Мифы 21 века. Ложь как признак деградации или военная хитрость?

Издательство «Эксмо» изъяло из продажи книгу 2020 года «Дети Ирены», написанную канадо-американским культурологом Тилар Маццео: в ней нашли рассказ о том, что советские солдаты будто бы поголовно насиловали в Кракове полек. Я знаю польский и читала главные биографии Сендлер при ее жизни. А еще у меня родной дед освобождал Краков в составе 1033-го стрелкового полка. Кажется, мне есть что сказать издательству «Эксмо».

Зачем нам книга американки, если Сендлер сама о себе успела рассказать?

Для начала я бы затронула самый несущественный вопрос. Скажите, зачем нам очередная профанация? Маццео — занимательный автор, который написал полдюжины однодневных бестселлеров на совершенно разные темы.
Зачем в России свободные пересказ биографии Ирены Сендлер и 40 раз пересказанные воспоминания спасенных детей, если дети те успели все рассказать еще в 50-е годы? Существуют огромные интереснейшие биографии Сендлер, написанные при ее и ее дочери участии, например, польским биографом Анной Мешковской. Не говоря о том, что сама Сендлер прожила 98 лет и в деталях рассказала о своей жизни, — я еще помню ее эфиры на польском телевидении.
Не нашла, чтобы в России перевели Мешковскую, по крайней мере, в продаже ее книг нет. Издали бы их, зачем забивать читателям головы модным ньюйоркским развлекаловом?
Сендлер разве недостаточно о себе успела рассказать? Или, быть может, она рассказала что-то не то?

Я могла забыть, давно читала на польском и «Мать детей холокоста», и «Настоящую историю Ирены Сендлер» Анны Мешковской, но я не помню, чтобы Сендлер вообще рассказывала о массовых изнасилованиях, тем более в Кракове, ведь она из Варшавы. Скрывалась с 1943 года, так как ее выкупили из гестапо, спасли от казни, остаток войны провела на нелегальном положении под патронажем «Жеготы» — организации помощи польским евреям. Можно сказать, Сендлер не видела освобождения Польши.
Зато она видела Януша Корчака на пути к поезду на Умшлягплац. Оттуда Корчак уехал с детьми в лагерь смерти. Сендлер неоднократно описала это. Говорят, в новомодной книге эпизоду уделено мало внимания. Потому что такие настали времена: на Западе не комм, как говорится, иль фо объяснять, кто того Корчака и тех сирот убил.

Говорят, в книге вообще как-то обтекаемо сказано, от кого пани Сендлерова (так правильно на польском) детей спасала. Хотя она написана в конце 2010-х, когда Россию еще звали на юбилей освобождения Освенцима. Сейчас не зовут. И стало немодно вспоминать, от кого спасались в Варшавском гетто.

Мы эти поделки из вежливости, что ли, издаем?
Нас не зовут, с кем мы там воевали, объяснять не любят, зато мы отчаянно им внимаем и до сих пор, оказывается, не только издаем, но и читаем жадно их книжки, в которых нас представляют дикарями. Книга «Эксмо» вышла в 2020 году. Заметили ее в 2025-м. Была даже в библиотеках. Зачем России эти исторические поделки?
Про изнасилования: повальным это быть не могло, потому что в Красной армии за жестокое изнасилование местных жительниц была предусмотрена казнь на месте. За попытку ссылали даже не в штрафбат, а в аналог штурмовых рот. Вы сами вдумайтесь, кто бы до какого Берлина дошел, если бы еще в Польше начали пить и насиловать?
Не было этого. И в Польше об этом массово никто до последних лет не говорил. Я много раз была там, у меня первый муж был настоящий поляк, я подолгу жила у его родителей, которые выросли как раз на польских землях, по условиям мира отошедших СССР. Потом они переехали в Велькопольское воеводство.

Еще в 2000-е никто в Польше не говорил о повально изнасилованных, я в принципе не помню, чтобы об этом вспоминали: что на ТВ, что в масс-культуре, что на кухнях, хотя уже вовсю шла при Качиньских волна русофобии. У меня от тех времен сохранилось с пяток книг об освобождении Польши, купленных там, — не припомню в них ничего о поруганных польках.

Полякам такие книжки были не нужны — мы-то их зачем у себя издаем? Сендлер уходила из жизни де-факто в статусе святой. И почему-то не использовала свое влияние и имя, чтобы разоблачить «клятых» освободителей и заявить о поголовном изнасиловании.
Но после ее смерти какая-то женщина, отучившаяся на гранты в Вашингтоне и Кембридже, писавшая статьи и книги о сортах вина, вдруг написала книгу о Сендлер и вставила туда рассказ про жительниц Кракова, на которых якобы живого места не осталось.

У нас свои праведники, когда напишут о них?

Куда важнее, мне кажется, вопрос о том, зачем вообще нам понадобилась очередная биография праведника мира. Конкретно Ирена Сендлер была достойнейшая женщина: прожила честную светлую жизнь, совершила подвиг милосердия и мужества, до последнего сохраняла ясность ума и несла в мир идеи сострадания и взаимовыручки. О ней много написано и снято.
Достаточно открыть российские книжные сервисы, чтобы увидеть массу только электронных и аудиокниг о Сендлер. В России много переведено о ней. Как и о других праведниках мира.
Все они были люди достойные. Их свидетельства и подвиги крайне интересны. Но, в конце концов, сколько мы можем изучать истории чужих героев, чужих праведников?

