Сообщений всего: 15929
Дата рег-ции: 5.04.2012
Репутация: 59
[+]
Дедушка-снайпер. Самому старому участнику Великой Отечественной было 88 лет
Потрясающая история академика, бойца, народовольца и просто героя страны Николая Морозова, который на девятом десятке защищал Родину так, что гитлеровцы приходили в ярость от бессилия.
Когда весной 1942 года командиру одного из батальонов, державших оборону участка Волховского фронта, представили нового снайпера, майор подумал, что стал жертвой чьей-то злой шутки.
Перед ним стоял дряхлый старик с седой бородой, в гражданской одежде, едва (как показалось в самом начале) держащий в руках винтовку-«трёхлинейку».
— Сколько же вам лет? — в полном изумлении спросил командир.
— В июне восемьдесят восемь исполнится... — спокойно ответил дедушка. — Не беспокойтесь, меня не призвали — в тылу всё нормально. Я доброволец. Покажите позицию, откуда я смогу стрелять. Поблажек не надо, буду воевать на общих основаниях.
Почётный член Академии Наук СССР, бессменный (с 1918 года) директор Естественно-научного института им. Лесграфта Николай Александрович Морозов потребовал отправить его на фронт ещё 22 июня 1941 года — в первые же часы, когда объявили о нападении Германии. В 1939 году он закончил курсы Осоавиахима, и с тех пор постоянно упражнялся в снайперской стрельбе. Несмотря на очки, Морозов стрелял прекрасно, о чём и указывал в своих частых обращениях в военкомат. Академик считал — в тот момент, когда Отечество в опасности, и советскую землю топчут немецкие сапоги, все должны сделать свой вклад для достижения Победы. Ведь немцы ежедневно обстреливают улицы Ленинграда, он хочет ответить им тем же, поквитаться за убитых женщин и детей. Страшно удивлённое такому напору начальство в итоге не выдержало, и сообщило — товарищ академик может выехать на участок фронта вблизи Ленинграда, и принять участие в боевых действиях. Но, ввиду преклонного возраста, исключительно в качестве командировки, на один-единственный месяц. Появившись в окопах, Морозов моментально поразил всех — тем, что он ходил без палочки, легко (в случае обстрела) пригибался, и с винтовкой обращался, как завзятый фронтовик. Академик пару дней выбирал себе позицию для стрельбы — и, наконец, залёг в засаде в траншее. Он пролежал так два часа, в довольно прохладную погоду, пока не нашёл свою цель — нацистского офицера. Тщательно прицелившись, Морозов убил немца сразу — с одного выстрела.
Этот случай ещё более удивителен тем, что советский академик-снайпер — учёный с мировым именем. Ну, представьте, Альберт Эйнштейн взял бы и отправился воевать на фронт. Сын ярославского помещика и крепостной крестьянки (!), потомственный дворянин Николай Морозов был довольно «горячим» парнем с самой юности. Вскоре после гимназии (откуда его исключили за неуспеваемость) он вступил в подпольную организацию «Народная воля»: состоял в числе тех, кто планировал состоявшееся 1 марта 1881 года убийство императора Александра II.
Отсидел почти 25 лет в тюрьме, был выпущен на свободу ввиду амнистии, последовавшей за революцией 1905 года. Удивительно, но именно за решёткой «террорист» заинтересовался наукой. Морозов самостоятельно выучил 11 языков (французский, английский, итальянский, немецкий, испанский, латинский, древнееврейский, греческий, древнеславянский, украинский и польский). Занялся физикой, химией и астрономией, увлёкся также математикой, философией, политэкономией. В камере Морозов заболел туберкулёзом, и находился на грани смерти — однако, выжил благодаря придуманной им системе специальной гимнастики: болезнь отступила. Освободившись из заключения, Морозов с головой погрузился в науку — достаточно сказать, что он опубликовал 26 (!) научных трудов.
В 1910-м году учёный совершил полёт на аэроплане, изрядно напугав власти — жандармы посчитали: экс-революционер может из облаков бросить гранату в государя Николая II, и устроили обыск на его квартире. Доказательств «подрывной деятельности», впрочем, не нашли. Тем не менее, будущего академика арестовывали дважды — в 1911 и 1912 годах. Всего он провёл в тюрьме почти 30 (!) лет. После революции Морозов не стеснялся открыто критиковать Ленина, заявляя — дескать, не разделяет большевистские взгляды насчёт строительства социализма: буржуазия и пролетариат должны сотрудничать, друг без друга им не выжить, промышленность нужно не грубо отнимать, а мягко национализировать.
Уважение к Морозову как учёному было таково, что большевики помалкивали. Ведь по объёму исследований в области физики и химии в двадцатых годах XX века во всём мире не было научных светил, равных Морозову по авторитету и результатам. Даже после того, как при Сталине в 1932 году закрыли Русское общество любителей мироведения (изучения геофизики и астрономии), и репрессировали всех участников, председателя общества Морозова не тронули — он уехал в своё бывшее имение Борок, где работал в специально построенной астрономической обсерватории.
И вот человек подобного уровня, светило мировой науки, автор гениальных трудов, создатель научного центра, приезжает добровольцем на фронт — в качестве рядового солдата: воевать за Родину. Живёт в землянке, ест из солдатского котла, без жалоб терпит тяготы войны — несмотря на то, что он глубокий старик. Красноармейцы поражаются — на удивительного дедушку приходят посмотреть из других частей, слухи о нём распространяются по всему фронту. Академик сердится — вот, делают из него звезду, а ему воевать надо. Сражался он смело. Обстоятельно и не спеша, изучив траекторию полёта пули, особенно в условиях влажности (как и положено физику), Николай Морозов застрелил ещё несколько немецких военнослужащих. Вконец взбешённые гитлеровцы принялись охотиться за лихим академиком, подвергая частому орудийному обстрелу возможные укрытия старого снайпера. В результате, перепуганное руководство, невзирая на протесты Морозова, вернуло учёного с Волховского фронта назад, призвав сосредоточиться на научной работе. Академик ещё несколько месяцев буянил, требуя снова отправить его сражаться на передовую простым снайпером, но затем остыл.
В 1944-м году, оценив воинскую доблесть, Морозова наградили медалью «За оборону Ленинграда» и орденом Ленина. В письме Сталину от 9 мая 1945 года учёный с радостью сообщил — «Я счастлив, что дожил до дня победы над германским фашизмом, принёсшим столько горя нашей Родине и всему культурному человечеству». 10 июня 45-го Николай Александрович Морозов был награждён ещё одним орденом Ленина. Он выразил сожаление — увы, ему так мало удалось сделать на передовой для Победы. Учёный умер в возрасте 92 лет, 30 июля 1946 года. В нашей памяти, он останется самым старым участником Великой Отечественной — не подлежавшим призыву, но отчаянно рвавшимся на фронт: и добившимся своего, хотя бы на месяц. Сейчас даже не верится, что такие люди, как Морозов, вообще могли существовать. Но, тем не менее, они были живой реальностью той войны.
Георгий Зотов Прикреплено изображение (Нажмите для увеличения)
За этот пост сказали спасибо: LVZh, STiv
Artur1984
Отправлено: 27 ноября 2018 — 12:17
полковник
Сообщений всего: 7686
Дата рег-ции: 30.10.2011 Откуда: Ростов-на-Дону, Россия
Репутация: 69
[+][+]
Опер пишет:
тсидел почти 25 лет в тюрьме, был выпущен на свободу ввиду амнистии, последовавшей за революцией 1905 год
Это разве не идейный дедушка акадЭмика Фоменки?
Центурион пишет: Просто интересуюсь историей.
До этого периодически отписывался на форумах конкретно не связанных с историей.
Однако если завязывалась более-менее серьезная дискуссия - понимал, что в основном окружен школьниками-дилетантами.
Почерпнуть что-то новое из таких споров - не удавалось.
Начал искать и попал сюда. Удивило и порадовало отсутствие "неадекватов" ибо на молодежных форумах я от них порядком устал.Зарегистрироваться!
Опер
Отправлено: 11 марта 2019 — 08:18
полковник
Сообщений всего: 15929
Дата рег-ции: 5.04.2012
Репутация: 59
[+]
Ангел по имени "Галя"
Галя, русско(почти)-китайская героиня, родилась 18 февраля 1928 года в Суйфэньхэ во время Праздника весны (Чуньцзе) в год Дракона. Праздник Весны – главный народный праздник в Китае и является ничем иным как китайским Новым годом. Галина была единственная дочь китайского отца Чжан Хуансиня и русской девушки Феклы.
Ей дали православное имя Дубеева Галина Васильевна.
Когда 9 августа 1945 года советская армия начала освобождение Китая от японских интервентов, ей исполнилось всего 17 лет.
Сами события происходили не в Дуннинском УР, а в Пограничненском УР, вернее в его центральном узле сопротивления на г. Тянчаншань (Северная). Эта сопка и сейчас возвышается над Суйфэньхэ своим трапециеобразным профилем. На этой высоте находилась одна из самых мощных укрепленных групп с большим количеством подземных коммуникаций, многочисленные артиллерийские позиции, включая 3 280-мм гаубицы.
Бои по захвату укрепленной группы шли с 9 по 15 августа 1945г. На конечном этапе к штурму привлекался 32 ОАД ОМ (6 280-мм мортир), который вел огонь в течение одного дня 15 августа, израсходовал 184 снаряда, разрушено 8 дотов, 2 дзота, подавлено 2 дота, 6 дзотов. Помимо него огонь по укреплениям высоты Тяньчаншань вел 119 ГАБР БМ (24 203-мм гаубицы), только за один день 15 августа дивизион разрушил 26 сооружений, израсходовав 492 снаряда, т.е. на уничтожение одного сооружения расходовалось всего 15-20 снарядов. В результате в укрепленной группе погибли до 700 японских солдат и несколько сот японских мирных жителей, спасавшихся в подземной части от советских войск.
