Жиличи дворцово-парковый ансамбль [3] :: Военно-исторический форум Military. История России. Военная история. Древний мир и Средние века

Коллекции Булгаков
Утраченное и сохраненное (Отобразить)

Эдвард Хвалевик в своей картотеке «Коллекции Польские: архивы, библиотеки, кабинеты, галереи, музеи и иные собрание памятников прошлого...» обозначает коллекцию Булгаков как уничтоженную. Очевидно, что в период с 1914 по 1943 год она перестала существовать как единое целое.
В Орле были обнаружены семь полотен из дворца Булгаков, портреты Игнатия Булгака, его второй жены и старших детей, графа и графини Потулицких и другие. Однако, это лишь малая часть коллекции живописи Булгаков. Согласно сведениям, кочующим по различным изданиям (впервые упоминается у Антони Урбаньского, очевидно получившего сведения непосредственно от Эмануила Булгака), во дворце хранились полотна «Святой Иероним», «Въезд римского триумфатора», «Обрезание Христа». Указывается при этом, что «Святой Иероним» мог быть работой Риберы, а остальные Тициана. Сведения о данных произведениях сопровождаются легендой о таинственной истории приобретения этих полотен. Якобы полотна эти достались Игнатию Булгаку от обывателя Рогачевского уезда Дерналовича, который по приказу из Петербурга должен был отдать свой дом в распоряжение властям, а сам съехать. Впоследствии в окружении казаков туда приехала дама, укрытая вуалью, пробыла там необходимое время и после уехала, оставив после себя на чердаке эти полотна. Сообщается, что «Въезд римского триумфатора» носил на себе инвентарный номер Эрмитажа (якобы номер 509), а произведения эти покинули Эрмитаж в ходе изъятия оттуда полотен, связанных с Екатериной II и ее фаворитами.
Сведения именно об этих трех полотнах вызывают вопросы и сомнения, однако, известно, что коллекция живописи дворца Булгаков насчитывала несколько десятков произведений, в основном девятнадцатого века. Достоверно известно о коллекции работ Яна Дамеля, хранившихся в Жиличском дворце: «Смерть Глинского в неволе», «Твардовский показывает Сигизмунду Августу тень его жены Барбары», «Христос и самаритянка», «Крещение Ольги», «Искушение Христа сатаной в пустыне», «Агарь в пустыне», «Жертва Авраама», «Наполеон на бивуаке под Аустерлицем» – эти сведения приводит Эдвард Раставецкий, польский историк искусства в своем Словаре. «Христос и Самаритянка» и «Искушение Христа сатаной в пустыне» обозначены как полотна в натуральную величину. Можно предположить, исходя из списка Адама Шемеша, друга и биографа Яна Дамеля, что «Смерть Глинского в неволе» и «Крещение Ольги» тоже были написаны в натуральную величину. В списке перечисляются вышеуказанные полотна подряд, и под последним дается указание о том, что эти произведения, написанные в натуральную величину, собственность Игнатия Булгака, маршалка Бобруского повета. Шемеш, однако, указывает, что не видел полотен «Смерть Глинского в изгнании» и «Крещение Ольги». Поэтому сведения о размерах, возможно, относятся только к полотнам «Христос и Самаритянка» и «Искушение Христа сатаной». Разночтение есть и относительно полотна «Агарь в пустыне», Шемеш указывает его как собственность Константина Тышкевича – эскиз небольших размеров, проект большой картины. Раставецкий дает это полотно в списке картин, принадлежащих Булгакам. Вероятно, что это как раз реализованный проект эскиза, написанный для Булгаков.
У Урбаньского сообщается, что живопись, вместе с другими коллекциями была вывезена в Орел, и там пропала и, может быть, находится у заграничных коллекционеров.
Также упоминается коллекция гобеленов, 30 орнатов, 18 слуцких поясов фабрики Маджарского, из которых наиболее интересный имел надпись «Radziwill». Ткани из Абюссона, использовавшиеся, вероятно, для обивки стен и мебели. Уречское стекло, серебро Аугсбургской работы, ряд французских и итальянских произведений из бронзы, барочные зеркала, серебрянные монстранции (дароносицы). Копия Венеры Капитолийской, работы Пиуса Велонского. Алебарды, наручи, 2 шлема, 3 панциря гусарских XVII века. Часть коллекции, вероятно, была наследием Йозефа Слизня, тестя Игнатия Булгака, Афтанази указывает, что из имения Слизней Мстиж были перевезены гобелены и библиотека.
Библиотека дворца Булгаков насчитывала, согласно Афтанази, более 7000 изданий, среди которых были старопечатные издания XVI и XVII веков, основу же составляли издания XVIII века, времени правления Станислава Понятовского. Издания происходили из типографий Варшавы, Кракова, Вильно, Супрасли. Большая часть книг была посвящена вопросам политики, права и истории. Среди них было первое издание Хроники Стрыйковского, Литовские статуты, Хроника Винцентия Кадлубка, Жития святых Петра Скарги, сеймовые диариуши, издания, напечатанные готическим шрифтом, редкие церковные книги. Также в библиотеке была представлена польская поэзия и драматургия, переводы с иностранных языков, издания по теологии, рукописи исторических и литературных произведений.