Холокост был чудовищным преступлением против человечества, погибли до шести миллионов евреев. Но у нашей страны была своя трагедия. Она понесла почти в пять раз больше потерь. Слезы 28 миллионов человек всегда больше слез шести миллионов — это раз. У нас есть своя трагедия и свои праведники — это два. Почему бы не начать рассказывать о них? Почему, если зайти на сервисы продажи книг, то при поиске книг о жертвах нацизма мы видим бесчисленные монографии, воспоминания, дневники лишь о жертвах холокоста? У нас лишь в последние годы издали около 50 книг об Анне Франк. Только на одном сайте по продаже бумажных книг я сейчас нашла 41 книгу об Анне Франк и одну — о Тане Савичевой. Даже отмечу по такому случаю: издательство «Детское время», автор — Илья Миксон, пожелала бы ему здоровья, да полковник Миксон давно умер.
Сняли фильм «Праведник» — снова о трагедии еврейского народа. А у нас не было трагедии? По-моему, о потерях и испытаниях русских в Великую Отечественную сняты единицы фильмов, в основном — о блокадном Ленинграде.

Из героев — только Зоя Космодемьянская и молодогвардейцы, про последних уже и подзабыли. Если в советское время что-то снимали про оккупацию, то речь шла о Белоруссии и Украине.
Простите, но они теперь отдельные страны. Это их история и слезы, у нас пролиты свои. Я была как-то в поселке Торковичи Ленинградской области, там только два года назад открыли мемориал местным пионеркам-партизанкам, которые полтора года работали в оккупации в подполье. Молодогвардейцы, если что, продержались четыре месяца. Торковических партизанок казнили после жестоких пыток. Дети! Почему бы не написать о них книгу? Закажите ее, оплатите достойно работу, издайте.
Другой пример, тоже из Ленобласти, из краев, где я прожила восемь лет: один мальчик-подросток в школе хорошо учил немецкий и подслушал от немцев, что они в означенный час трогаются под натиском Красной армии и будут угонять в лагеря все мирное население. Мальчик нашел в лесу партизанский отряд, сообщил об этом, по заданию отряда обежал то ли семь, то ли 10 деревень и предупредил население, что нужно уходить в леса, потому что немцы всех угонят.
Многие женщины похватали своих детей, кому-то удалось даже увести лошадь. Ушли ночью в болотистый лес, где несколько дней простояли в снегу, некоторые провалились в поплывшее под ними болото и так стояли. По горло в тине, во льдах, с детьми на руках. Это был февраль! Но кто в лес не ушел, того немцы погнали пешком в Германию.
Люди дошли до Латвии, где их все же отбили наши. Впрочем, как дошли? Было много погибших, обмороженных, застреленных. Я общалась с бабушкой, которую подростком так угнали, она рассказала, что шла, привязанная к телеге, дошла зимой от ленинградской Луги до современной Юрмалы. Мальчишку, что уберег сотни колхозников от столь тяжелой участи, не нашли, вероятно, он был убит немцами. Почему бы не разыскать его следы, не написать о нем книгу?

Третий пример: у нас под Ленинградом, в поселке Вырица, немцы открыли пункт забора детской крови для нужд вермахта. Матерям говорили, что это приют для бедных, что там детей будут согревать, кормить. Некоторые отдавали туда детей сами, поверив немцам. Детей заставляли собирать для немцев ягоды, их также днями гоняли вдоль железнодорожных путей и автодорог вокруг немецкого санатория, где солдаты вермахта поправляли здоровье, чтобы советские летчики видели детей и не бомбили Вырицу. Подполье многократно предпринимало попытки атаковать и разбить этот лагерь, освободить детей. Где об этом книжки?

Не хотите про русских — напишите про якутов или тувинцев

Немодно писать о трагедии русского народа? Напишите о якутах. Они, несмотря на свою, прямо скажем, отдаленность от линии фронта, понесли огромные потери, отважно сражались, так как среди них было много охотников. Якутов отправляли снайперами в лесные точки, неделями и месяцами они сидели неподвижно в снегах, а в случае обнаружения уничтожались.
В тылу Якутия понесла катастрофические потери от голода и холода, потому что отсылала на помощь фронту даже тулупы. Потери Якутии на фронте и в тылу, от голода и непосильного труда оцениваются минимум в 14% населения.
Или снимите про Туву. Между прочим, на момент объявления войны Тува была независимым государством, как и Монголия. И она объявила Гитлеру войну в знак поддержки СССР, хотя вряд ли бы немцы дошли до Саян.
Каждый десятый тувинец воевал в Великую Отечественную войну. Многие храбро сражались, не зная русского языка. Если не писать про русских партизанок, напишите книгу про добровольческий кызыльский эскадрон и рекламируйте ее на каждой площадке. Это тоже интересно, я бы купила и прочитала.
Сколько можно писать о холокосте? У нас есть своя, более чудовищная трагедия, о которой не пишут бестселлеров. Зачем нам 30-я книжка про Ирену Сендлер, если историки десятки лет криком кричат про Вырицкий лагерь, торковических партизанок или заживо примерзших к елкам, но не покинувших свой пост якутских снайперов и в лучшем случае получают скупую заметку в СМИ?
Мне конкретно зачем новая биография Сендлер, если моя свекровь имела все шансы попасть в Вырицкий лагерь и у меня сейчас была бы другая семья или не было бы никакой? А если бы мой дед не выжил в боях на севере Кракова, то и меня бы не было. К чему мне мнение о войне какой-то американки, всю жизнь изучавшей сорта игристых вин?
Расскажите о трагедии и подвигах нашего народа, записанных нашими историками, — хватит восхвалять чужих праведников, мы все уже про них знаем!

Автор: Анастасия Миронова