В начале лета 1910 года умер отец Чжан Хуаньсиня. В 1912 году он попрощался с матерью и братом Чжан Юнсинем и принял участие в миграции в Гуаньдун вместе с дядей, чтобы избавиться от нищеты. Оба они шли пешком тысячи километров больше месяца, в результате прибыли в Нингуту (теперь город Нинань). После этого они перешли в уезд Дуннин, перешли через пограничный пункт Саньчагоу в Россию и поселились в деревне Гранатовка (в настоящее время в Покровском районе Приморского края). Дядя открыл продовольственный магазин, Чжан Хуасинь занимался доставкой товаров. В школе в деревне Гранатовка Чжан Хуасинь учился русскому языку. Там же он познакомился с семьей Моисеевых, отец семейства по имени Моисей, которые стали его крестными родителями. В результате Чжан Хуасинь принял православие и русское имя: Дубев Василий Моисеевич.
В 1916 году Чжан Хуаньсинь вел торговлю отдельно от дяди, в Саньчагоу закупал шерсть и кожу, потом с этими товарами ездил во Владивосток и торговал ими.
В 1922 году Чжан Хуаньсинь бросил торговлю, перешел границу через Саньчагоу и прибыл в Суйфэньхэ (ст. Пограничная). Здесь он устроился проводником на поезд Суйфэньхэ – Мулин.
В 1914 году Фекла в возрасте 8 лет приехала в с. Петровка вместе с матерью и поселилась у сестры матери. Тогда же девятилетняя Фекла прервала учебу и стала работать прислугой у богатого крестьянина в той же деревне.
В 1922 году Фекла попрощалась с матерью и ушла с белогвардейцами в Гродеково, а позже русский эмигрант приютил ее в Суйфэньхэ. Здесь она подружилась с Любой – дочерью русского эмигранта, которая позже стала крестной матерью Галины. Православная церковь предоставила ее в качестве прислуги русскому эмигранту.
Получилось так, что Чжан Хуаньсинь и Фекла оба приехали в Суйфэньхэ в 1922 году. Похожая судьба и одинаковая вера способствовали их знакомству, которое переросло в любовь. 22 октября влюбленные двух стран обвенчались в церкви Св. Николая в Суэфэньхэ. Жили они в доме русского стиля площадью 222 кв. м на ул. Сквозная (ныне Цинюньлу), Фекла взяла фамилию мужа и стала Чжан Феклой Леонтьевной.
23 октября 1923 года родился старший из братьев Галины – Чжан Голе, православное имя – Дубеев Николай Васильевич. Он умер от диабета 20 ноября 1996 года в возрасте 73 года в городе Екатеринбурге.
18 июня 1925 года родился второй из старших братьев Галины – Чжан Иго, православное имя – Дубеев Игорь Васильевич. Он умер от гипертонии 20 июня 1994 года в возрасте 69 лет в Казахстане.
16 апреля 1930 года родился младший брат Галины – Чжан Шуле, православное имя – Дубеев Александр Васильевич. Он умер 19 июня 2011 года в городе Уссурийске.
18 февраля 1928 года в Суйфэньхэ родилась Галина – единственная дочь Чжан Хуансиня и Феклы, православное имя – Дубеева Галина Васильевна. Галя родилась во время Праздника весны (Чуньцзе) в год Дракона. Рождение Гали принесло радость семье. Детство Гали проходило в теплоте и любви.
В июле 1929 года во время конфликта на КВЖД Суйфэньхэ находился на линии фронта. Поэтому в августе 1929 года Фекла с однолетней Галей, Чжан Голе и Чжан Иго ушли к названной сестре Любе, которая проживала в Мацзягоу около Харбина. Люба очень полюбила Галю и стала для нее крестной матерью.
В ходе конфликта на КВЖД в 1929 году Чжан Хуаньсинь остался на станции Суйфэньхэ и сумел избежать опасностей войны. Воспользовавшись удобным случаем он дешево купил дом в русском стиле площадью 144 кв.м на улице Датунцзе и решил открыть в нем русский ресторан.
20 декабря 1929 года Китай и Советский Союз подписали в Боли соглашение о прекращении огня, война закончилась. Еще до рождества Фекла с детьми вернулись в Суйфэньхэ.
5 января 1933 года части 10-й японской дивизии захватили Суйян – дверь в Суйфэньхэ (в 20 километрах западнее), Суйфэньхэ пал и начался период марионеточного государства Маньчжоу-Го.
В этот период председатель торговой палаты – изменник Ли Цзиньшэн, директор акционерного общества по производству электрических ламп «Баочэн» уговаривал Чжан Хуансиня переименовать ресторан под японское название. Чжан Хуансинь не согласился, но был вынужден снять вывеску. Но как только посетители заходили в ресторан они попадали в «Советский хлеб». Сам хлеб пользовался популярностью в Суйфэньхэ.
В начале 1934 года полиция в Суйфэньхэ проводила регистрацию жителей. Чжан Хуаньсинь с помощью соседа японца смог зарегистрировать себя, Феклу и Чжан Голе как китайских граждан, а Чжан Иго, Голлю и Чжан Шуле как русских эмигрантов. После этого семья стала пользоваться правами русских эмигрантов, получала еду, была под охраной организации русских эмигрантов.
В 1934 году возобновила занятия школа русских эмигрантов в Суйфэньхэ. 10 января Галя поступила в эту школу, училась русскому языку, математике, географии, музыке, физкультуре, японскому и китайскому языкам.
В 1940 году двенадцатилетняя Галя узнала, что приехавшая в Суйфэньхэ из Дуннина русская эмигрантка Дарья Геннадьевна и ее семья жили очень тяжело. Она воодушевляла товарищей помочь этой семье.
В детстве Галя была смелой и остроумной, спокойно относилась к неприятностям. Однажды ее корова забежала в зону, находящуюся под надзором японской армии, часовой задержал корову. Голля со своими японскими, корейским и русскими друзьями нарвали букет цветов и сделали вид, что навестили пост осмотра, они пели и танцевали, а когда часовой притупил бдительность, отвели корову.
В 1942 году Гале исполнилось четырнадцать лет. Она окончила школу для русских эмигрантов. Школа приняла ее на работу, она учила музыке и японскому языку. Через два семестра она закончила работу и стала помогать отцу управлять рестораном. Хотя Галя училась в школе русскому языку, но и по-китайски она говорила хорошо, потому что ее отец был китаец, а два брата учились в школе Гуанхуа в Суйфэньхэ. С 1933 года, когда японская армия захватила Суйфэньхэ, японцы стали активно насаждать свое образование. В русской и китайской школах открылся предмет – японский язык. Поэтому Галя говорила отлично и по-японски.
В январе 1943 года солдат Красной Армии Чжан Голе приехал домой навестить родных. (Здесь какая-то путаница, вероятно он и служил в Красной армии, но уже потом, после войны) Вся семья фотографировалась в фотоателье Хуафэн в Суйфэньхэ. Галя хотела сфотографироваться вместе со старшим братом, так возник их совместный снимок Однажды друг Чжан Голе Мушурин приехал к нему в гости, Галя участвовала в их разговоре, они пили вволю. Мишурин попросил фото у брата на память, Чжан Голе подарил это фото Мишурину. На обороте старого фото были три строки на русском языке почерком Чжан Голе. Слова: «На память. Мишуриным от знакомых Николая и Гали. 1943г., 14 января».
В 1946 году весной прежде чем вернуться на Родину за советской Красной армией, Мишурин навестил Чжан Голе и узнал, что Галя пропала бесследно, когда склоняла японскую армию к капитуляции. Во время войны у семьи Чжан не осталось фотографии, Мишурин оставил это фото у себя.
В апреле 1980 года Чжан Голе со слепой Феклой переехал жить в Уссурийск. Они потеряли многое, но сохранили этот групповой снимок.
Это фото Гали доказывает ее существование. Люди могли видеть девушку-легенду своими глазами.
В июне 1943 года Галя и ее товарищ Лида участвовали в концерте русских эмигрантов из Суйфэньхэ, Дуннина, Илинь, Хэндаохэцзы, Ябули в музыкальном конкурсе «Золотая лилия», который проводило Общество русских эмигрантов. Галя пела песню «Белая акация и заняла первое место.
Брат Чжан Шуле вспоминал, что на концерте Галя была одета в шелковую блузу без воротника и красное платье с затянутым поясом, грудь украшали узорные лилии, пола шилась белыми, зелеными, синими и желтыми поперечными полосами, она была обута в крепкие красные кожаные туфли на босую ногу. Лида была одета также как и Галя. Галя пела меццо, густым и полным упругости голосом. Лида пела сопрано, звонким и приятным голосом. Их выступление получило всеобщую положительную оценку.
В июне 1943 года охрана железной дороги в Суйфэньхэ арестовала Чжан Хуаньсиня, обвинила его в шпионаже, взяла под стражу и держала около четырех месяцев. Во время допросов они применяли пытки, использовали воду и батоги, чтобы он сознался в шпионаже. Допросы так и не выявили состава преступления, но Чжан Хуаньсиня так и не выпускали на свободу. Галя просила отпустить отца на поруки своих японского и корейского соседей.
В августе 1943 года японский товарищ Гали, Илан, попал в автомобильную катастрофу, у него была сломана нога и правая рука, также была травма головы. Галя и друзья навестили его в больнице. Галя добровольно отдала ему кровь, скрывая факт того, что она была еще несовершеннолетней. Ее поступок тронул Илана и его семью.
Потом Илан передал Гале письмо перед тем как советская армия взяла штурмом крепость Тяньчаншань.
По воспоминаниям Чжан Шуле содержание его таково: Дорогая Галя, твой друг Илан уходит. Я не успел проститься с тобой, извини. Ты первая вторглась в мою душу, я сильно влюбился в тебя. Но я японец, сын военного (в Японии военный в запасе, военный в отставке, военный в резерве). Мне нельзя отдать любовь тебе и нельзя принять твою любовь. Японское море отгородило меня от тебя, я только превратил любовь в дружбу. Дарю тебе альбом с листьями в память о нашей дружбе. Я нужен Родине, я иду на борьбу защищать Японию и Маньчжурию. Если я вернусь, я обязательно буду присутствовать на вашей свадьбе. Если я посвящу свою жизнь Микадо, эти сто листьев принесут тебе и Борису сто благословений.
