталину». Но как-то при этом не говорилось о том, как генерал Захаров, начштаба ОдВО, привел свой округ в боевую готовность за несколько дней до 22 июня. А в ночь на 22 июня он рассредоточил авиацию округа по полевым аэродромам и поднял по тревоге войска округа… еще до прихода в округ «Директивы № 1»

Во-первых, о ситуации с отправкой артиллерии округа на полигонные стрельбы:

«..В этот же день (15 июня) штаб округа отдал распоряжение: вторую очередь артиллерийских полков не отправлять на окружной артиллерийский полигон, где они должны были проводить боевые стрельбы; задержать также отправку и зенитной артиллерии на полигон…» :77:

Помните, как Павлов не вернул свою артиллерию с полигонов после 11 июня, получив Директиву НКО и ГШ от 10 июня о начале вывода «глубинных» дивизий «в районы, предусмотренные планом прикрытия»? И не только не вернул, но и отправлял на полигоны оставшиеся артполки 15 июня :80:. А в ОдВО в этот же день отменяют плановые стрельбы :77:.

Насчет того, почему авиация ОдВО не понесла особых потерь в первые налеты 22 июня :77: :

«Проводилась проверка боевой готовности войск. Многие авиационные части и соединения поднимались по боевой тревоге с наступлением темноты. В течение ночи летный состав тренировался в перебазировании самолетов с постоянных аэродромов на оперативные. Взлет самолетов намечался с таким расчетом, чтобы летчики, совершив перелет, успели с наступлением рассвета сесть на оперативные аэродромы, где создавались запасы горючего и боеприпасов…» :77:

Т. е. и летный состав обучался ночным перелетам, и полевые (оперативные) аэродромы были подготовлены к перебазированию и приему самолетов заранее. Чего не делалось ни в КОВО, ни в ЗапОВО, ни даже в ПрибОВО, где тоже процветала «личная инициатива» и где командующие ВВС после 22 июня были расстреляны за «бездействие».

По ситуации вокруг «телеграммы ГШ от 18 июня» об отводе приграничных частей от границы на свои рубежи обороны и приведении войск в боевую готовность :77: :

«..В конце июня в округе намечалась армейская полевая поездка со средствами связи, на которую привлекались все корпуса, авиация и армейский аппарат, выделяемый по мобилизации из окружного управления. :77: ..


Но время получения в округе «приказа наркома» Захаров указал достаточно точно — «во втором часу ночи», т. е. прием «Директивы № 1» начали примерно в 1.10–1.15 ночи 22 июня (на прием и расшифровку требуется еще минут 30). А Жуков и Василевский пишут, что передачу в округа Директивы они закончили в 0.30. И отметка на «черновике-оригинале Директивы № 1» об этом же — «Директива отправлена в 0:30» в западные округа. Но тогда выходит, что Жуков и Василевский решили «подрезать» себе еще полчаса… :80: :80: :80: :80: :80: :80:

Начальник штаба округа генерал М.В. Захаров, кроме того, что «немедленно» отправил «приказ наркома» в войска, сделал еще одно, самое важное — около 1.45 ночи он объявил не только во всех войсках округа, но уже «во всех гарнизонах» боевую тревогу :77: . Это не было для округа чем-то особенным или сложным, поскольку войска округа были приведены в повышенную боевую готовность загодя, начиная с 13–18 июня :77: .


начальник штаба Одесского округа подготовил свой округ к войне. Единственного в СССР военного западного округа, на 22 июня практически полностью готового к нападению врага! И где до частей довели приказ о приведении войск в боевую готовность еще за 2 часа до прихода в округ «Директивы № 1»…

Вот что по событиям в ОдВО писал К.А. Мерецков:

«В ночь на 22 июня только Военно-Морской Флот и войска Одесского военного округа были приведены в боевую готовность и в первый день войны не понесли серьезных потерь…»

К чести Жукова, он в своих бессмертных воспоминаниях занимался не только тем, что выставлял Сталина негодяем. Он все же написал о последних днях перед 22 июня практически всю правду. И о том, что мобилизацию и доукомплектование войск западных округов военные провели еще в мае-июне , и о том, что они выдвигали войска приграничных округов в сторону границы в последнюю неделю . Под видом «учений» и «лагерных сборов», по «личной рекомендации наркома», но проводили-таки выдвижение войск перед нападением Гитлера . Все вместе это и есть Приведение в повышенную и полную боевую готовность войск западных округов перед нападением Германии 22 июня ! Так что в этом плане Г.К. Жуков, в общем-то, чист перед историей — все, что надо было сказать об этих днях, он сказал . Правда, надо еще суметь найти в его воспоминаниях эту информацию :68:, суметь сопоставить с опубликованными спустя почти 30 лет документами этих дней. А так, конечно, маршал «чист», не соврал . Правда, со временем отправки «Директивы № 1» в округа, похоже… «слукавил» , но в остальном — «чист».


======================

КАК Я ПОНЯЛ ЕСЛИ ЖУКОВ ВЫШЕЛ ИЗ КАБИНЕТА СТАЛИНА в 22.20ч , А ОТПРАВИЛ ТОЛЬКО К 1.15 ч = , (вычетаем пол часа на зашифровку) ТО ЖУЧАРА КАК РАЗ И СХАВАЛ ТЕ 2 ЧАСА , КОТОРЫХ НЕ КВАТАЛО ВОЙСКАМ ????





И все бы ничего в этом приказе, да вот только при получении такого «приказа», «боевого распоряжения», командующим армиями этого округа оставалось разве что пустить себе пулю в лоб. Особенно командирам корпусов и дивизий в этом округе. При получении подобного приказа командиры должны вскрыть «красные пакеты» и начинать, согласно приказам в этих «пакетах», «действовать по-боевому» — выполнять План прикрытия. Вот здесь и произошло то, что привело к разгрому ЗапОВО: практически все дивизии и корпуса не имели никакого понятия о том, что им делать и куда выдвигаться. А все потому, что «вскрывать» им было нечего :80: :80:.


В «красных пакетах» дается общее указание и разрешение на выполнение «Плана прикрытия» в части, касающейся этой конкретной дивизии, — куда двигаться, в какие сроки и т. п. Так вот практически во всех корпусах и дивизиях ЗапОВО «красные пакеты» просто отсутствовали — в связи с тем, что армейские «красные пакеты», даже если они и были, находились «под сукном» в штабе округа на утверждении у командующего округом Павлова. :80:

С одной стороны, окружной «ПП» на 22 июня еще не был утвержден в Москве. Однако «хитрость» была еще и в том, что командиры дивизий и корпусов даже на стадии разработки «Планов прикрытия» не были с ними ознакомлены «в части их касающейся» и не участвовали в их разработке.
Из того, что на сегодняшний день накопали «архивные археологи», получается что Планы прикрытия действительно не были к 22 июня утверждены в Генштабе Жуковым
Маршал Захаров пишет, что директива НКО и ГШ на разработку окружного «ПП» пришла в Одессу еще 6 мая. Но командиры дивизий и корпусов ОдВО знали на 22 июня «свой маневр» только потому, что сами участвовали в разработке частей окружного плана прикрытия, как это и должно происходить в таких случаях. И то, что сам ПП был представлен в ГШ на утверждение только

20 июня, особого значения не имело, и кто его повез в ГШ — тоже было не важно. В «красных пакетах» находились все необходимые указания, и командиры частей прекрасно знали, что им делать в случае нападения. Но сами планы должны были доводить до командиров еще в процессе их разработки :80:


Но если нет пакета, нечего вскрывать, и командиру дивизии или корпуса (до которого «планы прикрытия» вообще не доводились, как К.К. Рокоссовскому в КОВО) непонятно, что делать, — и начинается «вечный русский бардак». :80:

Кстати, Павлов в 5 часов 25 минут 22 июня отправил командармам 3-й, 10-й и 4-й армий «Боевое распоряжение» — «Поднять войска и действовать по-боевому…». Отправил в армии, не имеющие «красных пакетов»? В армии, командиры которых понятия не имеют, что им делать согласно «майского ПП»? Но в Москву, однако, он об этом «боевом распоряжении» доложил еще за час до этого, еще в 4:20:

22 июня 1941 г., 4:20.

Первое: 3-я армия — до 60 самолетов немцев бомбят Гродно. Наша авиация завязала воздушные бои.

Второе: 10-я армия — группа диверсантов перешла границу, из них 2 убито, 2 ранено, 3 захвачено в плен, один бежал.

Третье: 4-я армия — в 4:20 началась бомбежка Бреста. Количество самолетов не выяснено.

Четвертое: По всей границе по данным постов ВНОС — артиллерийская перестрелка.

Пятое: Приказано поднять войска и действовать по-боевому :80: :80: .


Когда ставится вопрос, почему вместе с Павловым не поставили к стенке и Жукова, ответ следует достаточно простой — у них были разные цели. Павлов и ему подобные открывали фронт немцам и, возможно, собирались сместить Сталина с его «кровавым режимом», а Жуков собирался геройски побеждать Европу. При этом все конечно же радели за Родину. И для того чтобы поставить к стенке Жукова, Сталину надо было еще разобраться с тем, что натворил лично Жуков. С Павловыми вроде бы все понятно — они примитивно не выполняли приказы. С тем же, что сделал Жуков и некоторые другие высшие чины, должны были помочь разобраться после войны «вопросы Генштаба», вопросы «от Покровского». И прежде всего — «Вопрос № 1»: «Был ли доведен до войск в части, их касающейся, план обороны государственной границы; когда и что было сделано командованием и штабами по обеспечению выполнения этого плана?» Но для расследования требовалось время — как и что делалось в округах, что предписывалось «Планами прикрытия» и что выполнялось реально. А самое главное — надо было разобраться, на каком основании «Жуковы» пошли на подмену утверждённых «Соображений…», не предусматривающих всеобщее наступление на напавшего врага сразу после его нападения!


:82: :82: :82: :82: :82: :82: :82:
В. Савин не учел того, что дальше началась бы не только война, но и политика и Запад кинулся бы защищать Европу от «азиатских орд большевиков». Не стоит забывать слова Г. Трумэна, сенатора от штата Миссури, ставшего в конце войны президентом США, сказанные летом 1941: «Если мы увидим, что выигрывает Германия, то нам следует помогать России, а если выигрывать будет Россия, то нам следует помогать Германии, пусть они убивают как можно больше, хотя я не хочу победы Гитлера ни при каких обстоятельствах». То есть Запад, даже помогая Гитлеру, все равно его уничтожил бы после разгрома СССР. Западу было неважно, каким образом начнется война между Россией и Германией и даже чем она закончится: главное, чтобы сцепились. Англия и США делали все, чтобы СССР и Германия сцепились летом 1941 года, и Сталин никак не мог на это повлиять. Он мог только не стать агрессором и «заполучить» западную «демократию» в «союзники». Жуков, похоже, ничего этого не понимал. Не зря ж Жукова Молотов окрестил и «горлопаном», и никудышным политиком, хотя политиком Жуков себя, видимо, и мнил :82: :82: :82: :82: :82: :82: :82: :82:…


Жуков понимал это лучше многих и потому настоял
(Добавление)
Жуков понимал это лучше многих и потому настоял на расстреле Павлова — ведь Павлов сорвал ему такую «красивую победу»! Но когда Сталина не стало, Жукову проще стало говорить о том, что приведения армии в боевую готовность вообще не было, чем пытаться объяснять и свою некомпетентность, и предательство подчиненных. Впрочем, подмена Жуковыми официально утвержденных планов обороны — это тема другого большого исследования (будет проведена в следующей книге «о 22 июня»…).

Надеюсь, что теперь стало понятно, почему ни Жуков в своих «бессмертных» «Воспоминаниях…», ни «официальные» историки во времена КПСС и сегодня так не жалуют «Директивы от 10–12 июня». Начни историки разбирать эти директивы, и выявится полная неприглядность действий Жукова, станет понятна его ответственность за разгром РККА в начале 1941 года

Ведь байка о том, что «Сталин запрещал приводить войска в боевую готовность», в нынешней «мифологии 22 июня» является ключевой. Разрушьте ее — и развалятся все «обвинения» против Сталина, относящиеся к Великой Отечественной войне. Придется переписывать всю историю ВОВ. Придется отменять «решения партии» и снова искать «виновных»….


События последних предвоенных дней и действия перед 22 июня показаны на основе мемуаров основных участников событий, архивных документов и частично- официальных «показаний» тех, кто спустя годы эти мемуары писал. Документы показаны, мемуары разобраны, «показания» представлены (в достаточно полном объеме «показания» генералов были опубликованы в 1989 году в «Военно-историческом журнале», в № 3 и 5, и будут подробно разобраны в следующей книге «о 22 июня»).


=============



http://lib.rus.ec/b/321849/read
ПРОТОКОЛЫ ДОПРОСА Д.Г. ПАВЛОВА

Военная Коллегия Верховного Суда СССР.

Приговорила:

Павлова Дмитрия Григорьевича, Климовских Владимира Ефимовича, Григорьева Андрея Терентьевича и Коробкова Александра Андреевича лишить военных званий: Павлова — «генерал армии», а остальных троих военного звания «генерал-майор’ и подвергнуть всех четырех высшей мере наказания — расстрелу :82: с конфискацией всего лично им принадлежащего имущества.


Павлова обвинили в том, что он не доводил до своих подчиненных приказы НКО и ГШ «от 10 июня» о начале выдвижения частей к границе и телеграмму от 18 июня об отводе приграничных частей от границы И ПРИВЕДЕНИИ ВОЙСК В БГ.
:82: :82: :82: :82: :82: :82: :82:
«Протокол допроса арестованного Павлова Дмитрия Григорьевича.

Павлов Д. Г., 1897 года рождения, уроженец Горьковского края, Кологривского района, деревни Вонюх. До ареста командующий Западным фронтом, генерал армии, член ВКП(б) с 1919 г.