Хранился во дворце также архив Булгаков и Слизней, включавший в себя фасцикулы и диариуши инстигатора Великого княжества Литовского Рафаила Слизня, множество записей о путешествиях. Часть архива сохранилась, она была перевезена в Орел, но после Второй мировой Войны вернулась в Минск, сейчас это фонд 3250 Национального архива Республики Беларусь. Среди документов фонда, кроме личной и деловой переписки, хозяйственных документов Булгаков, находится рукопись Нарбута о курганах и могильниках Беларуси, конспекты по истории древнегреческой философии.
Важен факт того, что на книгах были сделаны владельческие надписи «Из библиотеки Юзефа Слизня, маршалка повета Борисовского». Это в значительной степени увеличивает вероятность обнаружения в будущем следов этой коллекции. Урбаньски указывает, что библиотека сильно пострадала во время восстания 1863 года. Подробнее это, к сожалению, не раскрывается. Вероятно, что это связано с закрытием каплицы, находившейся во дворце, произошедшем после восстания 1863 года. Имущество закрытых костелов конфисковалось и отходило в распоряжение государства. Впоследствии конфискованные во время этих событий книги стали основой фонда Виленской публичной библиотеки.
Булгаки также были известны как поклонники античности, собиратели древностей, связанных с этим периодом. В рассказах Антония Унеховского, (польский художник, сын Януша Унеховского, известного коллекционера, ведшего дела с Эмануилом Булгаком), изложенных в книгах его дочери Екатерины Унеховской, рассказывается, что Эмануил Булгак даже купил остров на Адриатике с руинами древнегреческой святыни, который впоследствии был изъят итальянскими властями, с которыми Эмануил долго судился. История эта, скорее всего, представляет собой анекдот, но достоверно известно о том, что Эмануил Булгак владел виллой на острове Капри, для которой заказал копию статуи Августа из Прима-Порта, оригинал которой был найден в 1863 году на вилле Ливии, супруги Цезаря.
Булгаки много путешествовали, из своих поездок они привозили множество предметов искусства, и даже целиком архитектурные элементы. Также Унеховский рассказывает, видимо, семейную байку о том, как страсть к коллекционированию даже привела к разладу между Эдгаром и Эмануилом Булгаками. Якобы Эмануил Булгак привез в усадьбу, в качестве подарка своему дяде Эдагару, древнеримский саркофаг. Суеверный Эдгар не понял такого подарка и надолго разорвал отношения с племянником.
Несмотря на то, что история также анекдотична, она вполне могла произойти в реальности. Эмануил Булгак действительно скупал предметы, связанные с погребальной тематикой. Национальному музею в Варшаве 23 июня 1939 года Эмануэлем Булгаком было подарено, как минимум, три предмета. Сведения об этом есть в изданиях Национального музея в Варшаве. Среди этих предметов погребальная урна, датированная в музее III-II вв. до н.э., которая, возможно, и послужила «саркофагом» из семейной байки. Также в фондах музея хранится мраморная табличка с эпитафией, ориентировочно начала II в. н.э. Однозначно утверждать, что эти древности были составляющей частью коллекции дворца в Жиличах сложно без более тщательного исследования. Возможно, они были приобретены в межвоенный период, когда Эмануил проживал преимущественно в Италии. Есть, однако, еще один предмет в коллекциях Национального музея в Варшаве, являющийся подарком Эмануила Булгака, в описании которого есть прямое указание на то, что он находился во дворце в Жиличах. Это небольшая, около полуметра, скульптура Асклепия, выполненная во II в. н.э., копия, сделанная с оригинала V в. до н.э. О ней известно, что «ранее фигурка стояла на камине в салоне дворца Э. Булгака в Добосне». В статье, посвященной, в числе прочего, и данной фигурке даже дается указание на то, в каком именно салоне дворца стояла скульптура, что, несомненно, говорит о том, что она являлась частью собрания, хранившегося во дворце, и не была вывезена в Орел.
Также у А. А. Гужаловского со ссылкой на источник в его «Нараджэнні Беларускага музея» имеются указания о вывозе ценностей из имения Булгаков Минским и Могилевским отделом охраны памятников при польском культурно-просветительском «Таварыстве крэсовым». В результате более чем 50 экспедиций в 1916-1918 гг. из различных усадеб было вывезено в Варшаву 36 тыс. ценных предметов. Среди перечисляемых «донорских» коллекций есть и коллекция Эмануила Булгака.
Эмануил Булгак был одним из членов правления Виленского музея науки и искусства, при одноименном обществе, основанном в 1906 году. Люцьян Узембло, директор музея, в своих письмах Владиславу Загорскому, врачу, публицисту и общественному деятелю, в 1910 году пишет о том, что Эмануил Булгак является одним из важнейших жертвователей и самым просвещенным членом общества. Можно предположить, что часть своих коллекций Эмануил пожертвовал Виленскому музею науки и искусства. В этот период он еще формально не был владельцем дворца в Жиличах, но, вероятно, и после приобретения усадьбы его связь с Виленским обществом науки и искусства не прервалась.
Таким образом, можно констатировать, что не все коллекции, хранившиеся во дворце, были вывезены в Орел. Значительная часть коллекций, вероятно, была пожертвована музеям. Можно предположить, что с большой долей вероятности Национальному музею в Варшаве были переданы не только вышеозначенные ценности. Установление этого требует дальнейшей работы.