(Борис был женихом Гали, Илан упоминал его в письме. Они очень любили друг друга. Позже Борис вступил в Красную армию. После смерти Гали он много раз писал Чжан Шуле о Гале).
В период правления марионеточного государства Маньчжоу-го японская армия требовала, чтобы каждая семья участвовала в добровольном труде 3-6 месяцев. В мае 1944 года Чжан Хуансинь был привлечен к участию в добровольном труде. Галя беспокоилась о здоровье отца, постоянно просила за него. В результате Чжан Хуансинь работал в госпитале японских сухопутных войск в Суйфэньхэ три месяца.
9 августа 1945 года после полудня был создан штаб советской армии в Суйфэньхэ. Штаб объявил, что жители на улице Дунцзе должны быть перемещены в Симаотуньи поселок Фунин за три дня.
11 августа по требованию эвакуировать население Чжан Хуаньсинь в Симаотунь, где жил у одного старика. Чжан Шуле с Феклой переехали в здание Дабайлоу и по железной дороге в Симаотунь. Галя и отец шли по берегу Бэйдахэ, гоня трех коров. Вдруг Галя увидела, что солдаты советской армии задержали и допрашивают мать и младшего брата. Галя забеспокоившись подошла к матери, потом узнала, что надо идти к штабу советской Красной армии на улицу Хуаюаньцзе для регистрации.
Галя пришла в штаб советской Красной армии. В воротах собралось больше 50 человек. В это время, из дома вышел офицер и спросил по-русски: «Кто из вас может говорить по-японски?». Кто-то ответил: «Галя может».
Офицер спросил «Кто Галя?». «Я Галя», - Галя спокойно выступила из толпы. Офицер заглянул в лицо Гале, покосил голову и сказал: «Хорошо, пошли за мной», - ввел ее в дом.
Через двадцать минут Галя вышла, за ней шли офицер с белым флагом в руке и три солдата с винтовками. Люди смотрели на Галю и Феклу. Галя подбежала к матери, схватила ее за руку и сказала: «Мама, Красная армия просила меня поработать переводчиком, чтобы склонить японцев на горе Бэйшань к капитуляции». Там было много японских гражданских. Фекла заплакала, но ни слова не сказала. Она обняла Галю и разрыдалась.
Потом Фекла сняла свой новый платок и сняла старый платок с головы Гали, сквозь слезы сказала: «Галя, вот тебе новый красный платок» (по русской традиции в праздники и во время дальней поездки надо одевать новый платок, это имеет скрытый символ благополучия).
Галя сказала Чжан Шуле: «Саша, веди маму к папе в Симаотунь, папа ждет», - и поцеловала в лоб маму.
Галя махнула рукой маме: «Пока, я скоро вернусь». После 14 часов Галя с офицером и тремя солдатами вышли на север по улице Хуаюань, завернули за дом дистанции тяги и исчезли из поля зрения.
После обеда 11 августа Галя с офицером и тремя солдатами пришли в командный пункт Красной армии, расположенный на отрогах горы Тянчаншань в парке Наньгунюань и встретились с комиссаром и командиром полка 12-й советской стрелковой дивизии (в составе 5-й армии дивизии с таким номером не было). Они разрабатывали план как склонить японцев к капитуляции и написали текст предложения о капитуляции. Уже вечерело и выполнить поставленную задачу в этот же день не представлялось возможным, поэтому Галя заночевала в командном пункте.
В полночь инструктора пулеметной роты Федорченко Степана Захаровича разбудили и он получил приказ склонить японцев к капитуляции от командира полка на командном пункте. Затем он отобрал около 15 опытных солдат, вооружил их и создал небольшой отряд. Он отвечал за прикрытие Гали.
Ранним утром 12 августа командир, комиссар полка и заместитель командира полка познакомили Галю с капитаном Федорченко. После завтрака они приступили к выполнению задачи. Галя с белым флагом в руке и Федорченко шли впереди, за ними шел отряд. Они отдыхали в казарме (по исследованиям казарма Жилунь).
В полдень Галя начала говорить в сторону японской армии: «Мы – делегаты советской Красной армии, отвечающие за мирные переговоры, не стреляйте, выйдите на переговоры».
Через час с небольшим вышли более десяти военных с белым флагом и встали в пятидесяти метрах от Гали. Японские военные потребовали, чтобы Голля в одиночку шла на японские позиции на переговоры, а советский отряд ждал.
Стоя перед этим трудным решением Галя и Федорченко не знали, что делать. Галя тревожно смотрела на капитана и молча плакала. Федорченко обнял ее и утешал: «Не бойся, ты добрая, думай о том, что японская армия согласилась на переговоры. Верь, что они поверят в нашу искренность». Галя тревожно говорила: «Может быть, я не вернусь». Федорченко уговаривал: «Мы не понимаем японский язык, только ты умеешь переводить на японский язык. Иди и возвращайся».
Галя перестала плакать, ни слова не говорила и в руке с белым флагом и текстом предложения о капитуляции направилась к японским позициям. Федорченко видел как Галя подошла к японскому солдату и исчезла в лесу.
С японской стороны располагался небольшой отряд с пулеметами, японский офицер вел переговоры с Галей. Место переговоров находилось в метрах пятидесяти от Федорченко. Тогда было душно, ни ветерка. Советский отряд слышал их слова, но они говорили по-японски. Федорченко ничего не понимал.
Во время ожидания Федорченко услышал сильные крики, ссору, а затем безумный крик. Вдруг донесся выстрел и Федорченко, почувствовав неладное, начал звать Галю. В это же время с помощью рации он доложил обо всем в командный пункт и приказал отряду отступать с горы. Японцы начали стрелять в отряд, убили двух и ранили трех советских солдат. Федорченко вывел отряд из-под обстрела.
Вечером в командном пункте было принято решение собрать все тяжелые орудия и атаковать крепость Тяньчаншань, однако бои шли еще четыре дня.
В 15.00. 15 августа фортификационные сооружения крепости Тяньчаншань были уничтожены. 26 японских солдат были захвачены в плен. Под орудийным огнем японские военные, оказывавшие отчаянное сопротивление в крепости Тяньчаншань, почти все погибли.
Когда Галя ушла, вся семья тревожно ждала. Они видели, что Красная армия в результате атаковала крепость Тяньчаншань. После боя Галя не вернулась. Семья пыталась выяснить судьбу Гали у штаба Красной армии, но получила ответ: «Бывший штаб ушел вперед, а мы не знаем».
Семья Гали искала ее на горе более 30 раз, но это не дало никаких результатов. Cемнадцатилетняя девушка исчезла на горе Тяньчаншань.
Через много лет родные все еще искали Галю. Они писали в штаб Советской армии, даже в ЦК КПСС, но так и ничего не узнали. В китайском официальном архиве не было подробных записей о Гале, только в архиве управления общественного порядка в Суфэньхэ имелись материалы об этой истории в пятидесятые и шестидесятые годы, в них упоминалось: «Говорили, что дочь Чжан Хуансиня три раза лазила на гору Тяньчаншань на переговоры, была убита японским военным».
18 сентября 2003 года журналист Чэнь Юнь на телестанции в Суйфэньхэ получил сведения по этой истории, приехал в Уссурийск, брал интервью у Чжан Шуле. Чжан Шуле видел капитана Федорченко по телевидению. Чэнь Юнь нашел его сноху Валентину Федорченко и узнал, что Федорченко умер 1 сентября 1982 года.
Валентина Федорченко вспоминала: «Свекор Федорченко много раз говорил моей свекрови и детям, что он и Галя поднимались на гору с целью склонить японских военных к капитуляции. Тогда Красная армия не нашла переводчика с японского языка, поэтому и решили отправить Галю на переговоры. Галя знала, что опасно, но пошла. Советская армия специально направила отряд на прикрытие Гали. Но японские военные потребовали, чтобы Галя в одиночку шла на японские позиции на переговоры, а советский отряд ждал. С японской стороны был отряд с пулеметами, японский офицер вел переговоры с Галей.
Место переговоров находилось в пятидесяти метрах от Федорченко…Галя переводила требования на японский язык. Содержание: японские военные сложат оружие. Как и когда выйдут из подземной части. Какие гарантии предоставит советская армия
Когда Галя повернулась и пошла, японские военные открыли огонь. Галю убили на месте. Отряд вступил в бой и отступил. Потом армия двинулась на Муданьцзян. Федорченко не смог сообщить родителям Гали о ее смерти. Федорченко высказывал сожаление о смерти Гали. Иногда он смотрел на Китай и говорил, где же родители Гали. Он всегда говорил моей свекрови и детям: «Ничего не поделаешь, не было другого выхода как отправить Галю на риск».
В 1946 году Федорченко получил два ордена «Красной звезды». Когда брали интервью у его жены Агафьи, она сказала, что Федорченко с Галей выполняли задачу: склонить врагов к капитуляции, поэтому он получил один из орденов. При жизни Федорченко говорил, что орден «Красная звезда» вручена Гале.
По ссылке много фотографий Прикреплено изображение (Нажмите для увеличения)
(Отредактировано автором: 11 марта 2019 — 08:20)
Опер
Отправлено: 14 апреля 2019 — 10:16
полковник
Сообщений всего: 15929
Дата рег-ции: 5.04.2012
Репутация: 59
[+]
Цена подвига – 2,5 миллиона советских рублей: от Минска до Орла с мешками денег и двумя наганами
Герои бывают разными. Даже на войне. Милиционеры Косило и Семенчук совершили героический поступок, о котором сегодня СМИ раструбили бы на всю страну. Но тогда, в 1941-м, он не попадал в раздел фронтовых сводок, тем более на фоне развернувшихся трагических событий. Установить хронологию подвига помогли уникальные документы, хранящиеся в фондах Центрального музея МВД России.
От зажигательной бомбы загорелась крыша Сбербанка, пожар быстро распространялся по старому деревянному зданию. Медлить было нельзя, а команды, как действовать в подобной ситуации, ждать неоткуда.
