НКВД - оболганные

OLGERD, ну зачем так. Бывало и маршалы в атаку ходили - под Питером, общеизвестная выходка Ворошилова во многих мемуарах светится.
Только за такие "подвиги" по моему мнению нужно в летехи разжаловать. Не на то тебе Родина звезд на пелицы насыпала, чтобы ты с пистиком по нейтралке бегал. У тебя целые дивизии под рукой. И место твое действительно в тылу.

А так - показатель отчаянья и некопетентного руководства. Короче - явное несоответствие занимаемой должности.

«А поле боя держится на танках...»

Даже из знатоков отечественной истории мало кто знает, что танковые подразделения и части в разное время существовали в составе войск НКВД СССР.

Большинство из них было сформировано в последние предвоенные годы или в первые военные месяцы. Их история весьма непродолжительна: многие танки и экипажи буквально сгорели в огне ожесточённых боёв 1941-1942 годов. Но дрались танкисты воистину геройски.
Материал об этих подразделениях приходится собирать по крупицам. Но, поверьте, он того стоит! Ибо каждый лист, каждая строчка сохранившихся в архивах документов – свидетельство мужества и отваги, самоотверженности и боевого мастерства танкистов внутренних войск...
----------------------<cut>----------------------

31 декабря 1941 года под Воронежем началось спешное формирование 8-й мотострелковой дивизии войск НКВД. Основной ударной силой нового соединения был отдельный танковый батальон. В его состав вошли уцелевшие после кровопролитных летне-осенних сражений боевые машины и экипажи танковых рот 6, 16 и 28-го мотострелковых полков внутренних войск, а также бойцы и командиры 91-го и 92-го погранотрядов. Так в чекистских войсках оформилась новая танковая часть. К моменту появления на фронте в батальоне был 21 танк. Машины собирали, как говорится, с бору по сосенке. Поэтому неудивительно, что в составе части имелись как уже прекрасно проявившие себя в боях и наводившие ужас на гитлеровцев Т-34, юркие, маневренные БТ-7, так и откровенно устаревшие Т-26, а также лёгкие Т-38 и Т-40, не представлявшие серьёзной угрозы для немецких танков. Напомним, что из всех перечисленных типов боевых машин лишь тридцатьчетвёрки имели противоснарядное бронирование, остальные поражались даже 20-миллиметровыми пушками и крупнокалиберными пулемётами противника.

Командовал батальоном старший лейтенант Александр Васильевич Балышев, до этого первый командир танковой роты 6-го Львовского мотострелкового полка войск НКВД. Что же касается остальных военнослужащих, то доподлинно удалось установить фамилию лишь одного из них – адъютанта штаба части Попова.

Боевое крещение танкисты батальона войск НКВД, переданного в оперативное подчинение 10-й танковой бригаде РККА, приняли во второй декаде января 1942 года в Курской области под городом Обоянь. Именно в тот период в историческом формуляре армейского танкового соединения появилась следующая запись: «Батальон войск НКВД представляет хорошо сколоченную боевую единицу, способен выполнять любые поставленные перед ним задачи. Весь личный состав стойкий, храбрый, инициативный в вопросах военных действий. Хорошо сколочены и подготовлены отдельные экипажи. Неоднократные попытки противника прорвать оборону на участке батальона всегда отражались с большими потерями для врага. Особенно отмечается хорошая работа разведподразделений батальона. Несмотря на некомплект личного состава и матчасти, батальон с боевыми задачами справляется отлично».

«А поле боя держится на танках...»

Приводятся в формуляре и конкретные примеры боевых действий танкистов внутренних войск. Один из них по-настоящему уникален: 12 января 1942 года в бою у села Двойки лёгкий танк БТ-7 чекистского батальона вышел победителем из схватки с тремя немецкими средними танками PzI-II. Одну из вражеских машин экипаж «бэтэшки», умело маневрируя под огнём, поджёг последним остававшимся в боекомплекте бронебойным снарядом. А два других гитлеровских танка вывел из строя таранными ударами по ведущим колёсам. Оцените мастерство советских танкистов: таранив второй PzIII, БТ-7, сохранивший ход, резко сдал назад, быстро развернулся, нацелился на первый обездвиженный им фашистский танк, затолкал его к обрыву и сбросил в реку!

