Зачем нужны богачи?

Вот спрашивают меня студенты – а как США будут расплачиваться с долгами? Отвечаю – а никак. А как это? – удивляются они. А вот так. Для сомневающихся – расскажу пару поучительных историй, произошедших не так уж и давно – каких-то триста лет тому назад.

Война – дело дорогое, особенно если это, по факту, мировая война за господство на море. Именно такой и была для Великобритании Война за испанское наследство.
В результате тяжёлых и крайне дорогостоящих боевых действий, к 1710 году Великобритания стояла на пороге банкротства. Её долги составляли 50 миллионов фунтов стерлингов, в то время как годовой бюджет не превышал 4 миллионов – т.е. для расплаты с долгами (без учёта капающих процентов) надо было не тратить денег из бюджета 12 с половиной лет, а если вспомнить о процентах – то и все 18-20!
Как же Туманный Альбион справился с таким долговым бременем? А очень просто!
Шаг первый. В 1713 году англичане настояли, чтобы в Утрехтский мир, завершавший Войну за испанское наследство, был включён пункт об «асьенто» - разрешении на ввоз чернокожих рабов на территорию испанской Америки - для Англии. Откровенно говоря, это право, полученное на 30 лет, не было способом озолотить страну – англичане всего лишь получали право на заход одного торгового судна в год на ярмарку в Порто-Белло на тихоокеанском побережье Панамы. Ежегодная квота на ввоз рабов составляла 4800 мужчин.
Шаг второй. Право асьенты было передано частной компании – «Компании Южных морей» - которая, взамен, брала на себя ответственность по срочным или уже просроченным долгам правительства на сумму 10 миллионов фунтов стерлингов. Правительство, в свою очередь, должно было выплачивать компании шесть процентов годовых — итого 600 тысяч фунтов в год.
Шаг третий – «Компания Южных морей» выпускает акции, обеспеченные ее соглашением с правительством. Реклама, неофициальные заверения потенциальных акционеров в том, что компания зарабатывает безумные деньги на контрабанде в испанские колонии, взятки чиновникам – и курс акций стремится вверх, новые и новые вкладчики спешат поучаствовать в высокодоходном бизнесе.
Шаг четвёртый. Полученные от новых акционеров деньги идут на выплату процентов акционерам, которые успели купить акции раньше (вот она – финансовая пирамида!). К 1720 году спрос на акции Компании Южных морей взлетел до невероятного уровня в результате того, что компания выдвинула предложение взять на себя национальный долг, а парламент принял его. При этом председатель правления сэр Джон Блант развернул мощную рекламную компанию. Лондон наполнился самыми фантастическими слухами о грядущем процветании компании. Говорили о готовящемся соглашении о свободной торговле с испанскими колониями, о том, что компания получает концессию на разработку серебряных копий Потоси в Боливии — самого богатого месторождения мира, о привилегии на торговлю кошенилью, даже — о собственной чеканке денег в испанской Америке.
В результате дневной объем подписки на акции компании составил 1,5 млн. фунтов стерлингов. 100-фунтовая акция, стоившая в январе 128 фунтов, в феврале продавалась за 175 фунтов, в марте — за 330 фунтов, в конце мая — за 550 фунтов, а к августу 1720 года цена акций поднялась до 1000 фунтов стерлингов! В тот момент суммарная стоимость акций при цене, по которой они переходили из рук в руки, приблизилась к 500 млн. фунтов стерлингов, что в пять раз превышало стоимость всей европейской наличности.
Шаг пятый – Компания Южных морей выкупает долги Великобритании, ркасплачиваясь… собственными акциями по рыночному курсу! Теперь кредиторы Лондона могут предъявлять претензии не к государству, которое никуда не денется, а к частной компании, которая сегодня есть, а завтра – кто знает?
Шаг шестой – осенью 1720 года наконец-то появились сомнения в том, что за Компанией Южных морей стоит хоть что-то. Скептики обнаружили, что за время своей деятельности компания доставила в Новый Свет около 30 тысяч рабов, при этом четверть доходов от работорговли поступала на цивильный лист королевы — эти средства шли на содержание двора. Учитывая порядок цен на рабов, исчислявшихся максимум десятками фунтов за человека, прибыль от асьенто вряд ли дотягивала хотя-бы до миллиона фунтов. В результате в сентябре 1720 года цена акций упала до 150 фунтов за штуку, после чего толпы народа кинулись к отделениям компании обменивать свои акции на деньги. К октябрю компания обанкротилась.
В декабре началось расследование. Вот тут-то и выяснилось, что казначей компании Найт бежал во Францию вместе с бухгалтерскими книгами, директора компании не совершили по тогдашним законам никакого уголовного преступления, а председатель правления компании сэр Джон Блант отказался свидетельствовать против самого себя и членов кабинета.
В результате уголовному наказанию подвергся только канцлер Казначейства Джон Айлэби - он был признан виновным в коррупции и заточен в Тауэр. Трое директоров умерли, не дождавшись вердикта. Остальные отделались почти полной конфискацией имущества (ха три раза – ну конечно, они себе ничего на чёрный день не оставили!).
То есть – были назначены виновные, большая часть которых, впрочем, особо и не пострадала.
Шаг седьмой – в связи с банкротством Компании Южных морей все её акционеры (в том числе и те, кто обменял на акции компании долговые обязательства Великобритании) могли кусать локти и жаловаться, например, в Небесную Канцелярию. Денег они, разумеется, уже никогда не получили. Даже несмотря на то, что компания просуществовала до 1850 года.
При этом вместе с Компанией Южных морей исчез и внешний долг Англии, который в 1721 году составлял не более полумиллиона фунтов, то есть сократился за 11 лет в 100 (сто) раз. Британия была спасена!