Вечером 21 июня 1941 года милиционеры Волковысского городского отдела милиции (ГОМ) УНКВД Белостокской области, вошедшей совсем недавно в состав Белорусской ССР, Петр Косило и Павел Семенчук заступили на службу по охране городского отделения Госбанка. В пять утра город подвергся налету: сначала немецкие самолеты разбомбили военный аэродром, размещенный на окраине, а спустя несколько минут обрушили смертоносный груз на спавший Волковысск, расположенный, увы, так близко к новой границе. Где-то там, среди пламени и разрывов находились семьи милиционеров. У 35-летнего Косило с матерью осталось трое детей, причем младшему – Пете шел всего третий месяц, у его напарника Семенчука – молодая жена и первенец Машутка.
Три рубля на двоих
В воспоминаниях Петра Косило читаем: «Когда верх Госбанка загорелся, невозможно было больше охранять, так как горький дым забивал дыхание…»
Вскрыв вместе с управляющим и одним из инкассаторов деньгохранилище, милиционеры стали грузить пачки купюр и ценных бумаг в мешки, вынося их из охваченного огнем здания. Остановив случайную полуторку, Косило приказал водителю встать под загрузку. Сверху на шесть опечатанных сургучными печатями мешков и уселись вооруженные лишь наганами милиционеры. Они понятия не имели, сколько денег было в мешках, а в кармане у Косило, как вспоминал позже Петр Иванович, было два рубля. У Семенчука – рубль.
“Зарплату за июнь и июль 1941 года милиционеры так и не получили”
Двигать решили на восток, в сторону Минска. Когда вырвались из города, почти сразу попали под авианалет – пришлось свернуть в лес, где участники экстренной экспедиции дождались темноты. Когда стало понятно, что впереди сплошные неясности, а назад дороги нет, созрел заговор. Об этом ветеран МВД вспоминал так: «Банковские работники и шофер стали о чем-то договариваться втроем, стращать нас, что немецкие танки в Столбцах, мол, давайте наберем денег, сколько сможем, а остальные с машиной спалим».
Милиционеры отказались от предложения, пресекли панику гражданских лиц, убеждая их, что никаких танков впереди нет. Однако это не помешало банковским работникам раствориться в ночи. В бега ударился и пожилой водитель полуторки, которая не заводилась. Пришлось милиционерам, выйдя на дорогу, ловить попутки. Первыми остановились военные. Старший шедшей в тыл колонны майор согласился подбросить сотрудников НКВД с ценным грузом, однако далеко они не уехали, так как опять начался налет.
Пришлось снова сворачивать в лес, где скопилось несколько машин. Кто-то пустил слух, что мост через реку разбомбили и придется возвращаться. Так милиционеры спустя два дня оказались со своим грузом в прифронтовых Столбцах, еще не занятых, однако, немцами. Косило попытался сдать деньги в местное отделение Госбанка, но финработники наотрез отказались принимать ценный груз. Милиционерам удалось пробиться к начальнику ГОМ и рассказать ему о своих перипетиях. Тот, несмотря на сложную обстановку, оценил важность груза, помог найти машину и даже выделил в помощь сотрудника из местных, который хорошо знал окрестности и брался вывезти их полевыми дорогами на Минск.
«А зарплата потом»
Однако столица Белоруссии к тому времени подверглась варварским бомбардировкам, город пылал. Попетляв с полчаса по горящим улицам, они вырвались за город, надеясь добраться до Могилева, однако отъехав не более 20 километров, снова попали под бомбежку – немцы, уничтожив в первые часы советские самолеты на аэродромах, хозяйничали в небе. Снова выручил лес, в котором пришлось прятаться до темноты.
О том, что было дальше, Косило пишет так: «Мой товарищ Семенчук заболел в дороге от этого всего. Мы стали его уговаривать не падать духом: война скоро кончится и мы будем дома при своих семьях». Милиционеры третий день ничего не ели. На их скромные карманные расходы купить было нечего и негде.
Наконец к утру инкассаторы в погонах добрались до Могилева, где сутки ожидали решения, надеясь избавиться от своего груза. Но управляющий отделением областного Госбанка принимать деньги отказался даже под угрозой нагана. На вторые сутки, чтобы отделаться от слишком настойчивых милиционеров, их отправляют в расположенный восточнее райцентр Шклов.
На шестой день скитаний под бомбежками голодные, но в самом высоком смысле выполнившие долг до конца Петр Косило и Павел Семенчук сдали наконец ценный груз в Шкловское отделение Госбанка. При пересчете и приеме денег оказалось, что в мешках находится 2 миллиона 574 тысячи рублей – просто огромная по тем временам сумма. О чем был составлен акт, который всю войну хранил старший милиционер Косило, а ныне он находится в фондах музея.
Потрясает и следующий факт, приведенный в воспоминаниях ветерана: «Он (управляющий отделением банка. – Р. И.) спросил нас: «Получали ли мы зарплату или нет?». Мы не получали зарплату за июнь. И он нам дал своих денег по 50 рублей на питание и сказал: «А зарплату получите потом» – и оставил нас охранять Госбанк».
Как признался позже автор воспоминаний, зарплату за июнь и июль того рокового года они с напарником так и не получили. Впрочем, о ней милиционеры тогда думали, кажется, меньше всего. Когда груз, свалившись с их плеч, был сдан, с удвоенной силой заболело сердце об оставленных в тылу семьях: что с ними, живы ли?
Награда свыше
Но на этом, как оказалось, служба милиционеров по охране государственных ценностей была не окончена. Фронт быстро приближался (уже 11 июля немцы заняли Шклов), и им было поручено сопровождать материальные ценности эвакуируемого в тыл местного отделения Госбанка. Конечным пунктом этого боевого пути стал казавшийся тогда тыловым Орел, где наконец удалось отделаться от засургученных мешков, ради которых пришлось столько вытерпеть. Поступили милиционеры, почти неделю бывшие настоящими миллионерами, тогда единственно правильно, хотя за этот самый настоящий подвиг их так ничем и не наградили. А ведь каждый из них потенциально мог стать Остапом Бендером.
Зато судьба была милостива к нашим героям. Через Орловский военкомат их призвали на действительную военную службу. По окончании войны оба вернулись на Родину, где воссоединились с семьями. Это ли не награда?! Их родные подвергались репрессиям со стороны оккупантов как члены семей сотрудников милиции, но спасло, видимо, то, что с начала войны оба числились пропавшими без вести.
Глядя из дня нынешнего на этот всего лишь эпизод войны на фоне развернувшихся грандиозных событий Великой Отечественной, начинаешь лучше понимать, почему в итоге победа осталась за нами. Мы были нравственнее, а значит, сильнее наших противников.
Сегодня официально война нам не объявлена, но битва добра со злом продолжается. И каждый, особенно тот, кто облечен властью, носит погоны, может приблизить нашу победу. Или ускорить поражение.
***
Буханка ржаного хлеба стоила в 1940 году в среднем 75 копеек.
Примерная зарплата младшего начальствующего состава милиции в 1941 году составляла 250–300 рублей.
Роман Илющенко,
подполковник запаса, ветеран МВД
https://zagopod.com/blog/43124029261/TSena-podviga-%E2%80%93-2,5-milliona-sovetskih-rubley:--ot-Minska-do-Orl?mid=2FE4D3DB76472CC6075B4AB9697C2FB3&utm_campaign=transit&utm_source=main&utm_medium=page_0&domain=mirtesen.ru&paid=1&pad=1 Прикреплено изображение (Нажмите для увеличения)
Опер
Отправлено: 28 февраля 2021 — 18:48
полковник
Сообщений всего: 15929
Дата рег-ции: 5.04.2012
Репутация: 59
[+]
Однополчане его звали "Несгораемый"
Российская история знает несколько военных летчиков, вернувшихся к штурвалу после ампутаций нижних конечностей. Самым известным из них благодаря советскому писателю Борису Полевому стал Алексей Маресьев, поднимавший в небо истребитель без обеих ног. А вот судьба другого человека – обладателя звезды Героя - Леонида Белоусова мало кому известна. Его подвиг стоит особняком - этот летчик возвращался в строй после тяжелейших увечий дважды.
Неизвестный Герой
В советское послевоенное время жители Ленинграда, прогуливающиеся по проспекту Добролюбова, встречали неспешно передвигающегося с палочкой мужчину в больших черных очках. Его болезненная походка не вызывала ни у кого повышенного интереса, потому как фронтовиков с увечьями в те годы было много. О его боевом опыте свидетельствовала Золотая Звезда Героя на груди. Взгляды приковывало странное лицо мужчины, а точнее – его подобие. Переднюю часть головы покрывал огромный ожог, а брови, нос, губы и уши явно были «скроены» заново. По всему было видно, что высокое звание Героя далось мужчине страшной ценой. Конечно, на улице к такому человеку с расспросами никто не осмеливался подходить. Молчали о нем и местные радио, телевидение и газеты.
С лица воды не пить…
Судьба Леонида Белоусова испытывала его на прочность с раннего детства. В подростковом возрасте, на который выпало сложное послереволюционное время, мальчик ушел из своего одесского дома и ударился в бродяжничество. Несамостоятельный ребенок вскоре прибился к стрелковому полку красноармейцев, где ответственно выполнял разведзадания. Когда Гражданская война закончилась, 16-летний Леонид получил образование в местном училище и стал зарабатывать на хлеб ремеслом слесаря паровозоремонтного цеха.
В 20 он был выпускником Одесского пехотного училища, вступил в ряды Красной Армии, и параллельно учился в военной летной авиационной школе. Карьера летчика Белоусова стартовала в ВВС Балтийского флота. Как-то в 1938-м он преследовал на своем самолете нарушителя госграницы. Нелетные метеоусловия помешали справиться с управлением, и в момент посадки «вслепую» машина загорелась. Летчик получил сильнейшие ожоги лица, груди и рук. Чтобы вернуть себе человеческие черты, Белоусову пришлось перенести 32 пластические операции без полноценного наркоза.