9 июля 1941 г.

Допрос начат в 12 час. 00 мин.

Ответ:.. мною был дан приказ о выводе частей из Бреста в лагеря еще в начале июня текущего года, и было приказано к 15 июня все войска эвакуировать из Бреста.

Я этого приказа не проверил, а командующий 4-й армией Коробков не выполнил его, и в результате

22-я танковая дивизия, 6-я и 42-я стрелковые дивизии были застигнуты огнем противника при выходе из города, понесли большие потери и более, по сути дела, как соединения не существовали. Я доверил Оборину — командир мехкорпуса — приведение в порядок мехкорпуса, сам лично не проверил его, и в результате даже патроны заранее в машины не были заложены».

Речь здесь идет о приведении мехкорпуса Оборина в боевую готовность до 22 июня. И Павлов опять уверяет, что отдал команду Коробкову на вывод дивизий из Бреста. Правда, на этот раз он говорит, что дал такую команду Коробкову чуть ли не в начале июня

ДОКАЗАНО , ЧТО ПАВЛОВ В БРЕСТ ПРИКАЗЫ О ВЫХОДЕ НА ПРЕДПОЛЬЕ НЕ ОТДАВАЛ .


Военная коллегия Верховного суда Союза ССР определением № 4п-095Ю/57 от 31 июля 1957 г. , рассмотрев материалы дела на Павлова Д.Г . и других, нашла заключение Генерального прокурора СССР обоснованным и определила: приговор Военной коллегии Верховного суда СССР от 22 июля 1941 г . в отношении Павлова Д.Г. и других отменить :80: по вновь открывшимся обстоятельствам, дело производством прекратить за отсутствием состава преступления…»
:80: :80:





Наиболее организованно, практически полностью и вовремя приведение войск в боевую готовность состоялось в Одесском военном округе. В Прибалтике — примерно на 80 процентов. На Украине — «50 на 50». А в Белоруссии выполнили соответствующие приказы Москвы едва процентов на 20.
:82: :82: :82:

А ведь если бы Павлов просто выполнил свои должностные обязанности, то весь ход войны пошел бы совсем по другому сценарию. И, скорее всего, сегодня действительно отмечали бы Победу не в битве под Москвой, а в битве под Смоленском.
:82: :82:

Фон Бутлар в очерке «Война в России», приведенном в книге «Мировая война 1939–1945 годы» писал: «Критически оценивая сегодня пограничные сражения в России, можно прийти к выводу, что только группа армий «Центр» смогла добиться таких успехов, которые даже с оперативной точки зрения представляются большими. Лишь на этом направлении немцам удалось разгромить действительно крупные силы противника и выйти на оперативный простор. На других участках фронта русские повсюду терпели поражение, но ни окружить крупных сил противника, ни обеспечить для моторизованных соединений достаточной свободы маневра немцы не сумели. Группы армий «Север» и «Юг» продвигались, как правило, тесня искусно применявшего маневренную оборону противника, и на их фронтах даже не наметилось никаких возможностей для нанесения решающих ударов» :80:

Важное свидетельство стойкости ПриОВО дал К. Типпельскирх в своей «Истории Второй мировой войны»: «Войска противника под командованием маришла Ворошилова с самого начала имели глубоко эшелонированное расположение… Очевидно, противник был осведомлен о большом сосредоточении немецких соединений в Восточной Пруссии… уничтожение крупных сил противника, как это намечалось, не было осуществлено…» (Ю.И. Мухин. «Если бы не генералы»).


Дальнейшие действия генерала Павлова (после начала ВОВ) никакой роли уже не играли, округ в масштабе всей республики был обречен. :80: Однако даже половинчатые меры, выполненные в соседних округ ах, позволяли сдержать первый удар немцев, и, по крайней мере, массового взятия пленных в первые недели не было. Но сданный Павловым округ не оставлял соседним округам шансов на успешную оборону никаких. :80: :80: :80:

И особенно важно то, что эти три дивизии (БРЕСТА) закрывали направление Главного удара немцев в Белоруссии — на Минск, и дальше — на Смоленск и Москву. Это направление удара было главным в Варианте «Барбаросса».

Ф. Гудериан, «Воспоминания солдата»:

«Тщательное наблюдение за русскими убеждало меня в том, что они ничего не подозревают о наших намерениях. Во дворе крепости Бреста, который просматривался с наших наблюдательных пунктов, под звуки оркестра они проводили развод караулов. Береговые укрепления вдоль Западного Буга не были заняты русскими войсками. Работы по укреплению берега едва ли хоть сколько-нибудь продвинулись вперед за последние недели. Перспективы сохранения момента внезапности были настолько велики, что возник вопрос, стоит ли при таких обстоятельствах проводить артиллерийскую подготовку в течение часа, как это предусматривалось приказом…» (с. 208).

«Внезапность нападения на противника была достигнута на всем фронте танковой группы. Западнее Брест-Литовска (Бреста) 24-м танковым корпусом были захвачены все мосты через Буг, оказавшиеся в полной исправности…» (с. 209).

Фон Бок, «Я стоял у ворот Москвы»:

«Все началось в соответствии с планом. Странное дело: русские почему-то оставили один мост через Буг в целости и сохранности…» (с. 47).

«Удивляет то, что нигде не заметно сколько-нибудь значительной работы их артиллерии…» (там же).

Подобных цитат очень много. Все эти цитаты широко известны, но в связке с протоколами допросов Павлова и документами о передислокации войск и планах обороны они приобретают иной оттенок:[/b Павлов говорит, что все Директивы и приказы Москвы передавал в войска и повышал боеготовность частей округа. Но Павлов врет, и его уверения в том, что он «готовил войска к войне», опровергают даже немецкие генералы. В то же время подобных цитат о соседних округах в немецкой мемуарной литературе практически не приводится
. :82:



Я ЛИЧНО ДУМАЮ , ЧТО В СТАЛИНСКОЙ АТМОСФЕРЕ ТОТАЛЬНОГО НЕ ИСПОЛНЕНИЯ ПИСАННЫХ ЗАКОНОВ , КОГДА В ОСНОВЕ ИСПОЛНЯЛИСЬ ТОЛЬКО УСТНЫЕ РАСПОРЯЖЕНИЯ ВОЖДЕЙ :82:

ЭТИМ МОЖНО ОТ ЧАСТИ ПОЯСНИТЬ ПОВЕДЕНИЕ ПАВЛОВА ДО ВОВ Т.К.

Павлов постоянно пытается указать, что именно в Москве находились те, кто занимался «успокаиванием» командующего Западным Особым округом . Что на западном направлении не обошлось без предательства в Москве. Обратите внимание, что и в случае с Павловым, и в случае с Кирпоносом «успокаиванием и убаюкиванием» командующих «занимается» один и тот же человек — нарком обороны маршал С.К Тимошенко. :80: Но вряд ли Павлов мог открыть фронт просто «по личной инициативе» и даже «от обиды» за генералов, расстрелянных в 1937 году. Он открывал фронт осознанно, понимая, что делает, и делал это явно в сговоре с кем-то в Москве! :80:
Вот поэтому и пишет А. Мартиросян, что без согласованных с кем-то в Москве действий в западных округах Павловы и кирпоносы ничего не делали. Но, хотя Жуков в августе 1941 года и подавал Сталину записку о том, что в ГШ есть предатели, :82: Сталин не стал реагировать жестко. В тот момент этого нельзя было делать
ъ



Генштаб еще в 195б году, при министре обороны Жукове , дал такое заключение по действиям Павлова: Павлов, Климовских, Григорьев, Коробков и Клич (начальник артиллерии ЗапОВО) — не виновны «в проявлении трусости, бездействия, нераспорядительности, в сознательном развале управления войсками и сда

Причины и «авторы» трагедии 22 июня известны уже 70 лет — они названы были еще в 1941-м. Однако за последние полвека и эти причины, и эти «авторы» всячески замалчивались, начиная еще с советских времен, практически сразу после смерти Сталина, поскольку «авторы трагедии 22 июня» были успешно реабилитированы. А коль скоро «авторы» невиновны, то и сделанное ими для трагедии 22 июня следует игнорировать, что и делали все эти годы историки и исследователи. Виновник «трагедии 22 июня» был назван еще на XX съезде КПСС — И.В. Сталин. А разве может спорить с «решениями партии» советский историк времен «эпохи Брежнева-Горбачева», да и современный историк тоже? Вот и не спорят. Так проще…
А всего за время и после войны расстреляли едва ли не сотню генералов разного положения, причем основная масса этих «репрессированных» была расстреляна именно «за 22 июня» — около 70 генералов , из них полсотни в начале Великой Отечественной войны. Для сравнения: в боях, в плену и от болезней погибло около 400 советских генералов.


Г.К. Жуков и С.К. Тимошенко должны были попасть под суд как минимум за то, что, отдав распоряжения о приведении войск западных округов в рамках «скрытой мобилизации» (и «рекомендаций» наркома командующим округов «провести тактические учения в сторону госграницы») фактически в полную боевую готовность к отражению вероятного нападения немцев, не проверили их исполнение
Вот за это Жукова и сняли с поста начальника Генштаба по окончании следствия по «Делу Павлова», а не за то, что он «предлагал Сталину оставить Киев»!

=========================

ВОТ ПОЧЕМУ ПРОМАРГАЛ СТАЛИН ВРАГОВ В РККА
В 1931 году «особые отделы» передали в НКВД, в подчинение Управления госбезопасности. Но в начале февраля 1941 года, когда из структуры НКВД было выделено в отдельное ведомство (комиссариат) НКГБ, «особые отделы» опять передали в отдельное Управление при Наркомате обороны. По мнению историка А. Мартиросяна, это явилось большой стратегической ошибкой Сталина и Берии, которую исправили только в июле 1941 года, когда пришлось ставить к стенке десятки генералов за их «деятельность» перед войной и в начале войны.

ЭТО ПОДЧИНЁННЫЕ БЕРИИ (а не Павлова) КАРЯБАЛИ НА СТЕНАХ БРЕСТСКОЙ КРЕПОСТИ "УМРЁМ НО НЕ СДАДИМСЯ" :77:

Как замечательно заметили те же Мартиросян и Мухин, некоторые генералы если и не открыто предали Родину, как Д.Г. Павлов, то заняли выжидательную позицию — куда кривая вывезет. Но на их голову Сталин просто заставил их стать героями, заставил воевать. Благодаря его «тирании» не все наши генералы стали власовыми и в учебники истории вошли как спасители России :77: :77:


к тому же

"Следователь постоянно пытается «раскрутить» Павлова на «предательство и измену», но Павлов держится стойко. Он так и не признал «измены» ни до суда, ни на суде; и косвенно это говорит о том, что «недозволенных методов следствия» к нему не применялось, иначе он мог признать все, что угодно" :56:

НА СУДЕБНОМ ЗАСЕДАНИИ ЕГО УЖ ТОЧНО НЕ КТО НЕ ПЫТАЛ ,- ГДЕ ПАВЛОВ ДАВАЛ ПОКАЗАНИЯ , ЧТО НЕ ВЫПОЛНИЛ ДЕРЕКТИВ СТАЛИНА от 10-18 и 21 июня О ПРИВЕДЕНИИ ЕГО ВОЙСК В ПОЛНУЮ БОЕВУЮ ГОТОВНОСТЬ , ГОВОРИЛ О ВЫСОКОПОСТАВЛЕННОМ КОМАНДИРЕ (Тимошенко) , КОТОРЫЙ ПРИКАЗЫВАЛ ЕМУ БЕЗДЕЙСТВОВАТЬ :80:

ТИМОШЕНКО , ЖУКОВ И КУЗНЕЦОВ ПАРАЛЕЛЬНО ВЫШЛИ ИЗ КАБИНЕТА СТАЛИНА ВЕЧЕРОМ 21.06.41г :82: :82: :
ОДНАКО КУЗНЕЦОВ Е ЩЁ В 23ЧАСА В ЭТОТ ВЕЧЕР УСТНО - ПО ТЕЛЕФОНУ ПЕРЕДАЛ ПРИКАЗ СТАЛИНА О ПРИВЕДЕНИИ ПРИГРАНИЧНЫХ МОРСКИХ СИЛ СССР В ПОЛНУЮ БОЕВУЮ ГОТОВНОСТЬ(одновременно запустив шифрограмму о этом) :77:

А ТИМОШЕНКО И ЖУКОВ С 20.20 час ДО 24 час 21.06.41г САБОТИРОВАЛИ ОТПРАВЛЕНИЕ ШИФРОГРАММЫ О ПРИВЕДЕНИИ СУХОПУТНЫХ ВОЙСК В ПОЛНУЮ БОВУЮ ГОТОВНОСТЬ
А ПОТОМ ЕЩЁ И САМ ТИМОШЕНКО В 1.00 НОЧИ 22.06.41г (уже после отправления этой шифрограммы Павлову) ПОЗВОНИЛ ПАВЛОВУ И ВОТ ЧТО О ЭТОМ ЗВОНКЕ СООБЩИЛ ПАВЛОВ СЛЕДСТВИЮ ДОСЛОВНО читайте

"На мой доклад народный комиссар (ТИМОШЕНКО) ответил: «Вы будьте поспокойнее и не паникуйте, штаб же соберите на всякий случай сегодня утром, может, что-нибудь и случится неприятное, но смотрите, ни на какую провокацию не идите. Если будут отдельные провокации — позвонитё’. На этом разговор закончился". :80: :80: :80:
А ЗАДЕРЖАННУЮ ЖУКОВЫМ -ТИМОШЕНКО ДЕРЕКТИВУ О ПРИВЕДЕНИИ ВОЙСК В ПОЛНУЮ БОЕВУЮ ГОТОВНОСТЬ , ПАВЛОВ ПОЛУЧИЛ ТОЛЬКО В 4.00 час (в разгар бомбёжки) :80:

ТАК ЖЕ СВИДЕТЕЛЬСТВУЕТ О НЕЖЕЛАНИИ ЗАЩИЩАТЬ СТАЛИНА , - ВЫСШИХ КОММАНДИРОВ (Жукова . Тимошенко) И ТО , ЧТО ПОСЛЕ ДИРРЕКТИВЫ ПОЛУЧЕННОЙ ПАВЛОВЫМ 18.06.41г О ПОЛНОМ РАЗВЁРТЫВАНИИ ВСЕХ ВОЙСК К 24.час 21.06.41г , павлов ПОЛУЧАЕТ ПРОТИВОРЕЧАЩУЮ ДИРРЕКТИВУ О РАЗСРЕДОТОЧЕНИИ ВСЕХ САМОЛЁТОВ ДО 1 июля 41г (это не могло быть опечаткой) - это подтверждает саботаж первых лиц командования СССР :80:

КТО ПОЯСНИТ , ПОЧЕМУ МОЖЕТ БЫТЬ ЗАСЕКРЕЧЕН ПРОТОКОЛ ДОПРОСА ПАВЛОВА ОТ 21 ИЮЛЯ 41г ДО СИХ ПОР??? ЧТО ТАМ МОЖЕТ БЫТЬ СЕКРЕТНОГО???
(Добавление)
.
ПРИКАЗЫ И ВЫРАЖЕНИЯ САМОГО ГЕНШТАБА СССР - ДОКАЗЫВАЮЩИЕ ЧТО СТАЛИН ЖДАЛ ВТОРЖЕНИЯ ГИТЛЕРА , ДЛЯ СТАЛИНА НЕ КАКОЙ НЕОЖИДАННОСТИ В НАПАДЕНИИ НЕ БЫЛО :82: :82: :82:

1) http://www.tuad.nsk.ru/~history/...cles/danilov.htm
Чем объяснить pазительное несоответствие между много pаз доказанным фактом длительной и pазностоpонней подготовки СССР к большой войне и сокpушительными поpажениями наших войск в течение ее пеpвых месяцев?