Если Англия в борьбе за господство на море победила, что хоть как-то скрашивало её плачевное состояние, то Франция эту борьбу проиграла, причём с разгромным счётом. При этом после окончания Войны за испанское наследство Франция, в финансовом смысле, пребывала ничуть не в лучшем состоянии, нежели Англия.
Внешний долг Франции к 1714 году достигал 1,8 миллиарда ливров, причём. 1,2 миллиарда должны были быть выплачены в течение 3 лет. В то же время средний годовой доход государства составлял около 75 миллионов ливров. Если сравнивать с английским долгом и принять для удобства примерное равенство ливра и шиллинга (да, я знаю, что в этот моммент ливр был немного "весомее" по серебру - говорю же, для простоты в рассчётах!), то долг был более 90 миллионов фунтов – вдвое больше английского.
Для того, чтобы оплачивать текущие расходы, Франция брала займы под доходы от налогов следующих лет. В 1713-м – заложили доходы 1715-1718 годов, а в 1715 – израсходовали деньги, которые Франция должна была получить в 1719-1722. Само собой, такое положение финансов значило и то, что взаймы Франции давали под грабительский процент и на очень короткие сроки.
После этого правительство ввело режим жёсткой экономии. Армию, например, сократили с 400 до 140 тысяч человек, но помогало всё это слабо. В 1716 году банки просто прекратили давать деньги Франции в кредит.
И тут нашлось решение.
Шаг первый. В 1716 году регент Филипп Орлеанский разрешил некому шотландцу Джону Лоу (главное – чтобы это были люди не из нашего района!) постепенно вывести из обращения золотые деньги, заменив их государственными казначейскими билетами. Лоу создал Всеобщий банк (внимание – банк-то частный!), который начал выпускать банкноты, по сути, представляющие бессрочные долговые обязательства. Эти банкноты свободно обменивались на золотую и серебряную монету, и быстро приобрели немалую популярность. Народ понёс драгметаллы в отделения банка, обменивая их на бумажки, которые, впрочем быстро стали популярными – уже спустя год банкноты обращались по курсу на 20 процентов выше номинала, тем более, что вскоре появился королевский указ, согласно которому все подати и налоги в государственную казну отныне следовало платить только билетами банка Лоу.
Шаг второй. (Следим за руками!) Золото, полученное от клиентов частным банком, ушло на оплату первоочерёдных… государственных долгов. При этом выпуск банкнот продолжался и, по крайней мере, внутри страны, государство получило возможность финансировать всё, что необходимо, просто включая печатный станок. За 5 лет было выпущено банкнот на 3 миллиарда ливров!
Шаг третий. В 1717 г. вышеупомянутый Джон Лоу учреждает Миссисипскую компанию. По слухам, компания вскоре должна была просто озолотиться на колониальной торговле, а обеспечителем компании стал Всеобщий банк, так что сомнений в процветании этого предприятия у французов не возникло. Соответственно, когда компания выпустила 200 тысяч акций, по 500 ливров каждая (то есть на 100 миллионов ливров разом), спрос стал ажиотажным. Подогрело спрос и то, что покупатели могли оплачивать акции не только звонкой монетой и банкнотами, но и государственными долговыми обязательствами, которые на рынке котировались по цене мусора. Выкупаемые за акции Миссисипской компании государственные долги тут же уничтожались.
В следующем, 1718 году, Лоу пообещал акционерам просто-таки сказочные дивиденды (120 % - да-да, сто двадцать процентов годовых!) и сообщил о выпуске ещё 50 тысяч акций, на которые в короткое время было подано 300 тысяч заявок. Желание клиента – закон, и компания выпускает вместо 50 тысяч 300 тысяч акций, продавая их по рыночному курсу, который к этому времени вырос до 10–15 тысяч ливров (и это за 500-ливровую акцию!). Между тем, деньги, полученные от вкладчиков, опять-таки, вкладывались в подавляющей части в облигации государственного долга.
Шаг четвёртый. В первой половине 1720 г. королевская семья обменяла имеющиеся у неё банкноты Всеобщего банка на звонкую монету и, как-бы между прочим, был выпущен указ, запрещавший владение монетами на сумму сверх 500 ливров. «Простые смертные», кинувшиеся в отделения банка для того, чтобы провести ту же операцию, наткнулись на запертые двери и отсутствие сколько-нибудь внятной информации. Знакомая картина, не правда-ли?
Шаг пятый. В разорении тысяч держателей банкнот Всеобщего банка и акционеров Миссисипской компании обвинили Джона Лоу. И он был сурово наказан – его имущество было конфисковано, а самому ему позволили покинуть Францию, причём только с сыном, но без жены, дочери и брата. Да, и пенсию королевскую он получил – 12 тысяч ливров в год. Скромно, конечно, но на жизнь хватало!
Однако – внимание – колоссальный государственный долг Франции просто прекратил своё существование! Владельцы долгов Франции благополучно обменяли их на акции частной компании, и могли предъявлять претензии только к компании, но ни в коем случае не к Франции. Предъявляли, а толку?
Вот так, всего за пять лет, был аннулирован колоссальный государственный долг, причём в основном за это расплатились подданные французской-же короны.

