Химическое оружие в ВОВ

Сегодня мало кто знает о том, что в годы войны командование Вермахта пыталось применить на нашем фронте бактериологическое и химическое оружие массового уничтожения. Я знаю об этом не по наслышке. И хотя многие детали событий тех далеких дней стерлись в памяти, общая канва их еще не забыта.

Сюжет первый - бактериологическое оружие.

Зимой 1943-1944 гг. началось освобождение от немецких оккупантов всей территории Белоруссии. Война явно близилась к концу, к нашей полной победе. Стратегическая инициатива полностью перешла к советскому командованию. По-видимому, командование Вермахта понимало реальную ситуацию на Восточном фронте, и, не имея достаточных ресурсов противостоять наступлению наших войск, решило использовать секретное "оружие фюрера", в том числе бактериологическое. Тем самым оно пыталось оттянуть неизбежную расплату за преступления, совершенные на оккупированной территории СССР.

Белорусские партизаны сообщили нашему командованию, что недалеко от линии фронта в немецком тылу, возле поселка Асварищи, войска СС организовали большой концлагерь, в который сажали больных сыпным тифом местных жителей. По их плану, когда советские войска прорвут немецкую оборону, они распустят лагерь, и многие сотни заразных больных окажутся на пути наступающих войск. Неизбежные контакты должны будут, по их мнению, привести к вспышке эпидемии сыпного тифа среди личного состава советских войск, что задержит наше наступление.

Реакция нашего командования была быстрой и масштабной. Нам зачитали приказ о соблюдении строгих правил личной безопасности, запретили все контакты с местным населением, особенно с теми, кто находился в том тифозном лагере, или общался с заключенными. Нам выдали американский дуст ДДТ, который должен был эффективно уничтожать тифозных вшей.

В тылу появились санитарные поезда, которые должны были обеспечить санобработку больных и их эвакуацию в спец госпиталя.

Вскоре началось наше наступление. Когда передовые части подошли к тифозному концлагерю, возле Асварищ, его охрана бежала, предоставив ходячим больным разносить смертельную заразу. Но наше командование учло и этот вариант развития событий. Лагерь был сразу окружен спец подразделениями, которые следили за тем, чтобы все больные, как лежачие, так и ходячие, были сразу же направлены в тыл в спец госпиталя.

Эпидемия сыпного тифа не поразила Советскую армию. Информация, полученная от белорусских партизан и оперативные действия нашего командования сорвали чудовищный замысел верховного командования германской армии.

Примерно в тоже время (точной даты я не помню, так как календарей у нас не было) имела место попытка немцев использовать против наших войск химическое оружие. Это произошло возле сожженной железнодорожной станции по дороге на Запад. Поселок вокруг нее был пуст, и спросить название станции было не у кого.

Как и в первом случае, белорусские партизаны сообщили нашему командованию, что перед линией фронта они обнаружили цистерны с отравляющими веществами, которые немцы явно хотят использовать против наших войск.

Реакция советского командования последовала оперативно. Нам зачитали приказ быть готовыми к отражению химической атаки. Было приказано постоянно носить противогазы, от которых до того все хотели избавиться. Проводились занятия по противохимической обороне. Офицеры тщательно следили за тем, чтоб, даже отлучаясь от огневых позиций в лес за "большой нуждой", солдаты и сержанты не забывали нести противогазы.

Вероятно, подвоз к линии фронта немцами цистерны с ОВ имел место не только на нашем направлении. В газетах появились сообщения о том, что намерения немцев начать на Восточном фронте газовые атаки, дошло до западных союзников.

Я хорошо помню информации фронтовых газет о заявлении У. Черчиля в адрес германского руководства с предупреждением начать газовые атаки на промышленные объекты, войска и города в Западной зоне Германии в случае применения ОВ против русских. В комментариях к речи У. Черчиля отмечалось, что воздушные атаки авиации союзников по густо населенным районам Западной Германии приведут к огромным людским потерям.

Когда наш фронт продвинулся на Запад, я лично видел на разрушенной войной железнодорожной станции две немецкие цистерны, на которых было написано, что в них находятся отравляющие вещества. Какие точно, я не смог узнать. Затем эти цистерны куда то отвезли. Можно предположить, что немцы планировали использовать жидкое ОВ для распыления над нашими позициями из специальных баллонов, подвешенных под крыльями самолетов.

Через некоторое время угроза химической войны пошла на спад. Вероятно, этому способствовали два обстоятельства. Во-первых, угроза ответных контрмер союзников, тяжелая авиация которых наносила мощные удары по городам Германии. И, во-вторых, немецкая аэроразведка, видимо, установила, что Советская армия, получив вовремя соответствующую информацию, была готова к отражению химических атак.

В заключение следует сказать, что ни тифозные вши, ни цистерны с ОВ, как и другие образцы "секретного оружия фюрера", не спасли германскую армию от полного поражения, дату которого мы скоро будем отмечать.


Б.Сапунов,
Доктор исторических наук,
Академик ПАНИ,
Фронтовик ВОВ