Увы, в сражении за Обоянь батальон потерял шесть машин. Один танк Т-38 угодил в засаду: был расстрелян из малокалиберной автоматической пушки и сгорел вместе с экипажем в районе села Марьино. Два Т-26 погибли под Прохоровкой в результате налёта немецкой авиации. Ещё две тридцатьчетвёрки вышли из строя по техническим причинам и были взорваны экипажами, чтобы не достались врагу.

С началом затяжных боёв за Обоянь и Старый Оскол оставшиеся пятнадцать машин отдельного танкового батальона командование распределило между 16-м мотострелковым полком 8-й дивизии войск НКВД и армейскими частями, вошедшими в оперативную группу 21-й армии. Все эти танки были сожжены гитлеровцами в ходе Воронежско-Ворошиловградской оборонительной операции советских войск летом 1942 года. В архивах удалось найти некоторые подробности гибели лишь семи машин...

Пара БТ-7 напоролась на засаду возле села Пристенное. Головной танк был буквально в упор расстрелян расчётом противотанковой пушки. Вторая «бэтэшка», в которой выходил из окружения командующий 21-й армией генерал-майор А.И. Данилов, по счастливому стечению обстоятельств осталась невредимой: она сумела подобрать на броню экипаж подожжённого немцами броневого собрата и благополучно проскочила западню.

«А поле боя держится на танках...»

Шесть тридцатьчетвёрок, входивших в оперативную группу 21-й армии, 2 июля 1942 года прикрывали эвакуацию и отход армейского госпиталя. У села Кобылино все они вместе с экипажами погибли в неравной схватке с двадцатью пятью германскими танками.

Описание того боя, сделанное, по всей видимости, со слов очевидцев, можно найти в историческом формуляре 8-й мотострелковой дивизии: «Т-34 отдельного танкового батальона метались с одного фланга на другой, отражая наседавшие гитлеровские танки, которые шарахались от них в стороны. Однако никому из наших танкистов спастись не удалось. Два наших танка уже горели, три были подбиты и замерли на поле боя. Из последнего уцелевшего Т-34 огонь становился всё слабее: заканчивались боеприпасы. Враг понял это и насел на тридцатьчетвёрку со всех сторон. С близкого расстояния вражеский снаряд пробил бортовую броню нашего танка, и он загорелся. Но спасаться экипаж и не думал. Тут произошло совершенно неожиданное для немцев: механик-водитель пылавшей машины выжал полную скорость и ринулся на ближайший фашистский танк. Последовал страшной силы удар, а затем оглушительный взрыв».

Не берусь утверждать, но, кажется, это был единственный огненный таран, совершённый в годы Великой Отечественной войны танковым экипажем войск НКВД. Жаль, что мы до сих пор не знаем фамилий героев!.. В середине июля 1942 года остатки подразделений потрёпанной в боях 8-й мотострелковой дивизии войск НКВД были переданы на укомплектование 63-й стрелковой дивизии Красной Армии. Сколько на тот момент оставалось в строю танкистов отдельного танкового батальона и какова их дальнейшая судьба, неизвестно: в списках личного состава, переданных в армейское соединение, сведений о них пока не обнаружено. Но работа в этом направлении продолжается. И как знать, может быть, со временем мы сможем назвать читателям ещё несколько имён танкистов войск НКВД и поведать об их беззаветном мужестве, отваге и героизме! http://nnm.me/blogs/unre_ALL/a-pole-boya-derzhitsya-na-tankah/
-----
Сбили с ног, сражайся на коленях. Не можешь встать, атакуй лежа.