Дело в том, что из текста "Сообpажений" были исключены весьма важные для научного анализа положения и сведения о составе и соотношении сил и сpедств стоpон в целом и по отдельным фpонтам, возможном напpавлении главного удаpа пpотивника, веpоятных союзниках Геpмании, обеспеченности имеющимися запасами pазвеpтывания и боевых действий войск и дpугие данные.
В "Сообpажениях" упоминаются еще шесть документов (допуск к ним все еще не pазpешен):

План стpатегического pазвеpтывания Вооpуженных Сил СССР на случай войны с Геpманией;
План намечаемых боевых действий на случай войны с Геpманией;
Схема pазвеpтывания, на каpте 1:1000000, в 1 экз.;
Схема pазвеpтывания на пpикpытие, на 3-х каpтах;
Схема соотношения сил, в 1 экз.;
Базиpование ВВС наЗападе, 3 каpты.
Сохpанился также pяд диpектив (в том числе pукописных) Генштаба о пеpегpуппиpовке и стpатегическом pазвеpтывании войск, по опеpативным, оpганизационным и дpугим вопpосам.

в) данные о силах и сpедствах стоpон пpиведены по состоянию на 15 мая, - вполне веpоятно, что pабота над документом была завеpшена по кpайней меpе между 7 и 15 мая 1941 г.
О хаpактеpе этого документа пpедельно лаконично и выpазительно говоpит следующее установочное положение из него: "Учитывая, что Геpмания в настоящее вpемя деpжит свою аpмию отмобилизованной, с pазвеpнутыми тылами, она имеет возможность пpедупpедить нас в pазвеpтывании и нанести внезапный удаp :82:. Чтобы пpедотвpатить это и pазгpомить немецкую аpмию, считаю необходимым ни в коем случае не давать инициативы действий геpманскому командованию, упpедить пpотивника в pазвеpтывании и атаковать геpманскую аpмию в тот момент, когда она будет находиться в стадии pазвеpтывания и не успеет еще оpганизовать фpонт и взаимодействие pодов войск :82: "
9 (подчеpкнуто каpандашом pукой H.Ф. Ватутина).......
==============

http://liewar.ru/content/view/182

http://liewar.ru/content/view/182
Маршал Советского Союза М.В. Захаров, генерал-майор и начальник штаба ОдВО в июне 41-го :82:, «Генеральный штаб в предвоенные годы», М.: Воениздат, 1989 г. Размещено на сайте – http://militera.lib.ru/memo/russ...harov_mv/06.html :

«В связи с нарастанием угрозы военного нападения фашистской Германии на СССР приграничные военные округа в мае 1941 года получили соответствующие директивы наркома на разработку плана обороны государственной границы.


В директиве НКО, подписанной 6 мая 1941 года, от Одесского военного округа требовалось: для прикрытия мобилизации, сосредоточения и развертывания войск разработать детальный план обороны государственной границы…


В соответствии с директивой Генштаба штаб ОдВО разработал план прикрытия государственной границы, в котором предусматривался следующий замысел: активной обороной, опираясь на систему полевых позиций, построенных вдоль государственной границы, и ряд оборонительных рубежей в глубине, прикрыть наиболее важные направления и не допустить прорыва фронта обороны и распространения противника в глубину, особенно с фронта Сэвени, Яссы, Фэлчиу, Галац; в случае вклинения врага в нашу оборону задержать его продвижение, опираясь на промежуточные тыловые и отсечные позиции, а затем резервами командования округа и всей авиацией ликвидировать прорыв.
В соответствии с этим замыслом создавалась и группировка войск прикрытия…
Соответствующие командиры и штабы изучили полосы обороны своих соединений и участки полков в пределах районов прикрытия (т.е. командиры полков включительно знали свои участки обороны согласно окружного «ПП» – К.О.Ю.).

Многие войсковые части провели боевые тревоги и выводили подразделения в намеченные для них районы, что дало возможность установить срок готовности первых эшелонов прикрытия по боевой тревоге (2–3 часа. :82: :82: (Т.е. приграничные части первого эшелона проводили тренировки в районах своей обороны, где они в принципе и находились, и отработанный норматив подъема по тревоге для этих частей составлял 2-3 часа. :82: При этом части второго эшелона и резерва должны были знать, куда они выдвигаются в случае объявления тревоги, – в какой район сосредоточения. Прибыв в который они и получат следующие приказы – куда двигаться дальше и какую задачу выполнять.… – К.О.Ю.)

(ЭТИ ТРЕНИРОВКИ ВЫХОДА И ПОЯСНЯЕТ , ПОЧЕМУ ТОЛЬКО ЗА 3 ЧАСА ДО ВОВ СТАЛИН ДАЛ ПРИКАЗ ЧАСТЯМ НА ЗАНЯТИЕ ПРЕДПОЛЬЯ :77: :77: :77:
==============
Вдоль Днестра находилось два укрепленных района — Рыбницкий и Тираспольский, созданные еще в 30-х годах на старой государственной границе с Румынией. За несколько дней до начала войны в этих укрепрайонах по указанию округа и в соответствии с директивой Генерального штаба проводились работы по оборудованию предполья в глубину до 35 километров от Днестра. :82:

20 июня были представлены в Генеральный штаб. С докладом по представляемому плану прикрытия в Генеральный штаб выехал заместитель по оперативным вопросам начальника штаба ОдВО полковник Л. В. Ветошников. Не ожидая утверждения этого плана Наркомом обороны, штаб округа дал соответствующие указания командирам корпусов по отработке частных планов соединений….».

И разработка идет именно «снизу». И хотя «ПП» из Одессы поступил в ГШ только 20 июня 41-го, генералы и командиры ОдВО «свой маневр» знали. Также обратите внимание на то что «срок готовности первых эшелонов прикрытия по боевой тревоге» устанавливался четкий и достаточно не большой – «2–3 часа». Это время устанавливалось для частей находящихся на самой границе – дивизий прикрытия, которые и так всегда находятся в повышенной боевой готовности :77:. Или для уже приведенных ранее в повышенную боевую готовность войск округов, которые могут быть подняты по боевой тревоге по первой команде из Москвы и приведены в полную боевую готовность
!В реальности именно столько времени и понадобилось флоту, чтобы перейти из «готовности № 2» в «№ 1» в ночь на 22 июня. Именно столько понадобилось и Одесскому округу, чтобы его войска в ночь на 21-22 июня были подняты по тревоге и приведены в полную б.г..
И именно столько времени понадобилось бы и остальным трём округам в ночь на 22 июня, чтобы и их войска были приведены в полную боевую готовность. Но в реальности этого не произошло и этих «2-3» часов войскам просто не дали и об этом чуть позже.…
Также интересно свидетельство Захарова о том, что «За несколько дней до начала войны» в округах «проводились работы по оборудованию предполья» в укрепрайонах! И именно «в соответствии с директивой Генерального штаба»! :77:

Директива НКО и ГШ на разработку «ПП» в ПрибОВО была от 14 мая: «С целью прикрытия отмобилизования, сосредоточения и развертывания войск Прибалтийского Особого военного округа к 30 мая 1941 года лично Вам с начальником штаба и начальником оперативного отдела штаба округа разработать: а) детальный план обороны государственной границы…». Срок на разработку «ПП» стоял – к 30 мая, однако Ф. И. Кузнецов (точнее начштаба округа Кленов, расстрелянный осенью 41-го) командующих армиями вызвал для «ознакомления» с новым «ПП» только 28 мая! :77:


Укрепления строились дивизиями в своих полосах обороны. Поэтому командиры полков и батальонов их хорошо знали.

«Генерал-полковник Л.М. Сандалов (бывший начальник штаба 4-й армии). В апреле 1941 года командование 4-й армии получило из штаба ЗапОВО директиву, согласно которой надлежало разработать план прикрытия отмобилизования, сосредоточения и развертывания войск на брестском направлении. В ней указывалось, что «с целью прикрытия отмобилизования, сосредоточения и развертывания войск вся территория округа разбивается на армейские районы прикрытия…». В соответствии с окружной директивой был разработан армейский план прикрытия


от 6 мая: «С целью прикрытия отмобилизования, сосредоточения и развертывания войск округа, к 20 мая 1941 г. лично Вам, с начальником штаба и начальником оперативного отдела штаба округа, разработать: а) детальный план обороны государственной границы…».

Пришла она в Минск в первых числа мая.

«Полковник А.С. Кислицын (бывший начальник штаба 22-й танковой дивизии 14-го механизированного корпуса). Примерно в марте – апреле 1941 года командир дивизии, я, начальник оперативного отделения и связи были вызваны в штаб 4-й армии (г. Кобрин).
В течении 2-3 суток мы разработали план поднятия дивизии про боевой тревоге, в который вошли и такие документы, как приказ на марш в район сосредоточения, схемы радио- и телефонной связи, :77:инструкция дежурному по дивизии на случай боевой тревоги.

План оборонительных работ был утвержден. На основании принятого мною решения штабом дивизии были разработаны приказ и плановая таблица взаимодействия по ведению оборонительного боя в новой полосе.

Для всех частей дивизии были разработаны планы поднятия их по боевой тревоге, (они) хранились в сейфах командиров в опечатанных конвертах. Вскрытие разрешалось по установленному сигналу.

Командиры стрелковых и артиллерийских полков, отдельных батальонов и дивизионов знали задачи :77:и в соответствии с этим разработали решения и боевые приказы на оборону государственной границы.»


идет перечисление имеющихся у комдивов документов по обороне госграницы на случай войны:

«… командиры дивизий на случай войны имели следующие документы по обороне госграницы:

а) план поднятия войск по тревоге и порядок сосредоточения их в районах сбора;

б) план боевого и материального обеспечения войск;

в) схему обороны госграницы на каждую дивизию с указанием задач до батальона включительно;

г) схему связи армии с корпусами и дивизиями» :77:.



выложена Директива Павлова :82: для этой армии на разработку нового плана прикрытия от 14 мая:

«..№ 468. ДИРЕКТИВА ВОЕННОГО СОВЕТА ЗАПОВО КОМАНДУЮЩЕМУ 3 АРМИЕЙ

№ 002140/сс/ов 14 мая 1941 г. Совершенно секретно Особой важности Экз. № 2


1. На основании директивы народного комиссара обороны СССР за № 503859/сс/ов и происшедшей передислокации частей, к 20 мая 1941 года разработайте новый план прикрытия государственной границы участка ….

Указанному плану присваивается название: "Район прикрытия государственной границы №1". Командующим войсками района прикрытия назначаю Вас.

Штарм – ГРОДНО…»


есть ответ начальника оперативного отдела КОВО И.Х. Баграмяна на этот вопрос:


«Генерал армии И.Х. Баграмян (бывший начальник оперативного отдела штаба КОВО). План обороны государственной границы был доведен до войск , в части их касающейся, следующим образом: войска, непосредственно осуществлявшие прикрытие… имели подробно разработанные планы и документацию до полка включительно ; остальные войска округа (пять стрелковых корпусов, семь далеко не закончивших формирование механизированных корпусов и части усиления)… имели хранимый в сейфе соответствующего начальника штаба соединения опечатанный конверт с боевым приказом и всеми распоряжениями по боевому обеспечению поставленных задач.

План использования и документация во всех подробностях разрабатывались в штабе округа только для корпусов и дивизий. Исполнители могли о них узнать лишь из вложенных в опечатанные конверты документов после вскрытия последних.


10 сентября 1952 года».
Как видите, Баграмян подробно расписал, что планы обороны должны были иметь все части прикрытия до полков включительно, «в части их касающейся». Войска же второго эшелона и резерва должны были иметь планы действий по тревоге – по выводу войск в районы сосредоточения с получением следующей задачи по обстановке после начала войны.