Летчик, проявивший невероятное мужество и постепенно смирившийся с изувеченной внешностью, шутил, мол, «с лица воды не пить». К счастью, зрение не пострадало, и боец с новым «лицом» вернулся в строй. Шла финская война, стояли сумасшедшие морозы до -40 градусов. Белоусов летал в открытой кабине, обмазывая и без того ноющее лицо толстым слоем жира. Боевые задания он нес наравне с сослуживцами – разведка, прикрытие войск, штурмовка. За летную кампанию того военного периода награждён орденом Красного Знамени.
Потрясения Великой Отечественной
Начало ВОВ капитан Белоусов встречал в должности командира эскадрильи на полуострове Ханко. Неожиданно начали болеть и неметь ноги - видимо, в страшной аварии 1938-го года огонь серьезно повредил сосуды и нервы. Белоусов летал через боль, продолжая сбивать вражеские самолеты. За защиту Ханко получил второй орден Красного Знамени.
В декабре 1941-го Леонид Георгиевич прикрывал блокадную «дорогу жизни». После каждого приземления его буквально вытаскивали из кабины за руки, потому что ноги уже отказывались подчиняться. Во время врачебного осмотра после легкого ранения грянул диагноз: гангрена правой ноги. Несмотря на усилия хирургов, ногу пришлось ампутировать по самое бедро. Вскоре признаки гангрены проявились на левой конечности. На этот раз решили не затягивать и отняли стопу. Крепкий духом инвалид поставил цель во что бы то ни стало вернуться на фронт. Сначала освоил костыли, затем встал на протезы, страхуясь палочкой. Удовлетворяя настойчивость «несгораемого», как шутили друзья Белоусова, бойца, весной 1944-го медкомиссия рассмотрела дело о его дальнейшей судьбе.
Один из друзей Леонида рассказывал, что председатель комиссии Джанелидзе, извинившись, напомнил Белоусову, что он инвалид и не может вести полноценный образ жизни, не говоря уже о воздушных боях. Тогда Леонид Георгиевич быстро выскочил на открытую террасу над глубоким водоемом, откуда нырнул прямо в форме в пруд, переплыв его туда и назад. После этого выпада безногий пилот и получил назначение в летную часть. Белоусову пришлось снова учиться летать, после чего его назначили замкомом полка по летной подготовке. Уже летая без ног, Леонид сбил две вражеские авиамашины. После войны Белоусов возглавлял ленинградский аэроклуб, был начальником таксопарка. Звание Героя получил в 1957 году.
Просьба Героя
Накануне празднования Дней Победы в ленинградский Дом офицеров по традиции приглашались ветераны Великой Отечественной войны. В ходе одной из таких встреч в середине 70-х слово предоставили Леониду Белоусову. С усилием поднявшись со своего стула на протезы, он подошёл к микрофону. На протяжении 40 минут ветеран говорил не присаживаясь. Про себя он молчал, рассказывая о своих боевых товарищах. Белоусов называл имена лётчиков, отчаянно сражавшихся с врагом на фанерных «ишачках» и «чайках». Говорил о том, как совсем юные ребята взлетали и садились под обстрелами финской артиллерии, как экономя патроны сбивали «Юнкерсы», как забывались беспробудным от усталости сном в первую секунду после приземления, как отважно отдавали свои жизни за Родину.
Видно было, что целью его выступления было желание сохранить память о товарищах и хотя бы попытаться передать остроту чувств тех героических событий. В конце той речи Леонид Белоусов попросил:
«Будьте же и вы достойны их. Мы делали все, что могли. Нам, уходящему поколению, хочется видеть, что сражались и погибали не зря. А Родина - в ваших надёжных молодых руках, ребята». Прикреплено изображение (Нажмите для увеличения)
За этот пост сказали спасибо: Mart, LVZh
alexeybo
Отправлено: 12 декабря 2021 — 15:39
полковник
Сообщений всего: 9915
Дата рег-ции: 24.11.2017
Репутация: 32
[+]
Не совсем в русле темы это мое сообщение.
Вот наткнулся на такую информацию:
"Минобороны провело военно-исторический форум к 80-й годовщине битвы под Москвой
На форуме выступали представители Совфеда, Госдумы, Минобороны, Росгвардии, Росархива, представители ветеранских организаций, музеев, историки.
МОСКВА, 10 декабря. /ТАСС/. Министерство обороны РФ в пятницу провело международный военно-исторический форум, посвященный 80-летию битвы за Москву и 125-летию маршала Советского Союза Георгия Жукова, сообщили журналистам в Минобороны РФ.
На форуме выступали представители Совета Федерации, Госдумы, Минобороны, Росгвардии, Росархива, представители ветеранских организаций, музеев, историки. По данным Минобороны, на мероприятии присутствовали военные атташе из 19 стран. Форум прошел одновременно на 295 площадках. Как отметил на форуме председатель военно-научного комитета - замначальника Генштаба ВС РФ генерал-лейтенант Василий Трушин, "битва под Москвой продемонстрировала всему миру силу и несокрушимую мощь нашего государства, непоколебимую веру в победу, стойкость, мужество и непревзойденный героизм советского народа".
"Можно по-разному относиться к отдельным операциям и сторонам битвы под Москвой, так или иначе оценивать решения военачальников и действия войск, дискутировать о причинах неудач или успехов, - отметил генерал. - Но какими бы различными ни были мнения военных специалистов и историков по некоторым аспектам, все они единодушны в одном: все, что произошло под Москвой осенью и зимой 1941-1942 годов, повлияло на судьбу Европы, а через нее и на остальной мир гораздо больше, чем любая операция или сражение в то время на других фронтах и театрах войны".
Битва за Москву продолжалась с 30 сентября 1941 года по 20 апреля 1942 года. После оборонительных действий под командованием генерала армии Жукова началось крупномасштабное контрнаступление войск Западного фронта. Враг был отброшены на сотни километров от столицы". https://tass.ru/armiya-i-opk/13172951
Заинтересовался и решил посмотреть на сайте МО РФ. Там нашел заметку о проведении этого форума и слабенькую презентацию "Великий поворот под Москвой". https://structure.mil.ru/structu...=12398193@egNews
https://moscow80years.mil.ru/
Нашел информацию относительно видеообращения к участникам этого форума Матвиенко В.И.
"Матвиенко: уроки битвы за Москву актуальны и сегодня
В контексте напряжённой обстановки, которая сложилась в мире, опыт, переданный нам поколением победителей, — «одно из лучших преимуществ в развернувшейся борьбе». Об этом заявила спикер Совета Федерации Валентина Матвиенко в своём видеообращении к участникам международного военно-исторического форума.
Форум «И врагу никогда не добиться, чтоб склонилась твоя голова…» пройдёт 10 декабря в московском Музее Победы на Поклонной горе. Форум приурочен к 80-летию битвы под Москвой и 125-летию с дней рождения маршалов Советского Союза Георгия Жукова (1 декабря 1896 года) и Константина Рокоссовского (21 декабря 1896 года). Организаторами мероприятия выступают Минобороны РФ, Российское военно-историческое общество, Музей Победы. Участие в форуме примут сенаторы из Комитета Совета Федерации по обороне и безопасности.
По словам Матвиенко, битва под Москвой 1941 года занимает особое место в истории страны — тогда были сорваны планы блицкрига Гитлера, появилась вера нашего народа в свои силы.
«Считаю, уроки битвы за Москву актуальны и сегодня — в контексте той напряжённой обстановки, которая сложилась в мире. Опыт стойкости, мужества, силы духа, переданные нам поколением победителей, — одно из лучших преимуществ в развернувшейся борьбе», — заявила спикер Совета Федерации.
Она подчеркнула, что победа в Великой Отечественной войне была одержана «ещё и потому, что Красная Армия смогла выдвинуть из своих рядов в кратчайшие сроки целый ряд выдающихся полководцев».
«Но даже в когорте лучших из лучших имена маршалов Жукова и Рокоссовского овеяны особой славой. Глядя на даты их рождения, волей-неволей поверишь в звёзды и судьбу: двум великим нашим полководцам, родившимся с разницей в несколько дней, выпала доля защитить и спасти страну в 1941-м», — заметила спикер.
Матвиенко убеждена, что «мы победили благодаря патриотизму, стойкости и героизму нашего народа».
«Правда и справедливость были на нашей стороне. Глубоко уверена, что есть события, которые надо помнить и передавать из поколения в поколение. Подвиг наших предков у стен Москвы — одно из таких событий. Оно всегда в нашей памяти и сердцах», — заявила председатель Совфеда. https://www.pnp.ru/social/matvie...-i-segodnya.html
Там же есть ссылки на другие материалы в "Парламентской газете" на эту тему.
В других СМИ также промелькнула информация об этом форуме. https://tvzvezda.ru/news/202112102119-nBypY.html
https://vpk-news.ru/news/65036 https://cska.ru/index.php/news/21893
https://vmeste-rf.tv/news/v-moskve-zavershilsya-mezhdunarodnyy-voenno-istoricheskiy-forum/
и т.д.
На сайте Музея Победы на Поклонной горе материалов форума я не нашел.
Получается, что мероприятие было не для широкого круга лиц и с материалами этого форума не ознакомиться? На мой взгляд, это недостаток.
Mart
Отправлено: 12 декабря 2021 — 21:44
полковник
Сообщений всего: 11313
Дата рег-ции: 27.09.2016 Откуда: Беларусь
Репутация: 12
alexeybo пишет:
Получается, что мероприятие было не для широкого круга лиц и с материалами этого форума не ознакомиться? На мой взгляд, это недостаток.
Вполне с Вами согласен. Но думаю материалы после обработки появятся в том или ином виде. ----- Но мы попробуем спаять его любовью, -
А там увидим, что прочней....
Опер
Отправлено: 25 января 2022 — 00:02
полковник
Сообщений всего: 15929
Дата рег-ции: 5.04.2012
Репутация: 59
[+]
Не знал где выложить. Соответствующей темы на форуме не нашел. Решил здесь.