В комментариях к предыдущим постам про долги многие сравнивали сэра Джона Бланта и Джона Лоу с недоброй памяти Мавроди и прочими подобными мошенниками. Разница есть, и она весома. Строители пирамид 1990-х набивали собственные карманы, обогащая себя любимых - и только. То есть сребролюбие в чистом виде. Персонажи из моих постов собранные деньги тратили отнюдь не на себя - а на покрытие государственного долга, при этом сами не сильно-то и озолотились. Представьте себе, что какой-нибудь "Хопёр-инвест" все собранные деньги ухнул на покрытие внешнего долга России - как бы к этому фонду в России относились? Жулики, да, но не корысти ради, а спасения государства для. Вот то-то.
Ну и - можно подвести итог. Для того, чтобы разобраться с совершенно и абсолютно неподъёмным государственным долгом, как выяснилось в XVIII веке, необходимо:
1) создать частную (обязательно) компанию, которая привлечёт деньги частных вкладчиков, обещая сказочные проценты;
2) пустить деньги, полученные от доверчивых лохов вкладчиков на выкуп государственного долга в виде разнообразных ценных бумаг, часть бумаг обменивать на акции компании;
3) по мере выкупа, эти бумаги уничтожать;
4) когда весь (или почти весь) долг повиснет на частной компании, сообщить о банкротстве. Государство назначает виновных и наказывает их. Вкладчики/акционеры уныло любуются красивыми, но совершенно ничего не стоящими бумажками и могут предъявлять претензии... частной компании, но никак не государству.
К чему это я веду? В начале XXI века мощнейшее государство Земли - США - погрузло в долгах. Милым пустяком казался долг в 14,3 триллиона долларов - это был долг перед держателями казначейских обязательств, суммарно долги гораздо больше. Расплатиться с такими долгами США не смогут никак. Если только не вспомнить, что деньги печатает не государство, а частная компания - Федеральная резервная Система, у которой федерального только название и есть. И если большая часть долгов США окажется на балансе ФРС, то эта компания может и обанкротиться, унеся с собой деньги инвесторов. Вот совсем не удивлюсь, если ФРС вскоре начнёт собственными акциями торговать и ими же с долгами США расплачиваться...
А очередной президент США тяжко вздохнёт, обратится к нации, поругает мерзких банкиров, которые - вот досада! - успели куда-то сбежать из страны, и сообщит о том, что в США вводится новая валюта - теперь её эмиссию будет осуществлять государство, а не какие-то подозрительные частники!

пруф: ©ametist-o.livejournal.com