«Генерал армии М.А. Пуркаев (бывший начальник штаба Киевского особого военного округа). План обороны государственной границы был доведен до войск. Разработка его велась в апреле начальником штаба округа, оперативным отделом и командующими армиями и оперативными группами их штабов. В первой десятидневке мая армейские планы были утверждены военным советом округа и переданы в штабы армий. Планы армий по распорядительным документам были разработаны до соединений.

С документами соединений в штабах армий были ознакомлены их командиры и начальники штабов, после чего они примерно до 1 июня были переданы на хранение в опечатанных пакетах начальникам штабов.


«Генерал-майор П.И. Абрамидзе (бывший командир 72-й горно-стрелковой дивизии 8-го корпуса 26-й армии). До нападения фашистской Германии на Советский Союз я и командиры частей не знали мобилизационного плана (МП-41), но после его вскрытия все убедились, что оборонительные работы на государственной границе, командно-штабные учения на местности исходили из общего плана КОВО, утвержденного Генеральным штабом.


Дивизии же первого эшелона, т.е. именно эти самые «части прикрытия», начали (должны были начать) свой «выход на государственную границу» также ещё до 22 июня. Когда? После 18 июня! Т.е., части первого и второго эшелонов обороны, «глубинные дивизии» и «войска прикрытия» начали выдвижение к границе на основании Директив НКО и ГШ от 10-12-го июня и на основании того самого приказа ГШ от 18 июня о котором сказал на суде над Павловым генерал Григорьев.


в Минск пошла Директива НКО и ГШ ещё от 10 июня , в которой вообще прямо указывалось – вывести войска «в районы предусмотренные планом прикрытия» :82что возможно только в исключительных случаях – т.е. в случае угрозы войны). И даже, номер этой майской Директивы НКО привели, чтоб Павлов не дай бог чего не перепутал и выводил войска именно – «в районы предусмотренные для них планом прикрытия» и согласно Директиве «(НКО за № 503859/сс/ов)». В округах отдавали письменные приказы на эти перемещения войск, а также были устные приказы и распоряжения помимо письменных.


«Генерал-полковник П.П. Полубояров (бывший начальник автобронетанковых войск ПрибОВО). 16 июня в 23 часа командование 12-го механизированного корпуса получило директиву о приведении соединения в боевую готовность. Командиру корпуса генерал-майору Н.М. Шестопалову сообщили об этом в 23 часа 17 июня по его прибытии из 202-й моторизованной дивизии, где он проводил проверку мобилизационной готовности. 18 июня командир корпуса поднял соединения и части по боевой тревоге и приказал вывести их в запланированные районы. В течение 19 и 20 июня это было сделано.


Он приказал мне немедленно вывести соединения на границу :82:, а штаб армии к утру 19 июня :82: разместить на командном пункте в 12 км юго-западнее Шяуляя.

Командующий войскам округа решил ехать в Таураге (примерно 25 км от границы – К.О.Ю.) и привести там в боевую готовность 11-й стрелковый корпус генерал-майора М.С. Шумилова, а мне велел убыть на правый фланг армии. Начальника штаба армии генерал-майора Г.А. Ларионова мы направили обратно в Елгаву. Он получил задачу вывести штаб на командный пункт.

К концу дня были отданы устные распоряжения о сосредоточении войск на границе. Утром 19 июня я лично проверил ход выполнения приказа. Части 10, 90 и 125-й стрелковых дивизий занимали траншеи и дерево-земляные огневые точки (ДЗОТы – К.О.Ю.), хотя многие сооружения не были ещё окончательно готовы. Части 12-го механизированного корпуса в ночь на 19 июня выводились в район Шяуляя, одновременно на командный пункт прибыл и штаб армии.

Приказ ГШ от 18 июня требовал отводить приграничные части от самой границы на подготовленные рубежи обороны недалеко от границы же,


20 июня 1941 года я получил такую шифровку Генерального штаба: «Все подразделения и части Вашего соединения, расположенные на самой границе, отвести назад на несколько километров, то есть на рубеж подготовленных позиций. Ни на какие провокации со стороны немецких частей не отвечать, пока таковые не нарушат государственную границу. Все части дивизии должны быть приведены в боевую готовность. Исполнение донести к 24 часам 21 июня 1941 года».
:82: :82: :82:

«18 июня 1941 года 135 стр. дивизия выступила из района постоянного расквартирования – Острог, Дубно, Кремец и к исходу 22.06.41 г. прибыла в Киверцы / 10-12 километров с.в. г. Луцк / с целью прохождения лагерного сбора, согласно приказа командующего 5 армии генерал-майора Потапова». Т.е. реально она двигалась в сторону границы.
:82:

Но войска КОВО и не должны были по «плану Жукова» занимать оборону согласно «Плана прикрытия» округа, т.к. войска КОВО готовили не к обороне а … к наступлению! :82: :82: :82: :82: :82:


В Директиве НКО и ГШ от 12 июня для КОВО указано: «…все глубинные дивизии … перевести … в новые лагеря, согласно прилагаемой карты».
:82:


15 июня мы получили приказ начать с 17 июня выдвижение всех пяти стрелковых корпусов второго эшелона к границе. У нас уже все было подготовлено к этому. Читатель помнит, что мы еще в начале мая по распоряжению Москвы провели значительную работу: заготовили директивы корпусам, провели рекогносцировку маршрутов движения и районов сосредоточения. Теперь оставалось лишь дать команду исполнителям. Мы не замедлили это сделать…» :82: :82:


Таким образом, к 20 июня три стрелковые дивизии заняли оборону с задачей прочно удержать занимаемые рубежи в случае нападения противника.


«Генерал-майор И.И. Фадеев (бывший командир 10 стрелковой дивизии 8-й армии). 19 июня 1941 года было получено распоряжение от командира 10-го стрелкового корпуса генерал-майора И. Ф. Николаева о приведении дивизии в боевую готовность. Все части были немедленно выведены в район обороны, заняли ДЗОТы и огневые позиции артиллерии. С рассветом [20 июня] командиры полков, батальонов и рот на местности уточнили боевые задачи согласно разработанному плану и довели их до командиров взводов и отделений.


(ЦАМО, Ф. 221, оп. 1394, д. 2, л. 59. ВИЖ № 5, 1989 г. «Первые дни войны в документах»)

Т.е. Балтийский флот был приведен в повышенную б.г., командующий ПрибОВО это знал, но продолжал и боеприпасы отбирать и минирование запрещал? Неплохо «повышал боевую готовность войск по личной инициативе» командующий округом генерал-полковник Ф.И. Кузнецов.
:80:

… Примерно в половине второго ночи (22 июня – К.О.) начались непрерывные звонки из частей. Командиры спрашивали: как понимать директиву командующего округом? Как отличить провокацию от настоящей атаки, если противник предпримет боевые действия?


Лишь на следующий день после начала ВОВ группа офицеров Генштаба, прилетевшая самолетом из Москвы, разыскала генерала Кузнецова близ Паневежиса, в районе оперативного командного пункта....» :80:


Далее Хлебников рассказывает как действовали другие части округа стоящие на границе и которые не получили приказа от генерала Кузнецова на приведение в боевую готовность после 18 июня, как получил такой приказ ГШ генерал Абрамидзе в КОВО


Еще 20 июня Александров по приказу комдива вывел легкий пушечный полк к границе и развернул в боевой порядок вдоль шоссе на Каунас.

Но комкор приказал выдвинуть на огневые позиции часть артиллерии и выдать со складов боеприпасы. Таким образом, дежурные батальоны, находившиеся в приграничных укреплениях, были в какой-то мере обеспечены артиллерийской поддержкой. Это сказалось в первые же часы войны.

(ЦАМО РФ, ф. 9678. Оп. 1. Д. 2. Л.

Приказ достаточно пространный, но более интересен именно этот пункт. По нему можно сделать вывод-предположение, что командный состав бригады был извещен о том в связи с чем они заняли оборонительные позиции к 20 июня. Но из-за разгильдяйства командиров младшего звена личному составу это не сообщили.
:80: :80:

Но «реальных мер не предпринималось» именно потому, что Генштаб во главе с Жуковым упрямо пытались реализовать свой «план от 15 июня». Поэтому и держали, и накапливали войска в этих «выступах» в последние дни перед 22 июня.


А это уже прямое обвинение ГШ в том, что вместо активной обороны, предусмотренной в «Соображения…» от Шапошникова от октября 1940 года Генштаб, Жуков и компания устроили всеобщее немедленное контрнаступление по всему фронту на вторгшегося врага. И может в мае (после совещания командования округов в кабинете Сталина 24 мая) и «провели игру по прикрытию границы», но в реальности Жуков и Тимошенко именно всеобщее наступление и устроить пытались в первые же дни Войны. И общее размещение войск и складов и должно было как раз этому «способствовать» :80: .


Однако после 18 июня, когда приграничным (и всем остальным тоже) дивизиям ставилась четкая задача закончить все перемещения к 24.00 21 июня


нападение «фашистской Германии» ожидалось, по крайней мере, за несколько дней до этой даты, и в округа заранее были отданы распоряжения о повышении боевой готовности. Однако в некоторых округах эти распоряжения открыто (и скрыто) саботировали. Вот вам и причина того, почему произошел Разгром РККА летом 41-го. А также причина того, почему практически все генералы потом откровенно врали в своих «мемуарах», сваливая на Сталина свой позор и предательство и выдумывая на пару с Хрущевым байки о 22 июня. Но за 27 млн. жизней виновным и на том свете отвечать придется…
:80: :80:

А разобравшись по ответам генералов с тем в какое время в округах получили «Директиву № 1», можно было и перед Жуковым с Тимошенко поставить вопрос: в каком же часу они отправили «приказ наркомата», если вышли от Сталина в 22.20?
:80: :80: :80: :80:

Времени на отработку этого приказа, достаточного для приведения войск в «полную боевую готовность» всё равно не остаётся до «4.00 22 июня» если войска до этого действительно не отрабатывали никаких мероприятий по повышению боевой готовности. Но! Если войска уже находятся в повышенной боевой готовности, в районах «предусмотренных планами прикрытия», то им действительно необходимо всего несколько десятков минут на подъем по «сигналу боевой тревоги» чтобы выбежать из палаток и занять рубежи обороны в окопах, или начать движение к этим рубежам!
:77: :77:

Вспомните, сколько времени потребовалось флоту для приведения в полную боевую готовность по этому самому «сигналу боевой тревоги»! И в том же Одесском округе этот «сигнал боевой тревоги» и получили и выполнили. И особой роли в том, «в каком часу» пришел в округ этот «сигнал» – «Директива № 1» (а она пришла в округа все же не в то время, как преподносил Жуков и его сторонники) это действительно не сыграло!

После того как вечером 21 июня в кабинете Сталина принимается решение о приведении всех войск западных округов в полную боевую готовность, в 22.20 подписывается прямой приказ на приведение этих войск в боевую готовность – «Директива № 1». После которой в округах должны были поднимать войска по боевой тревоге уже открыто. И после этого начинается очередной этап сознательного саботажа со стороны генералов в доведении этой директивы до войск западных округов. И в этом уже напрямую оказывается замешан нарком обороны СССР С.К. Тимошенко и начальник Генерального штаба Г.К. Жуков, а также возможно начальник оперативного управления Генштаба Г.К. Маландин (в округах срывом доведения до войск «Директивы № 1» занималось уже командование округов). И эти трое сделали всё возможное чтобы «немедленно» отправить Директиву № 1 в западные округа и сделали это так «быстро», что её отправили из ГШ только около и после 1.00 часа ночи. Т.е. спустя почти 2,5 часа после её подписания в кабинете Сталина :80: :80: :80: :80: :80: :80: :80: !




Сначала Тимошенко и Жуков почти 1,5 часа передавали текст «Директивы № 1» в шифровальный отдел ГШ для зашифровывания и отправки её в округа (вышли они из кабинета Сталина в 22.20, а поступила директива в шифровальный отдел ГШ в 23.45). А затем её уже Маландин с Василевским почти час передавали из Оперативного управления ГШ в округа. Получили от шифровальщиков в первом часу ночи (о чем и поведал Василевский) – примерно в 0.10-0.15 ночи 22 июня. А в округах «приказ наркома» стали получать – в Одессе в 1.15 примерно («во втором часу ночи» как написал генерал Захаров); в Минске – «около часа» (отметка на окружной «директиве № 1» из ВИЖ № 5 за 1989 год – 0.45); в Риге – «лишь около часу ночи 22 июня» (по воспоминаниям генерала Хлебникова); в Киеве около 0.30 (по утверждению Баграмяна получать стали в 0.25 и «принимали и расшифровывали» до 2.00). Это, наверное, могли бы подтвердить или «опровергнуть» документы из этих округов. Но это вряд ли.

Маршалы уверяют, что отправку во все западные округа закончили в ГШ к 0.30 ночи 22 июня. Однако на самом деле она стала поступать на полчаса позже. Ну а затем уже в самих округах Кузнецовы-Павловы-Кирпоносы сделали все чтобы дивизии и корпуса либо этот «приказ наркома» не получили до нападения, либо не получили его вообще :80: :80: :80: :80: :80:


Если вопросы «от Покровского» задавались генералам 41-го всего лишь для «академического интереса», то почему эти ответы невозможно заполучить в архивах даже сегодня? :80:

Для генералов уровня командир дивизии и командир корпуса, если им в округах не ставилась задача приводить свои части в боевую готовность за несколько дней перед 22 июня на основании приходящих из Москвы директив, если им не сообщили о поступившей в округа «приказ наркома», «Директиву № 1», – было конечно шоком начало войны 22 июня! О котором они узнавали под бомбами да по радио в 12.00 дня! :80:

Павлов в первый протокол от 7 июля 41-го и дал такие показания: «Согласно указанию наркома я немедленно вызвал к аппарату ВЧ всех командующих армий, приказав им явиться в штаб армии вместе с начальниками штабов и оперативных отделов. Мною также было предложено командующим привести войска в боевое состояние и занять все сооружения боевого типа и даже недоделанные железобетонные…»

И значит, и Маландин сказал правду о том, что «Около часа ночи из Москвы была получена шифровка с приказанием о немедленном приведении войск в боевую готовность на случай ожидающегося с утра нападения Германии»,

«Личному составу объяснялось, что они идут на большие учения.», и «Войска брали с собой все учебное имущество (приборы, мишени и т.д.)…». Это же сообщалось и командирам, и именно они и давали команды подчиненным тащить с собой всякий хлам вместо лишней заправки или боекомплекта :80: .