Рапорт о настоящем человеке
Непричесанный рассказ летчика Алексея Маресьева, будущего героя знаменитой повести Бориса Полевого. Алексею Петровичу 20 мая исполнилось бы 100 лет. Публикуется впервые.
Бой. "И меня выбросило из самолета..."
Подбили меня 4 апреля 42 г. Пробили мне мотор. А я был над их территорией. Высота была метров 800. Я немного оттянул самолет на свою территорию, километров за 12, но там были леса и болота, и сесть было негде. Я и пошел садиться на лес, а там лес редкий и высокий, и на лес садиться было очень трудно. Я прикрылся рукой, чтобы не удариться, может быть, думаю, жив останусь, так, чтобы глаза не выбило. Положил голову на руки, и здесь слева я увидел площадку. И здесь я сделал большую глупость. Я выпустил шасси, так как мне показалось, что там - площадка, но когда я стал разворачиваться, то мотор остановился, и машина пошла книзу. Я только успел выровнять ее из крена, как лыжами самолет задел за макушку дерева, и получился полный скоростной капот, т.е. самолет перевернулся кверху колесами. Я был привязан ремнями, но их оторвало, и меня выбросило из самолета. Так что я упал метров с 30, хотя точно не знаю. По-видимому, получилось так, что я упал на снег, а потом я покатился по дороге и ударился виском, и минут 40 я лежал без памяти. Потом, когда я очнулся, я чувствую что-то на виске, приложил руку - кровь, и висит лоскуток кожи. Я его хотел сначала оторвать, а потом чувствую, что кожа толстая и обратно ее приложил к пораненному месту. Кровь там запеклась, и все потом заросло.
От самолета осталась только одна кабина и хвост - все разлетелось в разные стороны. Я, вероятно, сильно ударился, так как вскоре у меня начались галлюцинации. Я очень хотел испортить мотор, вынимаю пистолет и начинаю стрелять по мотору. И мне кажется, что я не попадаю, я выстрелил одну обойму в пистолете, затем другую. Потом посмотрел опять в лес, и я вижу, что там стоят самолеты, стоят люди, я кричу, чтобы мне помогли, но потом смотрю - ничего нет. Посмотришь в другую сторону, опять то же самое, и потом снова все исчезает.
Я так и блудил. Шел, ложился, потом снова шел. Спал до утра в снегу. Один раз мне показалось совершенно ясно, что стоит дом, из дома выходит старик и говорит, что у нас здесь дом отдыха. Я говорю: "Помогите мне добраться". А он все дальше и дальше уходит. Тогда я подхожу сам, но ничего не вижу. Потом пошел в другую просеку, смотрю - стоит колодец, девушка гуляет с парнем, а то кажется, что девушка с ведрами идет. "Что несете?" - "Воду". Но воды мне не дала.
Я упал 12 километров от линии фронта, но никак не мог сообразить, где я, мне все время казалось, что я у себя на аэродроме или где-то близко. Смотрю, идет техник, который меня обслуживал, начинаю говорить ему: "Помоги выйти". Но никто ничего для меня не делает. И такая история со мной продолжалась суток 10-11, когда галлюцинация у меня прошла.
Спасение. "Подходите! Свой, летчик!"
Раз я просыпаюсь утром и думаю, что мне нужно делать? Я уже был совершенно в здравом уме. Очень сильно я отощал, так как ничего все время не ел. И компаса у меня нет. Я решил идти на восток, уже по солнцу. Вижу и самолеты, которые летят к нам. Думаю, наткнусь, в конце концов, на какое-нибудь село, а потом меня доставят. Но я очень сильно отощал и идти не мог. Шел я так: выбрал себе толстую палку, поставишь ее и подтягиваешь к ней ноги, так и переставляешь их. Так я мог пройти максимум полтора километра в сутки. А потом трое суток опять лежал и спал. И сны такие снятся, что кто-то зовет: "Леша, Леша, вставай, там тебе припасена хорошая кровать, иди туда спать..."
Так я провел 18 суток без единой крошки во рту. Съел я за это время горсть муравьев и пол-ящерицы. Причем я отморозил ноги. Я летел в кожанке и в унтах. Пока я ходил с места на место, в них попала вода, так как кругом уже таяло, а ночью было холодно, мороз и ветер, а в унтах вода, и я, таким образом, отморозил себе ноги. Но я не догадался, что ноги у меня отморожены, я думал, что не могу идти от голода.
Потом на 18е сутки 27 апреля часов в 7 вечера я лег под дерево и лежу. В это время слышу сильный треск. Я уже понимал, что в лесу здесь людей не было, и я решил, что идет какой-нибудь зверь, учуял жертву и идет. У меня осталось два патрона в пистолете. Я поднимаю пистолет, поворачиваю голову, смотрю - человек. У меня здесь мелькнула мысль, что от него зависит спасение моей жизни. Я ему стал махать пистолетом, но так как я оброс и стал очень худым, то он, наверное, подумал, что это - немец. Тогда я бросил пистолет и говорю: "Идите, свои". Он подошел ко мне: "Ты чего лежишь?". Я говорю, что я подбит, летчик: "Есть ли здесь немцы?". Он говорит, что здесь немцев нет, так как это место в 12 км от линии фронта. Он говорит: "Пойдем со мной". Я говорю, что не могу идти. - "Но я тебя не стащу с этого места. Тогда ты не уходи с этого места, я попрошу председателя колхоза, чтобы он прислал лошадь".
Часа через полтора слышу шум. Пришло человек восемь ребятишек 14-15 лет. Слышу, шумят, а не знаю, с какой стороны. Потом они стали кричать: "Здесь кто-нибудь есть?" Я крикнул. Тогда они подошли на расстояние метров 50. Тут я их уже увидел, и они меня увидели. Остановились. "Ну, кто пойдет?" - Никто не идет, боятся все. Потом один парнишка говорит: "Я пойду, только вы смотрите, если в случае чего, вы сразу бежите за народом, в деревню".
Не доходит до меня метров 10. А я худой, оброс, вид был страшный. Он подошел поближе. Я реглан расстегнул, петлицы видно. Он подошел еще поближе и кричит: "Подходите! Свой, летчик!". Те подошли, смотрят. Спрашивают: "Почему ты такой худой?" Я говорю, что не кушал 18 суток. И тут они сразу: "Ванька, беги за хлебом! Гришка, за молоком!". И все побежали, кто куда.
Потом приехал еще старик. Они положили меня на сани. Я положил старику голову на колени, и мы поехали. Оказывается, тот человек, который первый меня нашел, шел в обход, так как там было все заминировано.
Потом чувствую, что меня мальчик толкает:
- Дядя, а дядя, посмотри!
Я смотрю, подъезжаем к селу, поперек улицы что-то черное. Я говорю:
- Что это такое?
- А это весь народ вышел вас встречать.
И действительно, целая колонна стоит, а как въехали в село, получилась целая процессия. Старик остановился у своей хаты. Тут люди меня нарасхват. Одна говорит, давай его ко мне, у меня молочко есть, другая говорит, у меня есть яички, третья говорит - у меня тоже корова есть. Слышу шум. Тут старик говорит:
- Я за ним ездил и никому его не отдам. Жена, неси одеяло, отнесем его в избу.
Внесли в избу, начали тут с меня снимать одежду. Унты сняли, а брюки пришлось разрезать, так как ноги распухли.
Потом смотрю, опять народ идет: кто несет молоко, кто яички, третий еще что-то. Начались советы. Один говорит, что его нельзя много кормить, вот, один инженер из Ленинграда сразу очень много покушал и умер, другой говорит, что нужно только молоком поить. Положили на кровать, дают мне молока и белого хлеба. Я выпил полстакана молока, больше не хочу, чувствую, что сыт. Они говорят: "Кушай, кушай". А я не хотел больше. Но потом постепенно я стал есть.
Нашелся у них в селе какой-то лекарь, вроде фельдшера. Он посоветовал хозяевам вытопить баню и помыть меня. Все это они сделали. Вообще очень хорошие люди оказались. Жалею, что не могу поддерживать с ними связь.
Встреча. "Лешка, неужели это ты?!"
Двое суток я там пробыл. Они сообщили в одну воинскую часть, и оттуда на следующий день приехал капитан. Он проверил документы и забрал меня к себе в часть. Мне сделали там согревающий компресс на ноги. Ноги были белые-белые, как стена. Я удивился и спросил, почему они такие белые. Мне сказали, что это отек от голода. Я спросил, не отморожены ли они? "Нет, нет, - говорят, - ничего". Но ходить я совершенно не мог.
Когда меня привезли в эту часть, а это был какой-то обозный отряд, туда пришел врач, и я до сих пор не могу понять, зачем он это сделал, и нужно ли было это делать, но он мне прописал выпить стакан водки и дали мне закусить только черным сухарем. Сначала, после того как я выпил, все было ничего, а потом часов с двух ночи меня стало разбирать, и я начал, как говорится, "шухерить". Там сидела около меня одна девушка, потом был капитан, так со мною не знаю, что делалось. Я ударил эту девушку, опрокинул стол, который стоял около меня, стал кричать: "Немцам не победить!". Потом меня уложили. Только успокоили, а через десять минут я опять начал кричать: "Заверните мне правую ногу, а то ее немцы возьмут!". Этот капитан рассказывал, что я кричал: "Умираю, дышать нечем!". Он испугался и пошел за врачом. Тот пришел и сделал мне укол в полость живота. Потом он спрашивает меня: "Ну, как, хуже или лучше стало?". Я отвечаю: "Не хуже и не лучше". - "Ну, хорошо, что не хуже, а лучшего ждать нечего".
Потом меня сразу же отвезли в передвижной госпиталь и там стали лечить нормально. Сделали переливание крови, и я стал чувствовать себя немножко лучше. Стали делать согревающие марганцевые ванны. В первый день, когда меня привезли, мне говорят: "Садись на табуретку". Я, как только сел, чувствую, что не хватает воздуха. Они говорят опять: "Садись". Я говорю, что не могу. Они меня все же посадили на табуретку, а я с нее упал. Потом пришел врач, меня положили на стол и влили 400 грамм крови. Потом я говорю: "Я теперь сам могу вставать". Но меня переложили опять на кровать.
Пролечился я там дней 7-8, до 30 апреля. Говорят, что мы тебя отправим в тыл, в Свердловск. Но для этого нужно было попасть на Валдай, а оттуда ходили санитарные поезда. 30 апреля меня отправили на машине в Валдай. Туда я приехал часиков в шесть вечера. Только меня положили, минут 15 я пролежал, дали покушать рисовой каши. Начал я кушать, вдруг дверь открывается, входит человек и начинает кого-то искать глазами, смотрит по всем кроватям. Потом мы с ним встретились взглядом. Смотрю - командир эскадрильи, с которым я летал, сейчас Герой Советского Союза, Дехтяренко.
- Лешка, неужели это ты?!..
Оказывается, он меня искал, так как из передвижного госпиталя сообщили в часть, что я там нахожусь, и он на другой день бросился меня искать... А я прямо заплакал, просто зарыдал, такая была встреча!
Он меня спрашивает: "Чего ты лежишь? Ты, может быть, есть хочешь, я тебе две плитки шоколада привез". Я ему говорю: "Я не могу, Андрей, я 18 дней ничего не кушал, я очень слаб". А он, оказывается, приехал за мной и хочет меня забрать. И мы были с ним очень хорошие приятели, один без другого жить не могли. Но врач меня не отпускает, говорит, что меня отправят в глубокий тыл. Дехтяренко стал нервничать: "Это мой летчик, я его заберу. Мы сами знаем, куда его направить для лечения!".
А он искал меня долго и все время - на самолете. Сначала полетел туда, откуда сообщили обо мне. А там меня уже не было. А ведь это не просто - прилетел и сел, как на аэродром, а площадка бывает километра за 3-4. Потом пришлось сюда лететь. А вылетел он в 7 утра, а дело было уже к вечеру. И он, в конце концов, меня забрал с горем пополам, посадил на самолет. Хотя мне и сделали вливание крови, но чувствовал я себя плохо. И только меня сажают в самолет, я теряю сознание. Он говорит: "Я тебя везу, а ты, наверное, умрешь". Я говорю: "Давай, жми! Живого или мертвого, уж взялся, так вези!". Он посадил меня в кабину, привязал кое-как, и полетели мы в ту часть, где я воевал. Там все уже собрались, все было подготовлено для посадки. Правда, я не могу всего рассказать, так как я был в тяжелом состоянии, и на следующий день меня на санитарном самолете отправили в Москву.
Непричесанный рассказ летчика Алексея Маресьева, будущего героя знаменитой повести Бориса Полевого. Алексею Петровичу 20 мая исполнилось бы 100 лет. Публикуется впервые.
Герой "Повести о настоящем человеке" летчик-истребитель Алексей Петрович Маресьев. Фото: Репродукция фотохроники ТАССГерой "Повести о настоящем человеке" летчик-истребитель Алексей Петрович Маресьев. Фото: Репродукция фотохроники ТАСС
Бой. "И меня выбросило из самолета..."
Фото: Морсков/ РИА Новости
Сергей Миронов: Маресьев - это символ непобедимости России
Подбили меня 4 апреля 42 г. Пробили мне мотор. А я был над их территорией. Высота была метров 800. Я немного оттянул самолет на свою территорию, километров за 12, но там были леса и болота, и сесть было негде. Я и пошел садиться на лес, а там лес редкий и высокий, и на лес садиться было очень трудно. Я прикрылся рукой, чтобы не удариться, может быть, думаю, жив останусь, так, чтобы глаза не выбило. Положил голову на руки, и здесь слева я увидел площадку. И здесь я сделал большую глупость. Я выпустил шасси, так как мне показалось, что там - площадка, но когда я стал разворачиваться, то мотор остановился, и машина пошла книзу. Я только успел выровнять ее из крена, как лыжами самолет задел за макушку дерева, и получился полный скоростной капот, т.е. самолет перевернулся кверху колесами. Я был привязан ремнями, но их оторвало, и меня выбросило из самолета. Так что я упал метров с 30, хотя точно не знаю. По-видимому, получилось так, что я упал на снег, а потом я покатился по дороге и ударился виском, и минут 40 я лежал без памяти. Потом, когда я очнулся, я чувствую что-то на виске, приложил руку - кровь, и висит лоскуток кожи. Я его хотел сначала оторвать, а потом чувствую, что кожа толстая и обратно ее приложил к пораненному месту. Кровь там запеклась, и все потом заросло.
От самолета осталась только одна кабина и хвост - все разлетелось в разные стороны. Я, вероятно, сильно ударился, так как вскоре у меня начались галлюцинации. Я очень хотел испортить мотор, вынимаю пистолет и начинаю стрелять по мотору. И мне кажется, что я не попадаю, я выстрелил одну обойму в пистолете, затем другую. Потом посмотрел опять в лес, и я вижу, что там стоят самолеты, стоят люди, я кричу, чтобы мне помогли, но потом смотрю - ничего нет. Посмотришь в другую сторону, опять то же самое, и потом снова все исчезает.
Я так и блудил. Шел, ложился, потом снова шел. Спал до утра в снегу. Один раз мне показалось совершенно ясно, что стоит дом, из дома выходит старик и говорит, что у нас здесь дом отдыха. Я говорю: "Помогите мне добраться". А он все дальше и дальше уходит. Тогда я подхожу сам, но ничего не вижу. Потом пошел в другую просеку, смотрю - стоит колодец, девушка гуляет с парнем, а то кажется, что девушка с ведрами идет. "Что несете?" - "Воду". Но воды мне не дала.
Я упал 12 километров от линии фронта, но никак не мог сообразить, где я, мне все время казалось, что я у себя на аэродроме или где-то близко. Смотрю, идет техник, который меня обслуживал, начинаю говорить ему: "Помоги выйти". Но никто ничего для меня не делает. И такая история со мной продолжалась суток 10-11, когда галлюцинация у меня прошла.
Спасение. "Подходите! Свой, летчик!"
Под Волгоградом покажут авиашоу в честь летчика Маресьева
Раз я просыпаюсь утром и думаю, что мне нужно делать? Я уже был совершенно в здравом уме. Очень сильно я отощал, так как ничего все время не ел. И компаса у меня нет. Я решил идти на восток, уже по солнцу. Вижу и самолеты, которые летят к нам. Думаю, наткнусь, в конце концов, на какое-нибудь село, а потом меня доставят. Но я очень сильно отощал и идти не мог. Шел я так: выбрал себе толстую палку, поставишь ее и подтягиваешь к ней ноги, так и переставляешь их. Так я мог пройти максимум полтора километра в сутки. А потом трое суток опять лежал и спал. И сны такие снятся, что кто-то зовет: "Леша, Леша, вставай, там тебе припасена хорошая кровать, иди туда спать..."
Так я провел 18 суток без единой крошки во рту. Съел я за это время горсть муравьев и пол-ящерицы. Причем я отморозил ноги. Я летел в кожанке и в унтах. Пока я ходил с места на место, в них попала вода, так как кругом уже таяло, а ночью было холодно, мороз и ветер, а в унтах вода, и я, таким образом, отморозил себе ноги. Но я не догадался, что ноги у меня отморожены, я думал, что не могу идти от голода.
Потом на 18е сутки 27 апреля часов в 7 вечера я лег под дерево и лежу. В это время слышу сильный треск. Я уже понимал, что в лесу здесь людей не было, и я решил, что идет какой-нибудь зверь, учуял жертву и идет. У меня осталось два патрона в пистолете. Я поднимаю пистолет, поворачиваю голову, смотрю - человек. У меня здесь мелькнула мысль, что от него зависит спасение моей жизни. Я ему стал махать пистолетом, но так как я оброс и стал очень худым, то он, наверное, подумал, что это - немец. Тогда я бросил пистолет и говорю: "Идите, свои". Он подошел ко мне: "Ты чего лежишь?". Я говорю, что я подбит, летчик: "Есть ли здесь немцы?". Он говорит, что здесь немцев нет, так как это место в 12 км от линии фронта. Он говорит: "Пойдем со мной". Я говорю, что не могу идти. - "Но я тебя не стащу с этого места. Тогда ты не уходи с этого места, я попрошу председателя колхоза, чтобы он прислал лошадь".
Часа через полтора слышу шум. Пришло человек восемь ребятишек 14-15 лет. Слышу, шумят, а не знаю, с какой стороны. Потом они стали кричать: "Здесь кто-нибудь есть?" Я крикнул. Тогда они подошли на расстояние метров 50. Тут я их уже увидел, и они меня увидели. Остановились. "Ну, кто пойдет?" - Никто не идет, боятся все. Потом один парнишка говорит: "Я пойду, только вы смотрите, если в случае чего, вы сразу бежите за народом, в деревню".
Не доходит до меня метров 10. А я худой, оброс, вид был страшный. Он подошел поближе. Я реглан расстегнул, петлицы видно. Он подошел еще поближе и кричит: "Подходите! Свой, летчик!". Те подошли, смотрят. Спрашивают: "Почему ты такой худой?" Я говорю, что не кушал 18 суток. И тут они сразу: "Ванька, беги за хлебом! Гришка, за молоком!". И все побежали, кто куда.
Як-7 - один из самолетов, на которых Маресьеву было разрешено летать после возвращения в строй. Фото: РИА Новости
Потом приехал еще старик. Они положили меня на сани. Я положил старику голову на колени, и мы поехали. Оказывается, тот человек, который первый меня нашел, шел в обход, так как там было все заминировано.
Потом чувствую, что меня мальчик толкает:
- Дядя, а дядя, посмотри!
Я смотрю, подъезжаем к селу, поперек улицы что-то черное. Я говорю:
- Что это такое?
- А это весь народ вышел вас встречать.
И действительно, целая колонна стоит, а как въехали в село, получилась целая процессия. Старик остановился у своей хаты. Тут люди меня нарасхват. Одна говорит, давай его ко мне, у меня молочко есть, другая говорит, у меня есть яички, третья говорит - у меня тоже корова есть. Слышу шум. Тут старик говорит:
- Я за ним ездил и никому его не отдам. Жена, неси одеяло, отнесем его в избу.