Незадолго до начала войны командиром корпуса генерал-майором Хацкилевичем было проведено совещание с командирами дивизий, на котором была поставлена задача повышения боеготовности войск корпуса. В соответствии с этим в танки были загружены снаряды, усилена охрана парков и складов. Было приказано "все делать без шумихи, никому об этом не говорить, учебу продолжать по плану."…


Боевые действия:

В 2 часа 10 минут 22 июня по корпусу была объявлена боевая тревога. Танковые дивизии были выведены из военных городков в свои районы сосредоточения. Первые же налеты авиации противника пришлись по пустым лагерям. В 7-й танковой дивизии имелись несколько раненых, материальная часть не пострадала… :77: :77:».


««ПРИКАЗ КОМАНДИРА 12-го МЕХАНИЗИРОВАННОГО КОРПУСА № 0038 ОТ 18 ИЮНЯ 1941 г. О ПРИВЕДЕНИИ ЧАСТЕЙ КОРПУСА В БОЕВУЮ ГОТОВНОСТЬ

…1. С получением настоящего приказа привести в боевую готовность все части.

2. Части приводить в боевую готовность в соответствии с планами поднятия по боевой тревоге, но самой тревоги не объявлять. Всю работу проводить быстро, но без шума, без паники и болтливости, имея положенные нормы носимых и возимых запасов продовольствия, горюче-смазочных материалов, боеприпасов и остальных видов военно-технического обеспечения. С собой брать только необходимое для жизни и боя. … :77: :77: :77:»


Однако ещё раз повторюсь – никаких указаний Москвы или Сталина в ночь на 22 июня или в течении дня 22 июня на то, что войскам запрещается переходить государственную границу – нет. Этого нет ни в «Директиве № 1» ни в «Директиве № 2» появившейся в 7.15 и поступившей в округа к 8.00 (примерно).


Придется признать, что Павлов все же действительно уже после 1 час ночи по «ВЧ» обзванивал командующих армиями и приказывал «привести войска в план боевой готовности». Но только потому, что ему деваться было некуда – это ещё в 24.00 сделал член военного совета округа Фоминых.
В Одессе после таких звонков и после объявления боевой тревоги во всех гарнизонах, войска к моменту нападения успели уйти из под удара к 4.00 утра. А вот в Белоруссии – нет. И «подробности» эти, судя по тексту Павловской директивы, были действительно «несуразные»…

В 10-ю были посланы два офицера на парашютах, которых схватили как немецких агентов-парашютистов и чуть не расстреляли. Потом разобрались, но полученный от них текст не смогли расшифровать т.к. в Минске сменили коды, но сообщить в армию то ли забыли, то ли не смогли. :80: :80:

«Судя по тому, что за несколько дней до начала войны штаб округа начал организовывать командный пункт, командующий войсками ЗапОВО был ориентирован о сроках возможного начала войны: : . Однако от нас никаких действий почему-то не потребовал.

Короче, прокурорам работы надолго хватит разбираться в событиях тех дней – с тем, кто врет, и кто что сделал или не сделал…. Но если внимательно почитать ответы генералов, то ответы «штабистов» и ответы строевых генералов «несколько» отличаются…
:80: :80:

Таким образом, по событиям ночи 22 июня и о том, как проходило приведение войск в полную боевую готовность в округах после прихода «Директивы № 1» в штабы округов можно сделать вывод, что передача этого «приказа наркома» в войска западных округов осуществлялась также с сознательной задержкой :80: . Или выдавали в войска «странные» приказы. Во всех округах получили «Директиву № 1» около 1 часа ночи. В Киеве – в 0.30, в Минске – в 0.45, в Риге – «около часа ночи» и в Одессе – «во втором часу ночи». И если в Одесском ВО начштаба «немедленно» передал её в войска, то в остальных округах это делали, накручивая к «ватутинским перекурам» свои час-полтора.

Вообще, говоря, о сути вопросов № 2 и № 3, часто можно слышать даже от таких уже признанных историков как А. Исаев, что особой роли не сыграло то, что часть войск успели привести в боевую готовность. Мол, дальнейшие события в той же Прибалтике показали, что немцы с легкостью разгромили и приведенные заранее части и те, что о начале войны узнавали «из газет»… Так что вроде и приводить армию в боевую готовность вовсе не стоит перед возможным нападением противника. :89:

Командиры впадали в шоковое состояние, стрелялись с дурацкими записками типа – «бейте гадов-фашистов, товарищи, а я не могу…». Другие срывали с себя знаки отличия и бежали впереди солдат в тыл, на восток.… Действительно, «какой смысл» в приведении в боевую готовность, если и так разгромили части в некоторых округах? Но, например, в Одесском округе никого не разгромили ни в первую неделю, ни в последующие :77: . И только разгром, и дальнейшее отступление в Белоруссии, потянувший за собой отступления на Украине вынудили Захаровых-Малиновских также сдавать свою территорию и отступать. Да и в той же Прибалтике были свои причины поражений в первые дни никак уже не связанные с приведением в боевую готовность

И как же генералы, особенно Жуков, срывали отправку «Директивы № 1»? :80: :80:

Шифруют-расшифровывают до пол часа , Отправка идет разными аппаратами, по «направлениям», отдельным аппаратом в отдельное направление-округ.
Но на самом деле он сам и переписывал текст в шифроблокнот в кабинете наркома почти час. О чем свидетельствует адмирал Кузнецов, бывший всегда в натянутых отношениях с Жуковым, знавший, что и как на самом деле происходило в ту ночь с отправкой «Директивы № 1» в округа и не желавший как другие лепить из него образ «Великого полководца». А потом Жуков же и передал её (возможно через Ватутина как раз) в шифровальный отдел и с этого момента начальник Генштаба и перестал нести ответственность за дальнейшую «судьбу» отправки «приказа наркома» в округа. Также точное время поступления «Директивы № 1» к шифровальщикам дает и «черновик-оригинал» – «… поступила в шифровальный отдел в 23.45 21 июня 1941 года» :80:. И на «черновике» стоит отметка и точного времени, когда директива была отправлена в округа – «Директива отправлена в 00.30 в ЛВО, ЗОВО, КОВО, ОдВО, ПрибОВО ….» (подробно текст «черновика-оригинала Директивы № 1» приводится в книге «Внезапности не было, или кто «проспал» начало войны»).
Т.е. именно Жуков и «тянул резину» с отправкой «Директивы № 1» в округа? И его надо было ставить к стенке за это на пару с Павловым, который получив текст «приказа наркома» в Минске около часа ночи (в 0.45) больше полутора часов не давал приказа по округу (как и в соседних округа)? Надо бы было…
Правда, это дало задержку почти в 1,5 часа, но ведь «таков порядок» отправки приказов в округа! Правда, в округах ещё и командование свои 1,5 часа добавило но зато – «по инструкции» все правильно сделал…. Правда украв у войск необходимые им «2-3 часа» они этим в итоге убили тысячи наших бойцов в «спящих казармах», уничтожили сотни самолетов на аэродромах…. Но зато – «по инструкции» все всё правильно делали… :80: :80:

Мог ли Жуков отправить её быстро? Мог, конечно. Для этого надо было действительно отправить Ватутина в Генштаб с черновиками директивы «немедленно», прямо из приемной Сталина, в 22.20, как он это и расписал в своих «Воспоминаниях» в 1969 году (не указав по «забывчивости» время своего выхода от Сталина). Тот бы прямо у шифровальщиков ГШ, уже в 22.30-22.40, надиктовал бы текст «приказа наркома» в шифроблокнот (а машинистка Грибкова перепечатала бы со слов Ватутина ещё и пару копий – для наркома ВМФ и для Покровского). А потом зашифрованный текст Ватутин же и отнес бы Маландину в Оперативное управление ГШ для отправки в округа в 23.10-23.15. А оперативный дежурный по ГШ обзвонил бы дежурных по округу и сообщил бы им, что в их адрес идет «шифровка особой важности». Вот в этом случае «Директиву № 1» точно бы уже к 23.30 передали в округа. В те же 23.30 примерно там бы её получили, к 00.00 :82: :82: расшифровали и уже к половине первого ночи родили бы и свои директивы на основании «приказа наркомата обороны». А если перед этим как Захаров в ОдВО и Кузнецов на флоте в округах уже в полночь 21 июня 41-го по округам дали бы команду на объявление «боевой тревоги во всех гарнизонах», то проблем в приведением в полную боевую готовность и с подъемом по тревоге особых не было. Как раз за 3,5 часа до нападения. И телефонные провода к этому времени ещё не были порезаны диверсантами…
:82: :82: :82: :82: :82: :82: :82: :82: :82:
И тогда бы, в 1969 году Г.К. Жуков мог бы с чистой совестью писать что Ватутин «немедленно выехал в Генеральный штаб, чтобы тотчас передать её в округа». И тогда бы «передача в округа была закончена» не «в 0.30 минут 22 июня 1941 года», а например «в 23.30 минут 21 июня 1941 года»(ЖУКОВ ЛЖЕЦ :80

А ведь не надо быть особо талантливым командиром, чтобы просто выполнять свои должностные обязанности. Тот же генерал Захаров никогда военным талантом не назывался, но его округ не был сдан врагу, как это было сделано Павловым. Захаров просто выполнял свои должностные обязанности, и он не был ни Героем Советского союза на 22 июня ни генералом армии. Или тот же адмирал Кузнецов на флоте? Что за несколько месяцев до июня 41-го занимался планомерным повышением боевой готовности Флота. А за неделю до 22 июня привел флота в повышенную боевую готовность – «готовность № 2», что позволило ему в ночь на 22 июня без особых затруднений (ВСЕГО ЗА «2-3 часа»!) перейти в «готовность № 1», в полную боевую готовность. :77:
И не с подачи ли подобных Сандаловых сразу после Войны Кузнецов подвергся «первой» опале, а наркомат ВМФ был «сокращен»?

А вот что писал бывший начальник оперативного отдела ЗапОВО генерал И.И. Семенов тому же Сандалову:

«Я лично от начала и до конца был непосредственным участником этих событий. Со всей ответственностью мо
(Добавление)
ПРИКАЗЫ СОВ КОМАНДЫВАНИЯ НА 22июня 41г
1\ Директива №1
Военным Советам Западных Приграничных Округов о возможном нападении немцев 22-23.6.41 и мероприятиях по приведению войск в боевую готовность с ограничениями, масккировке войск, готовности ПВО.
Военным советам ЛВО, ПрибОВО, ЗапОВО, КОВО, ОдВО
Копия: Народному комиссару Военно-Морского Флота
1) В течение 22-23.6.41 г. возможно внезапное нападение немцев на фронтах ЛВО, ПрибОВО, ЗавОВО, КОВО, ОдВО, нападение немцев может начаться с провокационных действий.
2) Задача наших войск - не поддаваться ни на какие провакационные действия, могущие вызвать крупные осложнения.
Одновременно войскам Ленинградского, Прибалтийского, Западного, Киевского и Одесского военных округов быть в полной боевой готовности встретить возможный внезапный удар немцев или их союзников.
3) Приказываю:
a) В течении ночи на 22.6.41 г. скрытно занять огневые точки закрепленных районов на государственной границе.
б) Перед рассветом 22.6.41 г. рассредоточить по полевым аэродромам всю авиацию, в том числе и войсковую, тщательно ее замаскировать.
в) Все части привести в боевую готовность. Войска держать рассредоточенно и замаскированно.
г) Противовоздушную оборону привести в боевую готовность без дополнительного подъема приписного состава. Подготовить все мероприятия по затемнению городов и объектов.
д) Никаких других мероприятий без особого распряжения не проводить.
Тимошенко Жуков 22.6.41
2\ВОЕННЫМ СОВЕТАМ ЛВО,ПрибОВО, ЗапОВО, КОВО, ОдВО
Копия: НАРОДНОМУ КОМИССАРУ ВОЕННО-МОРСКОГО ФЛОТА
22 июня 1941 г. в 04 часа утра немецкая авиация без всякого повода совершила налеты на наши аэродромы и города вдоль западной границы и подвергла их бомбардировке.
Одновременно в разных местах германские войска открыли артиллерийский огонь и перешли нашу границу.
В связи с неслыханным по наглости нападением со стороны Германии на Советский Союз
п р и к а з ы в а ю:
1. Войскам всеми силами и средствами обрушиться на вражеские силы и уничтожить их в районах, где они нарушили советскую границу.
Впредь, до особого распоряжения, наземными войсками границу не переходить.
2. Разведывательной и боевой авиацией установить места сосредоточения авиации противника и группировку его наземных войск.
Мощными ударами бомбардировочной и штурмовой авиации уничтожить авиацию на аэродромах противника и разбомбить основные группировки его наземных войск.
Удары авиацией наносить на глубину германской территории до 100-150 км.
Разбомбить Кенигсберг и Мемель.
На территорию Финляндии и Румынии до особых указаний налетов не делать.
Тимошенко, Маленков, Жуков 22.6.41 г., 7.15
3\ДИРЕКТИВА № 3
Военным советам Северо-Западного, Западного, Юго-Западного и Южного фронтов. 22 июня 1941 г.
«1. Противник, нанося главные удары из Сувалковского выступа на Олита и из района Замостье на фронт Владимир-Волынский, Радзехов, вспомогательные удары в направлениях Тильзит, Шяуляй и Седлец, Вол- ковыск в течение 22.6, понеся большие потери, достиг небольших успехов на указанных направлениях.
На остальных участках госграницы с Германией и на всей госгранице с Румынией атаки противника отбиты с большими дли него потерями.
2. Ближайшей задачей войск на 23–24.6 ставлю:
а)Концентрическими сосредоточенными ударами войск Сев.– Зап. и Западного фронтов окружить и уничтожить Сувалкскую группировку противника и к исходу 24.6 овладеть районом Сувалки;
б)Мощными концентрическими ударами механизированных корпусов, всей авиации Юго-Западного фронта и других войск 5 и 6 А окружить и уничтожить группировку противника, наступающего в направлении Владимир-Волынск, Броды. К исходу 24.6 овладеть районом Люблин.
3. ПРИКАЗЫВАЮ:
а) Армиям Северного фронта продолжать прочное прикрытие госграницы.
На территории Финляндии и Румынии до особых указаний налетов не делать.
Тимошенко, Маленков, Жуков».


=====================

Приказ на вскрытие «красного пакета» был получен за 2 часа ДО того, как на границе прогремели первые орудийные залпы (стоит отметить, что то же самое время получения приказа о вскрытии «красного пакета» — 2 часа ночи 22 июня — содержится и во многих других воспоминаниях командиров Западного фронта). Таким образом, ни о каком «внезапном начале боевых действий» применительно к 6-му МК не приходится даже и говорить. Весьма примечательно и то, что уже утром 22 июня, не дожидаясь особых указаний из Москвы или Минска, командование 6-го МК провело разведку «по Варшавскому шоссе на запад» — факт, дающий дополнительное основание для предположения о том, что в «красном пакете» хранился не мифический «план отражения агрессии», а план первых операций вторжения на территорию оккупированной немцами Польши.
-------------------------------- ---------------------
Более того, территория Белостокского выступа была буквально забита складами с горючим и боеприпасами. Накануне войны на территории Западного ОБО были сосредоточены колоссальные запасы горючего — 264 тыс. тонн [68, стр. 351]. Непосредственно в зоне «блужданий» 6-го МК находилось 12 (двенадцать) стационарных складов горючего. А именно: 920 и 1040 (Белосток), 925 и 1038 (Бельск), 923 и 1019 (Моньки), 919 и 1020 (Гродно). 929 и 1033 (Мосты), 922 и 1044 (Волковыск). Расстояния между этими складами не превышали 60—80 км (не более двух часов езды по разбитой грунтовой дороге). Для транспортировки горючего в 6-м мехкорпусе было 220 автоцистерн на базе трехосного полноприводного грузовика ЗИС-6 (емкость цистерны 3200 литров).


Полностью укомплектованному мехкорпусу на 500 км марша требовалось 1,2 тыс. тонн горючего. Другими словами, на одной десятой тех запасов горючего, которые находились рядом с брошенными танками, 6-й МК мог дойти от Белостока до Владивостока. Горючего, которого частям 6-го мехкорпуса якобы не хватило для того, чтобы, по меньшей мере, организованно отступить на восток, в избытке хватило стремительно наступающему... противнику. Начальник Генерального штаба вермахта Ф. Гальдер в записи от 1 июля отмечает, что «около одной трети расхода горючего покрыто трофейными запасами». В абсолютных числах это означает, что в среднем каждый день немцы «получали» на теоретически неизвестных им и теоретически «уничтоженных при отступлении» советских складах по 2900 тонн горючего
(Добавление)
СТАЛИ ДОПОДЛИННО ЗНАЛ О ВТОРЖЕНИИ НЕМЦЕВ 22 ИЮНЯ()

http://www.rkka.ru/docs/spv/SPV2.htm
ИЗ СВОДКИ РАЗВЕДЫВАТЕЛЬНОГО ОТДЕЛА ШТАБА ЗАПАДНОГО ОСОБОГО ВОЕННОГО ОКРУГА О СОСРЕДОТОЧЕНИИ НЕМЕЦКИХ ВОЙСК В ПРИГРАНИЧНЫХ С СССР РАЙОНАХ

5 июня 1941 г.
Совершенно секретно
Вывод:
1. За последнее время немецкое командование непрерывно усиливает группировку войск в полосе против ЗапОВО, особенно с 25 мая, преимущественно артиллерийскими и авиационными частями, главным образом в районах: Иоганесбург, Прасныш, Млава, Цеханов, Варшава.
Одновременно форсируют подготовку театра путем строительства оборрнительных сооружений, установки зенитных и противотанковых орудий непосредственно на линии госграницы, усиления охраны госграницы полевыми частями, ремонта и расширения дорог, мостов, завоза боеприпасов, горючего, организации мер ПВО.
2. Данные о прибытии дивизии СС в Сувалки требуют проверки.
3. Заметно усиливается проведение ряда новых экономических и политических мероприятий германских властей для обеспечения системы военной подготовки плацдарма генерал-губернаторства.
4. Антивоенные настроения в германской армии принимают более широкие размеры по сравнению с предыдущим периодом.
Зам. начальника Начальник 3-го отделения р[азведывательного] р[азведывательного] о[тдела] штаба ЗапОВО о[тдела] майор подполковник МАШКОВ САМОЙЛОВИЧ

ЦГАСА. Ф. 2584. Оп. 2. Д. 530. Л. 238-245
========================
А вот армия... Генерал Полубояров (командующий бронетанковыми войсками ПрибВО) командование подчинённых частей получило директиву о приведении соединений в боевую готовность 16 июня. Генерал Собенников (бывш. командующий 8 армией) - 19 июня. Генерал Пуркаев (начальник штаба КОВО) - военный совет округа разрешил разворачивать для обороны стрелковые дивизии 14 июня. Разворачивались ДЛЯ ОБОРОНЫ. А вот ЗапВО развертывание проигнорировал, за что Павлов и был прислонён к стенке

http://vspomniv.ru/Mig_3.htm
Сведения о готовящемся нападении советская разведка передавала в Москву уже давно. Но советское руководство делало все возможное, чтобы не допустить провокаций. Тем не менее, когда накануне 22 июня поступили сведения о том, что нападение произойдет в ближайшие часы, нарком обороны С.К. Тимошенко и начальник генштаба Г.К. Жуков выслали в пограничные округа директиву, уведомляющую о том, что 22 или 23 июня может начаться война.
Авиация пограничных округов должна была до рассвета рассосредоточить самолеты и замаскировать их. Все части должны были находиться в состоянии полной боевой готовности. Одновременно приказывалось не поддаваться на провокации и ждать дальнейших приказов. Командующий ВВС Западного ОБО получил директиву в 00:30. До дивизий директива дойти не успела. Первые удары по советским аэродромам немецкая авиация нанесла одновременно с началом боевых действий на земле, то есть в 3:15.

http://militera.lib.ru/research/surovov/12.html
Наша разведка постоянно отслеживала военные приготовления Германии. В мае 1941 г. удалось узнать не только количество стянутых к нашим границам дивизий, но и места их дислокации — вплоть до расположения батальонов, штабов частей. Уточнялись даже огневые позиции отдельных артиллерийских и зенитных батарей.

11 мая 1941 года советский агент «Старшина» (обер-лейтенант Харро Шульце-Бойзен — племянник гросс-адмирала Тирпица) сообщил:
«В штабе германской авиации подготовка операции против СССР проводится самым усиленным темпом... Выступление намечено на ближайшее время. В разговорах среди офицеров штаба часто называется 20 мая как дата начала войны. Другие полагают, что выступление намечено на июнь».

16 июня. 1941 года:
«Все военные мероприятия Германии по подготовке вооруженного выступления против СССР полностью закончены, и удара можно ожидать в любое время... 18 июня Геринг вылетает на новую штаб-квартиру».

В апреле-мае 1941 г. Сталину были доложены мероприятия германского командования по последним [203] приготовлениям к удару. «Корсиканец» сообщал, что построение германских войск на границе с СССР в точности повторяет их построение накануне вторжения во Францию.

Разведка также информировала о хозяйственных и политических приготовлениях Германии к эксплуатации советских территорий — назначались правительственные чиновники в крупные советские города, осуществлялись мероприятия по обеспечению спокойствия на Западном фронте и т. д.

17 июня 1941 г. «Корсиканец» и «Старшина» сообщили, что «военные приготовления Германии по подготовке к вооруженному нападению на СССР полностью закончены и удара можно ожидать в любое время». Сведения о близящейся войне поступали из резидентур в Хельсинки, Риме, Виши, Шанхае, Берлине, Женеве, Токио...

19 июня 1941 года агент советской разведки офицер IX управления РСХА, гауптштурмфюрер Вилли Леман (Бройтенбах), находившийся в отпуске по болезни, узнал о служебном совещании, на котором было объявлено, что в гестапо поступил приказ Гитлера: войскам вермахта находящимся у границ Советского Союза, 22 июня после 3 часов утра предписывалось начать военные действия и перейти в наступление, атаковав советские войска.

Информация шокировала Лемана, и он, оставив лечение, срочно вышел на связь с оперативным работником резидентуры в Берлине Б. Журавлевым. Вечером 19 июня 1941 года информация Лемана срочно была отправлена в Москву...

19 июня резидент в Риме Г. И. Рогатнев получил от ценнейшего агента сообщение: «Германия нападет на СССР в интервале между 20 и 25 июня». [204]

К 21 июня 1941 года о точной или приблизительной дате нападения Германии на СССР Сталин получил три сообщения политической разведки и четыре — военной. Все они (кроме 22 июня) к тому моменту не сбылись.
* * *

С учетом вышеприведенных фактов, возможно, ближе всего к истине версия, объясняющая поведение Сталина накануне 22 июня сугубо психологическими факторами. Война между Германией и СССР в 1941 г. была невыгодна обеим сторонам. В ее провоцировании были заинтересованы правящие круги Великобритании и США. В ее предотвращении — руководство Италии и Японии. Имея подобный политический баланс, Сталин уверил себя в том, что Гитлер не такой , что решится в ближайшие полгода-год втянуть Германию в бесперспективную войну на два фронта, и слишком долго находился в плену этой иллюзии.
============================
http://lib.rus.ec/b/199689/read

Приказ на вскрытие «красного пакета» был получен за 2 часа ДО того, как на границе прогремели первые орудийные залпы (стоит отметить, что то же самое время получения приказа о вскрытии «красного пакета» — 2 часа ночи 22 июня — содержится и во многих других воспоминаниях командиров Западного фронта). Таким образом, ни о каком «внезапном начале боевых действий» применительно к 6-му МК не приходится даже и говорить. Весьма примечательно и то, что уже утром 22 июня, не дожидаясь особых указаний из Москвы или Минска, командование 6-го МК провело разведку «по Варшавскому шоссе на запад» — факт, дающий дополнительное основание для предположения о том, что в «красном пакете» хранился не мифический «план отражения агрессии», а план первых операций вторжения на территорию оккупированной немцами Польши.
-------------------------------- ---------------------
Более того, территория Белостокского выступа была буквально забита складами с горючим и боеприпасами. Накануне войны на территории Западного ОБО были сосредоточены колоссальные запасы горючего — 264 тыс. тонн [68, стр. 351]. Непосредственно в зоне «блужданий» 6-го МК находилось 12 (двенадцать) стационарных складов горючего. А именно: 920 и 1040 (Белосток), 925 и 1038 (Бельск), 923 и 1019 (Моньки), 919 и 1020 (Гродно). 929 и 1033 (Мосты), 922 и 1044 (Волковыск). Расстояния между этими складами не превышали 60—80 км (не более двух часов езды по разбитой грунтовой дороге). Для транспортировки горючего в 6-м мехкорпусе было 220 автоцистерн на базе трехосного полноприводного грузовика ЗИС-6 (емкость цистерны 3200 литров).


Полностью укомплектованному мехкорпусу на 500 км марша требовалось 1,2 тыс. тонн горючего. Другими словами, на одной десятой тех запасов горючего, которые находились рядом с брошенными танками, 6-й МК мог дойти от Белостока до Владивостока. Горючего, которого частям 6-го мехкорпуса якобы не хватило для того, чтобы, по меньшей мере, организованно отступить на восток, в избытке хватило стремительно наступающему... противнику. Начальник Генерального штаба вермахта Ф. Гальдер в записи от 1 июля отмечает, что «около одной трети расхода горючего покрыто трофейными запасами». В абсолютных числах это означает, что в среднем каждый день немцы «получали» на теоретически неизвестных им и теоретически «уничтоженных при отступлении» советских складах по 2900 тонн горючего

================================ ===
ЭТА ССЫЛКА САМАЯ ВЫДАЮЩАЯСЯ (РЕКОМЕНДУЮ УБЕДИТЬСЯ)
http://vtabakerke.ru/print:prudn...vozmozhnogo.html

Однако реальная разведка имеет много уровней. Кроме известных по многочисленным романам и фильмам глубоко законспирированных нелегалов, в то время относившихся к наркомату госбезопасности или Разведуправлению Красной Армии, свою разведку имели каждый приграничный военный округ, каждое управление наркомата внутренних дел и госбезопасности – они занимались отслеживанием ситуации в сопредельных государствах и слали в Москву сводные донесения. Если, допустим, какое-нибудь отделение милиции пограничного городка по ходу борьбы с обменом нашего самогона на ихний ширпотреб узнавало о том, что на станцию прибыл немецкий эшелон с танками – вы что ж думаете, начальник отделения говорил: «Не наше дело?» Ничего подобного, докладывал куда надо. Кстати, весной 1941 года в региональных управлениях НКГБ появились свои разведотделы – по крайней мере, в Ленинградском управлении таковой был организован.


Каждый погранотряд имел свою службу наблюдения и осведомителей в приграничной полосе – а пограничники подчинялись НКВД. Кроме того, любой советский человек, работавший за границей, автоматически выполнял функции наблюдателя – Кремль информировали наркомат иностранных дел, торгпредства, промышленные наркоматы. Свои структуры были у ВКП(б) и у Коминтерна. Данные в центр шли не сводками, а километрами.


Вот всего лишь несколько выдержек из подлинных документов НКВД и НКГБ. Еще в ноябре 1940 г. ГУГБ НКВД докладывало:


Из справки «О военных приготовлениях Германии». 6 ноября 1940 г, «В период операций во Франции германское командование держало в Восточной Пруссии и бывшей Польше до 27 пехотных дивизий и 6 кавалерийских полков.


После капитуляции Франции (Франция капитулировала 22 июня 1940 г. Совпадение?) германское командование приступило в начале июля 1940 г. к массовым переброскам своих войск с запада на восток и юго-восток, в результате чего в Восточной Пруссии и бывшей Польше сосредоточено: на 16 июля – до 40 пехотных дивизий и свыше 2 танковых дивизий; на 23 июля – до 50 пехотных дивизий и свыше 4 танковых дивизий; на 8 августа – до 54 пехотных дивизий идо 6 танковых дивизий.


Во второй половине августа и в течение сентября продолжалась переброска германских войск из Франции на восток.


На 1 октября в Восточной Пруссии и на территории бывшей Польши сосредоточено 70 пехотных дивизий, 5 моторизованных дивизий, 7–8 танковых дивизий и 19 кавалерийских полков, что в сравнении с предыдущим месяцем дает увеличение на 8 пехотных дивизий, 2 моторизованные дивизии...


Таким образом, против СССР сосредоточено в общем итоге свыше 85 дивизий, то есть более одной трети сухопутных сил германской армии.


Характерно, что основная масса пехотных соединений (до 60 дивизий) и все танковые и моторизованные дивизии расположены в приграничной с СССР полосе в плотной группировке...»


Да, да, знаю – в то время у нашей границы и в помине не было такого количества войск. Но ведь миф-то состоит в том, что разведка преуменьшала угрозу войны, а тут угроза явно преувеличивается, и эти преувеличенные данные ложатся на стол Сталину.


Не считая небольшой экскурсии части войск на Балканы, сосредоточение продолжалось следующие полгода. Гитлер, правда, пытался обернуть дело таким образом, что он не то маскирует грядущий удар по Англии, не то собирает войска для нападения на нее – у наших границ... Верил ли ему Сталин? Забавный вопрос. Ни один нормальный политик в такой ситуации вообще не верит. Он допускает, что это может быть так. А поскольку это может быть и не так, то, естественно, проводит все необходимые мероприятия по подготовке к войне. Почему же у нас они не были проведены? Терпение, об этом чуть ниже...


И все время, вплоть до самого 22 июня, в Москву шли донесения. Из докладов последнего предвоенного месяца:


... НКВД УССР. 2 июня 1941г.


«На территории Германии отмечается продвижение к пограничной полосе мелких групп пехоты, кавалерии, грузовых и легковых автомашин, а также гужтранспорта. Офицерским составом производится усиленное наблюдение за нашей территорией...


31 мая 1941 г. против 93-го Лесковского погранотряда на ст. Санок разгружался эшелон быстроходных танков, проследовавших по направлению Трепча.


Восточнее Янув-Подляски в лесу подготовлены понтоны для форсирования реки Буг, там же в районе конезавода подготовлено 20 деревянных мостов в целях замены существующих в случае разрушения. В г. Грубешов дислоцированы 2 мотострелковых полка.


По данным опроса нарушителей границы... военнослужащие немецких подразделений среди населения заявляют: «СССР порвал мирный договор с Германией и вступил в тройственный союз с Англией и Америкой, намерен объявить войну Германии». Военнослужащие высказывают уверенность в победе Германии над СССР и захвате Советской Украины».


Гитлер требовал абсолютной секретности – чтобы никто не знал, для нападения на СССР он собирает войска у восточной границы или для маскировки удара по Англии. Но в реальности даже немецкие солдаты, при всей своей образцовости, тоже живые люди, а не дуболомы Урфина Джюса. Поэтому перед тем, как кидать их в бой, им приходится как-то объяснять цели войны, и проводить эту подготовку надо не накануне вторжения, а заблаговременно. Судя по тому, что они вступили на нашу территорию психологически вполне готовыми к тому, чтобы истреблять «унтерменшей», подготовка проводилась задолго до «дня X» и на совесть. Естественно, эта составляющая тоже отслеживалась.


На календаре 2 июня. Еще не подписан приказ о начале кампании, через двенадцать дней будет опубликовано сообщение ТАСС о нерушимости советско-германского пакта – а немецким солдатам внушают, что СССР уже порвал мирный договор. Стало быть, ждать остается совсем недолго.


... Уполномоченного ЦК ВКП(б) И СНК СССР В Молдавии С. А. ГОГЛИДЗЕ. 2 июня 1941 г.


«По агентурным данным пограничных войск НКВД Молдавской ССР, командующий 5-м военным округом Румынии 15 мая сего года получил


приказ генерала Антонеску о немедленном разминировании всех мостов, дорог и участков вблизи границы СССР, заминированных в 1940–1941 гг. В настоящее время почти все мосты разминированы и приступлено к разминированию участков, прилегающих к р. Прут.


Среди узкого круга офицеров румынской погранохраны имеются высказывания о том, что якобы румынское командование и немецкое командование 8 июня сего года намереваются начать военные действия против Союза ССР, для чего производится подтягивание к линии границы крупных частей немецкой и румынской армий...


... Министерство внутренних дел Румынии предписало всем органам власти на местах подготовить учреждения к эвакуации их в тыл Румынии».


Кажется, готовясь к отражению нападения, мины принято ставить, а не снимать? Кстати, в соответствующей нашей директиве, о которой пойдет речь впереди, говорилось как раз о подготовке к постановке минных заграждений... Да и деревянные мосты из предыдущего сообщения явно свидетельствуют о том, куда немцы собираются идти – вовсе не в Англию. Делать деревянные мосты с той целью, чтобы их заметили английские шпионы – это как-то уж слишком круто.


... НКВД СССР. 2 июня 1941г.


«... Пограничными отрядами НКВД Белорусской, Украинской и Молдавской ССР добыты следующие сведения о военных мероприятиях немцев вблизи границы с СССР...


В районах Томашова и Лежайска сосредоточиваются две армейские группы. В этих районах выявлены штабы двух армий: штаб 16-й армии в м. Улянув (85 км юго-западнее Люблина) и штаб армии в фольварке Усьмеж (45 км юго-западнее Владимира-Волынского), командующим которой является генерал Рейхенау (требует уточнения)...


...17 мая в Тересполь прибыла группа летчиков, а на аэродром в Воскшенице (вблизи Тересполя) было доставлено сто бомбардировщиков.


... Генералы германской армии производят рекогносцировки вблизи границы: 11 мая генерал Рейхенау – в районе м. Ульгувек (27 км восточнее Томашова и 9 км от линии границы): 18 мая генерал с группой офицеров – в районе Белжец (7 км юго-западнее Томашова, вблизи границы) и 23 мая генерал с группой офицеров производил рекогносцировку и осмотр военных сооружений в районе Радымно.


Во многих пунктах вблизи границы сосредоточены понтоны, брезентовые и надувные лодки. Наибольшее количество их отмечено на направлениях на Брест и Львов...


... Отпуска военнослужащим из частей германской армии запрещены.


Кроме того, получены сведения о переброске германских войск из Будапешта и Бухареста в направлении границ с СССР...»


Это к вопросу о том, на каком уровне проводилась разведка. Так выглядят реальные донесения – в виде микроскопических фактиков, которые суммируются, проверяются и перепроверяются, а не в виде телеграмм, типа: «Война начнется 22 июня!» А потом наши типа историки начинают трагическим голосом вопрошать: «Ах, почему Сталин не поверил Рихарду Зорге?» Да потому и не поверил, что такие предупреждения так не делаются.


Впрочем, и телеграмма Зорге была придумана журналистами в 60-е годы...


... НКВД УССР. 6 июня 1941г.


«По данным наблюдения 91-го Рава-Русского погранотряда, в пограничной полосе отмечается появление крупных танковых соединений немецкой армии...


... На границу прибыл офицерский состав, предположительно артиллеристы...


... По оперативным данным 97-го Черновицкого погранотряда, на территории Румынии немцы ведут усиленную подготовку к войне с СССР


В районы Кымпулунг, Ватра-Дорней, Кирли-Баба, Яссы, Ботошаны и Дорохой ежедневно из Германии через Венгрию прибывает 200 вагонов с боеприпасами, военным имуществом, снаряжением, продуктами и фуражом.


Все запасы концентрируются вдоль линии железной дороги между горами, под навесами временных складов, которых от Ватра-Дорней до Дорнешти насчитывается несколько сот.


У опушки леса юго-восточнее Дорохой установлены дальнобойные орудия.


...2 июня 1941 г. вечером в Сучава в помещении штаба дивизии немцы устроили бал, на который были приглашены румынские офицеры.


На вечере немецкий генерал, обращаясь к офицерам, заявил: «Господа офицеры, настал час объединенными силами возвратить Бессарабию, Северную Буковину и отобрать Украину. Вот в чем наша цель борьбы против коммунизма».


... Румынским правительством издан приказ – по окончании экзаменов в школах с 15 июня 1941 г. в целях размещения войск использовать все здания школ. В лицеях некоторые здания уже заняты под госпитали.


В Румынии проводится частичная мобилизация лиц 45-летнего возраста. Армейские части комплектуются по штатам военного времени. Проходит мобилизация конского состава...»


И такие вот данные слал каждый погранотряд!


... НКВД УССР. 9 июня.


«Среди солдат и офицеров (немецких. - Е. П.) имеются разговоры об ухудшении взаимоотношений между СССР и Германией, могущих вовлечь в войну...»


УНКГБ УССР по Львовской области. 12 июня 1941г.


«Стрелочник железнодорожной станции Журавица Ковальский нашему источнику «Ковалевскому» сообщил:


«Немцы усиленно готовятся к войне с Советским Союзом, для чего подтягивают к линии границы большое количество воинских частей, вдоль всей границы строят укрепления и окопы, внутри обивают их досками».


На вопрос источника, много ли у немцев здесь войск, Ковальский ответил: «На границе мало, но в тылу много. На днях в г. Дешуве выгружено много танков, снарядов и авиабомб. Некоторые бомбы большого веса: на одной платформе помещалось только две бомбы «.


... Источнику «Павловичу» от осмотрщика вагонов Зозули стало известно, что по границе реки Сан между селами немецкой территории


Болестраще и Гурки немцы приготовили специальные переправочные мосты, замаскированные деревьями.


... В депо станции Журавица стоят 7 паровозов широкой колеи, причем 3 из них находятся круглосуточно под парами. Эти паровозы приготовлены специально на случай военных действий с Советским Союзом.


Источник «Ковалевский «, будучи на железнодорожной станции Журавица, путем личного наблюдения установил, что вдоль линии границы по всей возвышенности роются окопы. За станцией Журавица... на расстоянии одного километра сооружаются бетонные укрепления.


В беседе с источником «Лугом» осмотрщик вагонов станции Журавица Зозуля рассказал следующее:


«Из разговоров немецких солдат и офицеров можно заключить, что немцы готовят наступление на Советский Союз... На транспорте в пограничных пунктах происходит полная замена местных железнодорожников прибывшими воинскими железнодорожными частями».


... В беседе с источником «Лугом» осмотрщик вагонов Зозуля рассказан, что все украинцы, которые служат в немецкой армии, в обязательном порядке обучаются парашютному делу... Учащихся обучают также сбрасывать на парашютах разного рода вооружение, вплоть до противотанковых пушек.


... На станцию Журавица привезли специальную машину, которая способна в течение часа перешивать 100 м пути широкой колеи на узкую.


В беседе 3 июня 1941 г. Зозуля источнику «Владимирову» сообщил следующее:


«На станции Журавица немцы приготовили три железных разбирающихся моста легкого типа для переправы через реку Сан. В ночь на 3 июня 1941 г. на станцию Журавица прибыло более 1000 немецких солдат. Между Перемышлем и Жешувом немцы сосредоточили большое количество воинских частей. Все это происходит потому, что, как объясняют немцы, германское правительство предъявило Советскому Союзу требование о пропуске немецких войск через территорию СССР в Иран, но Советский Союз отказал. Тогда немцы предъявили ультиматум с угрозой: если войска не будут пропущены, то они пойдут силой»» (Там же. С. 225–227)


Ага, еще одна немецкая версия происходящего! Кстати, обратим особое внимание на машину для перешивки железнодорожной колеи. Процесс рождения механизма таков: на него дают задание, потом его придумывают, проектируют, изготавливают – даже при самой фантастической организованности на это уйдет не один месяц. По условиям договора о ненападении, наши технические специалисты паслись на германских заводах, как у себя дома – и неужели никто из прокоммунистически настроенных рабочих, которых там и при Гитлере было полно, не шепнул советскому инженеру об этом задании? Конечно, шепнул, и эта информация тоже в свое время легла на стол Сталину.


Кстати, еще о колее. Готовя нападение на СССР, Гитлер неизбежно должен был думать о снабжении своих войск на нашей территории. Это задача куда более сложная, чем кажется, поскольку железнодорожная колея в СССР несколько шире, чем в Западной Европе. Вагоны переделать легко, а вот паровозы пришлось бы перебирать полностью. Не зря же Сталин в своей речи 3 июля особенно отметил: «... угонять весь подвижной железнодорожный состав, не оставлять врагу ни одного паровоза, ни одного вагона...».


Но Гитлер и не мог позволить себе рассчитывать на захваченный советский подвижной состав, это было бы совершенно непростительной авантюрой. Следовательно, заводы должны были получить заказы на паровозы широкой колеи. Если работы по изготовлению машин для перешивки колеи еще можно было как-то спрятать, то массовый заказ на паровозы... сами понимаете! Одна эта информация неоспоримо свидетельствовала, против кого собирается воевать Гитлер, а сроки изготовления локомотивов – когда примерно ждать войны (А подготовка к войне с Англией столь же обязательно должна была сопровождаться накоплением и изготовлением транспортных средств для переправы через Ла-Манш).


... А вот цитата из спецсообщения НКГБ БССР от 19 июня. Тут уже все по-простому, открытым текстом: «В связи с проведением подготовительных мероприятий к войне с Советским Союзом...»


«... В связи с проведением подготовительных мероприятий к войне с Советским Союзом со стороны германских разведывательных органов за последние дни усилилась переброска на нашу сторону агентуры...


... Допросом диверсантов установлено, что германская разведка стремится к началу военных действий между Германией и СССР отрезать передвижение частей Красной Армии по железным дорогам, для чего провести диверсии на следующих стратегических пунктах...


... Как показывают диверсанты, срок начала военных действий определен на первые числа июля... причем они получили задание, если война не начнется до 1 августа, произвести диверсию вне зависимости от обстоятельств и возвратиться обратно в Германию (Гитлер имел привычку неоднократно откладывать начало войны. Так, сроки начала кампании против Франции переносились 26 раз. Приказ о нападении на СССР был подписан 10 июня, а до того речь о точной дате, естественно, идти не могла)..


В своих показаниях диверсанты Гордиевич и Чудук указывают, что с началом военных действий между Германией и СССР они должны были взорвать железнодорожное полотно с целью крушения воинских эшелонов на ст. Лунинец и создания пробки в движении поездов...


... Кроме совершения диверсионного акта Гордиевич и Чудук должны были поддерживать в период первых дней войны связь с германскими самолетами, для чего разведка обеспечила их соответствующим полотнищем...»(Органы государственной безопасности СССР в Великой Отечественной войне. Сборник документов. Т. 2. С. 263-264)


Кстати, Гитлер должен был информировать о надвигающейся войне и дипломатов, хотя бы своих и союзнических. По этим каналам тоже шли донесения.


Резидент НКГБ в Риме. 19 июня 1941 г.


«... На встрече 19 июня «Гау» передал сведения, полученные им от «Дарьи» и «Марты» («Гау», «Дарья», «Марта» - псевдонимы агентов и источников римской резидентуры).


Вчера в МИД Италии пришла телеграмма итальянского посла в Берлине, в которой тот сообщает, что высшее военное немецкое командование информировало его о начале военных действий Германии против СССР между 20 и 25 июня сего года».


Надо понимать: это были не отдельные разведсообщения, это был вал информации, отовсюду – из управления внешней разведки НКГБ, из НКГБ и НКВД союзных республик, из областных управлений, с погранзастав. Все они имели за границей колоссальное количество осведомителей, которые отслеживали перемещения немецких войск, вплоть до номеров частей, настроения, разговоры. Сообщения присылали дипломаты, работники разнообразных загранпредставительств, шли они и по линии ВКП(б), и по линии Коминтерна. И никакое германское ведомство не могло, технически не способно было противопоставить этому потоку подобный по напору вал дезинформации. На этом фоне знаменитая кампания Геббельса выглядит жалкой отмазкой.


Да, мы ведь еще не говорили о военной разведке. Дело в том, что НКГБ и НКВД все-таки больше занимались делами политическими. А у военных отслеживание перемещения войск являлось основной задачей. И вот как они это делали. Я приведу еще одно разведсообщение – читать его не надо, на него достаточно просто взглянуть...


Донесение о завершении сосредоточения и развертывания войск группы армий «Север». 18 июня 1941 г.


«На 17 июня 1941 года против ПрибОВО в полосе слева – Сувалки, Лыкк, Алленштейн и по глубине – Кенигсберг, Алленштейн – установлено: штабов армий 2, штабов армейских корпусов 6, пехотных дивизий 19, мотодивизий 5, бронедивизий 1, танковых полков 5 и до 9 отдельных танковых батальонов – всего не менее 2 танковых дивизий, кавалерийских полков 6–7, саперных батальонов 17, самолетов свыше 500.


Группировка и дислокация войск (100 000) – 1) район Мемель, Тиль- зит, Вишвиль: Мемель – штаб 291 пд, 401 и 610 пп, 2 батальона 337 пп, учебный батальон 213 пп, 33,61,63 артдивизионы. До 2 танк, батальонов, батальон тяжелых пулеметов, 48, 541 САП батальонов, 7 полк – морской пехоты, училище подводного плавания; Мельнераген (8004) – зен. артдивизион; Бахман (7610) – до артдивизиона; Швепельн (7212) – танковый батальон; Давилай (7222) – 250 пп; Роокен (6420) – батальон 660 пп; Шилуте – штаб 5 пд, штаб 161 мотодивизии, штабы 660,22 пп, пехотный полк; дивизион ПТО, 208 стройбата- льон; Матцикен (3432) – артдив 206 an; Ляужей (3638) – 520 саперный батальон; РУС (3024) – батальон 14 пп, сапрота; Вилляйкен (3030) – батальон 660 пп; Ужлекен (2632) – батальон 660 пп; Клокен (1834) – батальон 14 пп, саперная рота; Каук-мен (1634) – штаб и батальон 14 пл, сапрота; Тильзит штабы 7 ак, 1 пд, 290 пд, 8 мд, 1 кав. бригады, 43, 45, 216, 213, 52, 501, 502, 503 пехотные полки, штаб 469 пп,батальон горнострелкового полка, 202, 204, 227, 206 и 510 мотополки, батальон 272-го мотополка, 1 и 2 кп, 22 man, 21 лап, 290 an, 61 an, артдивизион 1 кбр, 212, 101 танк, батальоны, батальон связи 7 ак, 610 отдельный батальон связи, 52 понтонный батальон; 552 и 557 мотообозные батальоны; Погеген – 291 мп, батальон 350 мп, 116 танк, батальон; Пиктупенен (1262) – штаб 350 мп, пехотный батальон, 511 дивизион ПТО; Гресцпелькен (1668) – до роты средних танков; Лаугарген (2074) – батальон 214 пп до артполка, штаб строительного участка; Виллкишкен (1072) – пехотный батальон; Хайрих-Свальде (0042) – 44мп; Лампенен (0866) – 31, артдивизион ПТО..»


И так далее, по всему участку границы, относящемуся к ведению Прибалтийского округа. Говорить после этого о том, что кто-то не верил – попросту нелепо. Не поверить было нельзя, Германия готовилась к войне слишком откровенно, да немцам и прятаться-то особой нужды не было – уверенность в мощи немецкой армии, опыт побед над достаточно сильным противником, казалось бы, делали ненужной конспирацию. Тигр собирался напасть, и будет жертва знать об этом или не будет – роли не играло. До сих пор, по крайней мере, это было именно так...
============================

читайте ... : "Сказка об армии, убитой в казармах" (лучше читай всё - только тогда поймёшь = это пипец - привожу малую часть
http://vtabakerke.ru/print:prudn...vozmozhnogo.html

Выписка из приказа штаба Прибалтийского особого военного округа. 19 июня 1941 г.


«1. Руководить оборудованием полосы обороны. Упор на подготовку позиций на основной полосе УР, работу на которой усилить.


2. В предполье закончить работы. Но позиции предполья занимать только в случае нарушения противником госграницы.


Для обеспечения быстрого занятия позиций как в предполье, так и (в) основной оборонительной полосе соответствующие части должны быть совершенно в боевой готовности.


В районе позади своих позиций проверить надежность и быстроту связи с погранчастями.


3. Особое внимание обратить, чтобы не было провокации и паники в наших частях, усилить контроль боевой готовности. Все делать без шума, твердо, спокойно. Каждому командиру и политработнику трезво понимать обстановку.


4. Минные поля установить по плану командующего армией там, где и должны стоять по плану оборонительного строительства. Обратить внимание на полную секретность для противника и безопасность для своих частей. Завалы и другие противотанковые и противопехотные препятствия создавать по плану командующего армией – тоже по плану оборонительного строительства.


5. Штабам, корпусу и дивизии – на своих КП, которые обеспечить ПТО по решению соответствующего командира.


6. Выдвигающиеся наши части должны выйти в свои районы укрытия. Учитывать участившиеся случаи перелета госграницы немецкими самолетами.


7. Продолжать настойчиво пополнять части огневыми припасами и другими видами снабжения.


Настойчиво сколачивать подразделения на марше и на месте.


Командующий войсками ПрибОВО генерал-полковник КУЗНЕЦОВ


Начальник управления политпропаганды РЯБЧИЙ


Начальник штаба генерал-лейтенант КЛЕНОВ» (Цит. по: Мартиросян А. 22 июня. Правда генералиссимуса. М., 2005. С. 95)


По сути, 18 июня стал для Красной Армии первым днем войны. В этот день составлялись и исполнялись приказы, подобные тому, который подписал командир 12-то мехкорпуса Прибалтийского военного округа Шестопалов: «С получением настоящего приказа привести в боевую готовность все части. Части приводить в боевую готовность в соответствии с планами поднятия по боевой тревоге, но самой тревоги не объявлять... С собой брать только необходимое для жизни и боя» (Цит по: Солонин М. День «М», М., 2007). Это «для жизни и боя» для получивших приказ командиров, если они имели глаза и голову, означало войну.


И на этом фоне знаменитая «Директива № 1» выглядит уже не отчаянной и запоздалой попыткой в последний момент все же предупредить ничего не подозревающие войска, а вполне логичным и закономерным итогом всей предшествующей подготовки.


Директива № 1


Военным советам западных приграничных округов о возможном нападении немцев 22–23.6.41 и мероприятиях по приведению войск в боевую готовность с ограничениями, маскировке войск, готовности ПВО


«Военным советам ЛВО, ПрибОВО, ЗапОВО, КОВО, ОдВО Копия: Народному комиссару Военно-Морского Флота


1) В течение 22–23.6.41 г. Возможно внезапное нападение немцев на фронтах ЛВО, ПрибОВО, ЗапОВО, КОВО, ОдВО, нападение немцев может начаться с провокационных действий.


2) Задача наших войск – не поддаваться ни на какие провокационные действия, могущие вызвать крупные осложнения.


Одновременно войскам Ленинградского, Прибалтийского, Западного, Киевского и Одесского военных округов быть в полной боевой готовности встретить возможный внезапный удар немцев или их союзников.


3) Приказываю:


а) В течение ночи на 22.6.41 г. скрытно занять огневые точки укрепленных районов на государственной границе.


б) Перед рассветом 22.6.41 г. рассредоточить по полевым аэродромам всю авиацию, в том числе и войсковую, тщательно ее замаскировать.


в) Все части привести в боевую готовность. Войска держать рассредоточенно и замаскированно.


г) Противовоздушную оборону привести в боевую готовность без дополнительного подъема приписного состава. Подготовить все мероприятия по затемнению городов и объектов.


д) Никаких других мероприятий без особого распоряжения не проводить.


Тимошенко, Жуков. 21.6.41»


Эта директива ушла в войска в 0 часов 30 минут, и означала она войну – хотя бы уже одним своим номером, говорившим о новом отсчете времени. Ну и содержанием, конечно, тоже. В первую очередь пунктом За: «занять огневые точки укрепленных районов на государственной границе». Дело в том, что на многих участках укрепрайоны были расположены практически рядом с границей, так, что пограничные реки простреливались пулеметным огнем, и занятие огневых точек расценивалось так же, как занятие предполья. Поэтому в предыдущих директивах и говорилось: занимать огневые точки только после того, как немцы перейдут границу.
===============================
http://militera.lib.ru/research/...saev_av2/03.html
«СООБЩЕНИЕ НКГБ СССР И.В. СТАЛИНУ И В.М. МОЛОТОВУ

№ 2279/м

17 июня 1941 г.

Сов. секретно

Направляем агентурное сообщение, полученное НКГБ СССР из Берлина.

Народный комиссар

Государственной безопасности СССР

В. Меркулов

Сообщение из Берлина

Источник, работающий в штабе германской авиации, сообщает:

1. Все военные мероприятия Германии по подготовке вооруженного выступления против СССР полностью закончены, и удар можно ожидать в любое время.

2. В кругах штаба авиации сообщение ТАСС от 6 июня воспринято весьма иронически. Подчеркивают, что это заявление никакого значения иметь не может.

3. Объектами налетов германской авиации в первую очередь явятся электростанция «Свирь-3», московские заводы, производящие отдельные части к самолетам (электрооборудование, шарикоподшипники, покрышки), а также авторемонтные мастерские.

4. В военных действиях на стороне Германии активное участие примет Венгрия. Часть германских самолетов, главным образом истребителей, находится уже на венгерских аэродромах.

5. Важные немецкие авиаремонтные мастерские расположены: в Кенигсберге, Гдыне, Грауденце, Бреславле, Мариенбурге. Авиамоторные мастерские Милича в Польше, в Варшаве Очачи и особо важные в Хейлигенкейле.

Источник, работающий в министерстве хозяйства Германии, сообщает, что произведено назначение начальников военно-хозяйственных управлений «будущих округов» оккупированной территории СССР, а именно: для Кавказа — назначен АМОНН, один из руководящих работников национал-социалистической партии в Дюссельдорфе, для Киева — БУРАНДТ — бывший сотрудник ми

(Отредактировано автором: 13 декабря 2014 — 01:16)

Попрошу и Вас вести себя корректно и не нарушать правил форума. Или Вы по принцыпу "клин клином вышибают" ? Так это всё-равно нарушение Правил форума, влекущее за собой административное наказание. Зачем доводить ситуацию до такого?

Курбатов, Опер, прошу обоих удалить обоюдные оскорбительные выпады и выяснить отношения в личке.

(Отредактировано автором: 13 декабря 2014 — 01:35)
-----
Все люди разные.
Поступай с людьми так, как хотел бы что бы они поступали с тобой.