Внесли в избу, начали тут с меня снимать одежду. Унты сняли, а брюки пришлось разрезать, так как ноги распухли.
Потом смотрю, опять народ идет: кто несет молоко, кто яички, третий еще что-то. Начались советы. Один говорит, что его нельзя много кормить, вот, один инженер из Ленинграда сразу очень много покушал и умер, другой говорит, что нужно только молоком поить. Положили на кровать, дают мне молока и белого хлеба. Я выпил полстакана молока, больше не хочу, чувствую, что сыт. Они говорят: "Кушай, кушай". А я не хотел больше. Но потом постепенно я стал есть.
Нашелся у них в селе какой-то лекарь, вроде фельдшера. Он посоветовал хозяевам вытопить баню и помыть меня. Все это они сделали. Вообще очень хорошие люди оказались. Жалею, что не могу поддерживать с ними связь.
Встреча. "Лешка, неужели это ты?!"
Фото: Из архивного фонла музея Маресьева г. Камышин
"Запорожцы" ветеранам ВОВ начали выдавать по просьбе Алексея Маресьева
Двое суток я там пробыл. Они сообщили в одну воинскую часть, и оттуда на следующий день приехал капитан. Он проверил документы и забрал меня к себе в часть. Мне сделали там согревающий компресс на ноги. Ноги были белые-белые, как стена. Я удивился и спросил, почему они такие белые. Мне сказали, что это отек от голода. Я спросил, не отморожены ли они? "Нет, нет, - говорят, - ничего". Но ходить я совершенно не мог.
Когда меня привезли в эту часть, а это был какой-то обозный отряд, туда пришел врач, и я до сих пор не могу понять, зачем он это сделал, и нужно ли было это делать, но он мне прописал выпить стакан водки и дали мне закусить только черным сухарем. Сначала, после того как я выпил, все было ничего, а потом часов с двух ночи меня стало разбирать, и я начал, как говорится, "шухерить". Там сидела около меня одна девушка, потом был капитан, так со мною не знаю, что делалось. Я ударил эту девушку, опрокинул стол, который стоял около меня, стал кричать: "Немцам не победить!". Потом меня уложили. Только успокоили, а через десять минут я опять начал кричать: "Заверните мне правую ногу, а то ее немцы возьмут!". Этот капитан рассказывал, что я кричал: "Умираю, дышать нечем!". Он испугался и пошел за врачом. Тот пришел и сделал мне укол в полость живота. Потом он спрашивает меня: "Ну, как, хуже или лучше стало?". Я отвечаю: "Не хуже и не лучше". - "Ну, хорошо, что не хуже, а лучшего ждать нечего".
Легендарный летчик Алексей Маресьев среди пилотов истребительного авиаполка. 1967 год. Фото: Cемен Майстерман / Фотохроника ТАСС
Потом меня сразу же отвезли в передвижной госпиталь и там стали лечить нормально. Сделали переливание крови, и я стал чувствовать себя немножко лучше. Стали делать согревающие марганцевые ванны. В первый день, когда меня привезли, мне говорят: "Садись на табуретку". Я, как только сел, чувствую, что не хватает воздуха. Они говорят опять: "Садись". Я говорю, что не могу. Они меня все же посадили на табуретку, а я с нее упал. Потом пришел врач, меня положили на стол и влили 400 грамм крови. Потом я говорю: "Я теперь сам могу вставать". Но меня переложили опять на кровать.
Пролечился я там дней 7-8, до 30 апреля. Говорят, что мы тебя отправим в тыл, в Свердловск. Но для этого нужно было попасть на Валдай, а оттуда ходили санитарные поезда. 30 апреля меня отправили на машине в Валдай. Туда я приехал часиков в шесть вечера. Только меня положили, минут 15 я пролежал, дали покушать рисовой каши. Начал я кушать, вдруг дверь открывается, входит человек и начинает кого-то искать глазами, смотрит по всем кроватям. Потом мы с ним встретились взглядом. Смотрю - командир эскадрильи, с которым я летал, сейчас Герой Советского Союза, Дехтяренко.
- Лешка, неужели это ты?!..
Оказывается, он меня искал, так как из передвижного госпиталя сообщили в часть, что я там нахожусь, и он на другой день бросился меня искать... А я прямо заплакал, просто зарыдал, такая была встреча!
Он меня спрашивает: "Чего ты лежишь? Ты, может быть, есть хочешь, я тебе две плитки шоколада привез". Я ему говорю: "Я не могу, Андрей, я 18 дней ничего не кушал, я очень слаб". А он, оказывается, приехал за мной и хочет меня забрать. И мы были с ним очень хорошие приятели, один без другого жить не могли. Но врач меня не отпускает, говорит, что меня отправят в глубокий тыл. Дехтяренко стал нервничать: "Это мой летчик, я его заберу. Мы сами знаем, куда его направить для лечения!".
А он искал меня долго и все время - на самолете. Сначала полетел туда, откуда сообщили обо мне. А там меня уже не было. А ведь это не просто - прилетел и сел, как на аэродром, а площадка бывает километра за 3-4. Потом пришлось сюда лететь. А вылетел он в 7 утра, а дело было уже к вечеру. И он, в конце концов, меня забрал с горем пополам, посадил на самолет. Хотя мне и сделали вливание крови, но чувствовал я себя плохо. И только меня сажают в самолет, я теряю сознание. Он говорит: "Я тебя везу, а ты, наверное, умрешь". Я говорю: "Давай, жми! Живого или мертвого, уж взялся, так вези!". Он посадил меня в кабину, привязал кое-как, и полетели мы в ту часть, где я воевал. Там все уже собрались, все было подготовлено для посадки. Правда, я не могу всего рассказать, так как я был в тяжелом состоянии, и на следующий день меня на санитарном самолете отправили в Москву.
Операция. "На моих глазах отрезал ноги этими ножницами"
После уже врач мне рассказывала, что лечащий врач приходит и говорит, что он, т.е. я, наверное, жить не будет. Она пошла в кабинет и еще подумала, составлять ли историю болезни или не нужно. Решила подождать до прихода профессора Теребинского. Когда он пришел, он тоже не питал надежд на то, что я буду жить. Меня положили в отдельную палату, стали наблюдать, как я себя чувствую. Палата была проходной, я жаловался на шум. Тогда меня положили одного в палату, стали делать мне уколы для поддержания сердечной деятельности. Я не спал долго, мне стали делать уколы морфия. Я стал часика по четыре тогда спать. Все время спрашивали меня, как себя чувствую? Я говорю, что лучше. И здесь меня стали лечить основательно.
Необходимо было мне отрезать ноги. Они стали сами отходить: лежишь в кровати, потащишь, а суставы и расходятся.
Однажды пришел профессор, принесли меня в операционную, он взял стерильные ножницы и просто на моих глазах отрезал ноги этими ножницами. В некоторых местах, где были еще немного живые ткани, было больно, но вообще больно не было. Я спрашиваю: "Товарищ профессор, это вся операция?".
И так как я боялся операции, то он сказал, что немного подзаделаем и все. Но стали меня готовить ко второй операции. У меня получилось нагноение, и нужно было, чтобы оно прошло. 22 июля сделали вторую операцию.
Выписка. "В клубе я буду танцевать"
Вылечили меня, сняли мерку на протезы. 23 августа 42 г. мне принесли протезы, я начал ходить. Учился, дня 3 походил с костылями, потом только с одной палочкой дней пять походил.
Нужно сказать, что однажды мне сестра приносит журнал и говорит: "Леша, смотри, здесь есть статья об одном английском летчике, который, не имея обеих ног, продолжает летать".
Меня эта статья очень заинтересовала, и я попросил сестру вырвать для меня эти два листочка из журнала. Здесь у меня появилась какая-то уверенность, что и я могу летать.
После госпиталя я поехал в дом отдыха летного состава на месяц. Там я отдохнул, и началась у меня битва за летную жизнь.
В доме отдыха я разговаривал на эту тему с врачом, но он мне ничего не сказал, вроде, мол, человек шутит и все. Потом туда приехала выездная экспертная комиссия ВВСК[А] под председательством бригврача Миролюбова. Я решил туда обратиться к нему, так как это была комиссия, которую я должен был проходить. И наш врач мне тоже посоветовал поговорить с ними. Прихожу туда, а хожу уже без палочки. Причем я уже научился танцевать. Я носил брюки на выпуск, тогда был в пижаме. Прихожу и говорю: "Доктор, я у вас, наверно, комиссию не буду проходить, но я бы хотел поговорить с вами. Я хочу летать".
Он на меня смотрит:
- Если вы летчик, то будете летать.
- Мне придется прямо вернуться в госпиталь, и я хочу заранее с вами поговорить.
- А что у вас такое?
- Я на искусственных ногах.
- Да что вы говорите?!
Я прошелся. Он говорит:
- Вы шутите. В самом деле?
Здесь мой врач стал уже улыбаться и говорит, что это действительно так.
- И летать хотите?
- Да.
- А ну, еще раз пройдите.
Я прошел. Потом я говорю:
- Если вы интересуетесь, как я владею протезами, то приходите в клуб, я там буду танцевать.
Иду вечером в клуб, смотрю, в клуб приходит вся комиссия. Я приглашаю девушку, иду танцевать. После танцев подхожу к своему доктору. Он говорит, что навряд ли комиссия заметила. Тогда я опять танцую. Они здесь уже меня увидели. Говорят: "Считайте, все наши голоса за вами. Приедете в госпиталь, хирург посмотрит, скажет свое веское слово, если все будет ничего, то пройдете"...
Все гости форума могут просматривать этот раздел. Только зарегистрированные пользователи могут создавать новые темы в этом разделе. Только зарегистрированные пользователи могут отвечать на сообщения в этом разделе.
Военно-исторический форум Military. История России. Военная история. Древний мир и Средние века » История войн » Военная история (Модераторы: Стас1973, Иммельман, Гот)
Случайные фото из галереи:
